Стальные сердца

Если бы вы попали в наш мир, не думаю, что вы бы сходу заметили какое-то отличие. Несмотря на это, отличия наших миров весьма существенны. Однако обычным людям заметить эту разницу не дано. Ее видим только мы, так называемые «иные»: ангелы, демоны — те, кто видит мир немного с другого ракурса. Люди зачастую не подозревают о нашем существовании, не верят в нас. Это одна из причин их неспособности увидеть различия между нашими мирами. Я являюсь одним из тех, кто способен в полной мере узреть всю красоту и весь ужас нашей реальности. Я не отношусь ни к ангелам, ни к демонам, ни к кому-либо еще. Можно сказать, что мой вид уникален, его представителей осталось совсем мало, мы даже не знаем, кто мы на самом деле. Но довольно обо мне. Думаю, вам будет куда интересней узнать, чем же так уникален наш мир.

Земля, Твердыня, Оплот жизни — так можно назвать то место, где живут люди. Оно практически ничем не отличается от того места, где живете вы. Обычные люди, обычные заботы, обычные чувства — все до скуки похоже. Кроме одного. Твердыня так же населена и теми самыми «иными». Демоны стремятся уничтожить человечество, ангелы стремятся сохранить жизни людей. Они существуют среди людей по большей части незаметно, незримо. Проявить в полной мере свою силу на Земле что для тех, что для других — смертный приговор. Стоит ангелу открыто расправить крылья — сотни демонов мгновенно его учуют, стоит демону излишне показать свои способности — он тут же окажется в окружении серебра и крылатых стражей.

Основной же особенностью нашего мира являются сами «иные» — крылатые обитатели Небес и прокаженные пленники Пепелища. В нашей реальности нет и никогда не было Богов. Ангелы же и демоны существовали всегда. Вернее сказать ангелы существовали всегда. Как и вы, мы называем демонами павших стражей Небес, которые отвернулись от братьев, вступили на путь зла, за что и были низвергнуты.

Что ж, думаю этих деталей будет вам достаточно, чтобы понять наш мир. Больше вы узнаете из самого моего рассказа о тех событиях, которые имели место быть в реальности, которую я зову своим домом.

— С днем рождения, сестренка! Рад что ты смогла оторваться от своих кукол и прийти на свой праздник! — крикнул паренек, одетый в серый пиджачок, приближающейся маленькой девочке с красиво заплетенной рыжей косичкой.

— Хватит, Джек, я всего на пару минут опоздала! А где ребята?

— Сюрприз! — раздался веселый детский крик со всего двора: из-за старого дерева, из-за угла дома, со стороны беседки.

— Ух ты, ребята, вы все пришли! Как я рада! — радостно сказала виновница торжества, юная семилетняя Сара.

— И это еще не все, — сообщил Джек.

— Мама Алекса и Лизы звонила. Сказала, что они немного задержаться. Что-то с их машиной. Дождемся их или начнем праздник?

— Хм. Думаю они успеют подъехать до того, как мы съедим весь торт.

— Ха-ха! Лиса как всегда думает только о еде.

— Джееек.

Она не успела ничего добавить: неожиданно для Сары мальчик, десятилетний Джек, являющийся родным и по совместительству любимым братом девочки, подскочил к ней, обнял и тихо сказал:

— Не сердись, лисичка. Ты же знаешь, что я шучу. Твой праздник — твои правила! С днем рождения!

Сара стояла молча, обняв брата в ответ. После легонько дернула его к себе. Джек опустил голову так, чтобы она оказалась на уровне лица его любимой сестренки. Девочка приблизила губы к его ушам и тихо шепнула:

— Я люблю тебя, братик.

— Я тоже люблю тебя, Сара.

— прошептал мальчик.

— Джек, Джек.

— тихий голос вырвал Джека из сна. Он не сразу вспомнил где находится. Небольшая комната, белые стены, кушетки вокруг и бледное, едва живое тело, тело когда-то такой шустрой, маленькой рыжей лисички, такой молодой Сары. Она была едва живой, совсем белой, как и стены больницы, где обещали поставить ее на ноги, вернуть к жизни. Джек как сейчас помнил слова врача: «Не переживайте, мистер Гарис, ваша сестра будет в полном порядке и уже через неделю вновь сможет вновь вести активный образ жизни». Кто бы мог подумать тогда, сколь долгой станет эта неделя, кто мог представить, что она будет тянуться несколько месяцев, что Сара с каждым днем будет медленно умирать на глазах у брата, не способного ничем ей помочь.

— Что стряслось? — спросил Джек.

— Налей мне пожалуйста воды. Мне очень хочется пить, а когда пытаюсь встать — ужасно колет живот.

Джек молча встал, поднял с пола упавшую бутылку, налил воду в старую кружку, принесенную им из дома специально для сестры, и подал ей. Ту самую кружку, подаренную ей на ее шестилетие мальчиком, который через несколько лет стал ее первой любовью, а после — первым разочарованием в мальчиках. Она хранила ее до сих пор, целых пятнадцать лет, и даже ее брат не знал — зачем.

Девушка взяла кружку. Несмотря на то, что кружка явно не была тяжелой, парень видел, как тяжело его сестре держать даже ее.