14-ти летний мальчишка, Джек, стоял на коленях. Его лицо, руки, футболка были окровавлены. По его ладоням стекали ещё свежие капли крови…
Добавить в моё избранное
16 мин, 28 сек 7468
Только теперь, через неё, через ту сущность которая вселилась в ребёнка, и передалась ему при прикосновении, он смог прочувствовать всю боль и страх которую испытал Джек. Ужас, который перенёсся в его сознании, не имел границ. Он заполнил его до самого основания, боль испытанная ребёнком, теперь стучала в его висках, она становилась невыносимой, и пульсировала кровавыми отблесками. Хадклиф выкрикнул:
— Не-е-т, не-е-т! Ты не можешь простить меня, я тебе не позволю, я не достоин прощения!
После этих слов он выхватил монтировку из рук Джека и прокричал:
— Я не позволю тебе, взять мой грех на душу!
Он стал отчаянно колотить себя по всем частям тела, на глазах у Джека и шокированных учителей, столпившихся возле двери и замерших в ужасе от увиденной картины. Слышался хруст костей, переломанных рёбер, из ссадин засочилась кровь. Его тело, уже через насколько минут превратилось в груду покалеченного мяса. Но, Хадклиф продолжал лупить себя, что было силы. Пока его движения не стали менее учащёнными, а боль и слабость не дали о себе знать. Когда Хадклиф выбился из сил, он поставил монтировку к груди и рухнул на пол, пробив грудную клетку и своё разрывающееся от причинённой боли сердце. Джек в это время упал на колени, рука Хадклифа соприкоснулась с его, и он в последний раз взглянул в глаза мальчишке. Он больше не видел там ненависти и злобы, а лишь сочувствие и прощение. Хадклиф улыбнулся, и почувствовал, как силы покидают его, но, то, что он увидел в последний миг, заставило содрогнуться даже Джека, потому как мальчуган увидел эту картину в отражении его глаз. Холод и тьма, жуткий, всепоглощающий мрак и нечто, живущее во тьме, приближающееся и вселяющее в душу леденящий ужас, готовое сожрать человеческую душу целиком…
— Не-е-т, не-е-т! Ты не можешь простить меня, я тебе не позволю, я не достоин прощения!
После этих слов он выхватил монтировку из рук Джека и прокричал:
— Я не позволю тебе, взять мой грех на душу!
Он стал отчаянно колотить себя по всем частям тела, на глазах у Джека и шокированных учителей, столпившихся возле двери и замерших в ужасе от увиденной картины. Слышался хруст костей, переломанных рёбер, из ссадин засочилась кровь. Его тело, уже через насколько минут превратилось в груду покалеченного мяса. Но, Хадклиф продолжал лупить себя, что было силы. Пока его движения не стали менее учащёнными, а боль и слабость не дали о себе знать. Когда Хадклиф выбился из сил, он поставил монтировку к груди и рухнул на пол, пробив грудную клетку и своё разрывающееся от причинённой боли сердце. Джек в это время упал на колени, рука Хадклифа соприкоснулась с его, и он в последний раз взглянул в глаза мальчишке. Он больше не видел там ненависти и злобы, а лишь сочувствие и прощение. Хадклиф улыбнулся, и почувствовал, как силы покидают его, но, то, что он увидел в последний миг, заставило содрогнуться даже Джека, потому как мальчуган увидел эту картину в отражении его глаз. Холод и тьма, жуткий, всепоглощающий мрак и нечто, живущее во тьме, приближающееся и вселяющее в душу леденящий ужас, готовое сожрать человеческую душу целиком…
Страница 5 из 5
