Маленький народец

Туки-туки-тук… Сердце мальчика забилось в унисон с перестуком… тук-тук-тук. Из-под стола выползла веревка-змея и заскользила к кровати. Генри расширенными от ужаса глазами смотрел, как оживает его одежда, на длинные черные когти, выглядывающие из пустых когда-то рукавов. В свете ярких вспышек безмолвных молний синим блеском вспыхивали глаза медвежонка. Его плюшевые лапки зашевелились и, опираясь на стол, медвежонок спрыгнул на пол. Тук-тук-тк-тк-тук-тк… Забилось сердечко. Тук-тук-тк-тк-тук-тк… Вторили ему молоточки… Кто стучит там в темноте?

Мать рыдала. Отец беспомощно стоял у кровати, а доктор смущенно теребил ручку портфеля.

— Мне очень жаль, пани Ваховски.

— Замолчите! — выкрикнула женщина.

— Елена, не кричи! — отец повернулся к доктору.

— Уходите! Вы убийца!

— Но вчера все было в порядке. Если бы не… — Замолчите! — мать зарыдала, сжимая холодную руку Генри.

— … его можно было назвать здоровым, — закончил доктор.

— Убирайтесь! — отец, сжав кулаки, стал наступать на него.

— Убирайтесь! Еще одно слово, и я… Доктор ушел. Отец стоял и смотрел на спокойное лицо сына. Он осторожно подошел к жене и, обняв за плечи, попробовал увести ее из комнаты.

— Нет! Оставь меня!

— Хорошо, Елена.

Он посмотрел на плюшевого мишку, который грустно глядел на умершего хозяина, и уселся в кресло.

Только вечером он смог уговорить Елену уйти из комнаты. И в пустой ночной тишине, не прерываемой даже ветром, послышалось… тук-тук-тук. Тук-тук… застучали молоточки. И маленький народец суетливо забегал. Тук-тук-тук… застучали маленькие ножки. Тук-тук-тук… молоточки звонко били по шляпкам гвоздей, которые маленькие трудолюбивые руки вбивали в крышку детского гроба.

Тук-тук-тук… услышите.

Тук-тук-тук… проснётесь.

Кто стучит там в темноте?

Маленький народец.