Далекие послевоенные годы, маленький приморский городок. Мы поселились в небольшом домике у моря. Это жилье сдавалось довольно дешево, и мама с папой были очень рады такому везению…
Добавить в моё избранное
6 мин, 51 сек 19165
Наша семья заняла две комнаты, а третью, самую большую оставила за собой хозяйка — старая интеллигентная дама, очень необычной внешности — маленькая, сухонькая, со сморщенным коричневым лицом и большим крючковатым носом. Она всегда выходила из дома в черной шляпке с вуалью и белой кружевной накидке на плечах. Имя у хозяйки тоже было необычное — Гортензия Серапионовна, да и характер неприятный: нелюдимая, мрачная. Старушка ни у кого не вызывала симпатии. Она была совсем одинокой: ни родных, ни друзей.
Соседи сторонились Гортензии и старались лишний раз не попадаться ей на глаза. Говорили, что у Серапионовны «дурной глаз». Старуха могла напустить порчу, да и болезнь наслать. За глаза ее называли «Скорпиониха».
Мы, конечно же, всего этого не знали, потому что совсем недавно переехали из другого города. У нас была образцовая семья: папа и мама, любящие друг друга, и две дочери, одиннадцати и девяти лет. Мама, очень общительный и добрый человек, сразу же попыталась наладить хорошие отношения с хозяйкой. Видя бедственное положение старушки, она, каждый раз, когда готовила что-нибудь вкусное, старалась угостить хозяйку и сказать доброе слово. Но Серапионовна никак не отзывалась на хорошее отношение, и всегда оставалась холодно-вежливой и угрюмой.
Соседские дети, с которыми мы быстро подружились, рассказывали про Скорпиониху ужасные вещи — будто бы она ест дохлятину, варит колдовское зелье, умеет превращаться в разных зверей и очень любит пугать детей, вобщем — злая ведьма. Мы с сестрой, хотя и не верили в эти россказни, стали бояться нашей хозяйки еще больше. Особенно страшно было при встрече выдерживать ее неподвижный тяжелый взгляд, который, казалось, пронизывал тебя насквозь.
Старуха постоянно наблюдала за нами из-за полуприкрытых ставень своего окна. Мы с сестрой все время чувствовали ее присутствие, даже когда играли во дворе, или на улице перед домом.
Мама не верила слухам про хозяйку и говорила:
— Это всего лишь несчастная одинокая старушка, ей бы посочувствовать, но люди только обижают ее, и это еще больше угнетает бедную женщину.
Вообще, поведение Скорпионихи было непредсказуемым. Иногда мама стучалась к ней в дверь, чтобы угостить. А старуха не открывала.
— Я сыта и ничего не хочу, но вы мне будете должны. Сохраните мою порция, я съем ее завтра. А сейчас прошу не беспокоить меня! — отвечала хозяйка холодным отсутствующим голосом.
Маму удивляли эти странности, но она, ни смотря ни на что, всячески оправдывала и защищала хозяйку.
По ночам Гортензия Серапионовна тоже вела себя необычно: из ее комнаты доносились оживленные разговоры, будто там было много людей, хотя мы точно знали, что в дом никто не входил. Она громко с кем-то ругалась, потом горько рыдала. Родители беспокоились, стучались в ее дверь, спрашивали, не случилось ли чего плохого? Тут же все звуки прекращались, и хозяйка отвечала ровным бесстрастным голосом:
— Все в порядке! Прошу вас, оставьте меня в покое!
Вскоре к ее ночным выходкам привыкли и перестали на них реагировать.
Лето было жаркое. Мы с сестрой целые дни проводили на море, прибегали домой только пообедать. Про страшную хозяйку почти не вспоминали, своих детских дел у нас хватало.
Но как-то вечером мама рассказала нам о Гортензии Серапионовне много интересного. Оказывается, однажды Скорпиониха пригласила ее к себе в комнату и разоткровенничалась. Хозяйка показала маме старые фотографии и рассказала историю своей жизни.
Гортензия Серапионовна происходила из дворянской семьи, окончила институт благородных девиц, и считалась одной из первых красавиц Петербурга. У юной Гортензии было много кавалеров, но любила она только одного — молодого поручика Всеволода Романовского. Молодые люди собирались пожениться, но тут началась первая мировая война. Жених был призван и отправлен на фронт. Больше невеста его никогда не видела. Гортензия получила письмо о том, что любимый пропал без вести. Но, несмотря на это, девушка надеялась, что Всеволод обязательно вернется, продолжала любить его и ждать, поэтому так и не вышла замуж. Потом случилась революция. Погибла вся семья Гортензии. Девушке чудом удалось спастись. Она бежала из охваченного революцией Питера, успев захватить только свои драгоценности, среди которых был подарок Всеволода — золотая брошь в виде скорпиона с изумрудными глазами. Это была единственная память о женихе. Скитаясь и голодая, девушка распродала все ценности, кроме этой вещицы, даже под страхом смерти она бы с ней не рассталась.
Где бы Гортензия не жила, люди всегда относились к ней плохо, она ожесточилась и возненавидела весь мир. А теперь за хорошее отношение, старуха решила отблагодарить нашу семью. Она предложила бесплатно обучить девочек французскому языку, которым владела в совершенстве. Мама очень обрадовалась этому предложению, но мы с сестрой были в ужасе от такой перспективы.
Соседи сторонились Гортензии и старались лишний раз не попадаться ей на глаза. Говорили, что у Серапионовны «дурной глаз». Старуха могла напустить порчу, да и болезнь наслать. За глаза ее называли «Скорпиониха».
Мы, конечно же, всего этого не знали, потому что совсем недавно переехали из другого города. У нас была образцовая семья: папа и мама, любящие друг друга, и две дочери, одиннадцати и девяти лет. Мама, очень общительный и добрый человек, сразу же попыталась наладить хорошие отношения с хозяйкой. Видя бедственное положение старушки, она, каждый раз, когда готовила что-нибудь вкусное, старалась угостить хозяйку и сказать доброе слово. Но Серапионовна никак не отзывалась на хорошее отношение, и всегда оставалась холодно-вежливой и угрюмой.
Соседские дети, с которыми мы быстро подружились, рассказывали про Скорпиониху ужасные вещи — будто бы она ест дохлятину, варит колдовское зелье, умеет превращаться в разных зверей и очень любит пугать детей, вобщем — злая ведьма. Мы с сестрой, хотя и не верили в эти россказни, стали бояться нашей хозяйки еще больше. Особенно страшно было при встрече выдерживать ее неподвижный тяжелый взгляд, который, казалось, пронизывал тебя насквозь.
Старуха постоянно наблюдала за нами из-за полуприкрытых ставень своего окна. Мы с сестрой все время чувствовали ее присутствие, даже когда играли во дворе, или на улице перед домом.
Мама не верила слухам про хозяйку и говорила:
— Это всего лишь несчастная одинокая старушка, ей бы посочувствовать, но люди только обижают ее, и это еще больше угнетает бедную женщину.
Вообще, поведение Скорпионихи было непредсказуемым. Иногда мама стучалась к ней в дверь, чтобы угостить. А старуха не открывала.
— Я сыта и ничего не хочу, но вы мне будете должны. Сохраните мою порция, я съем ее завтра. А сейчас прошу не беспокоить меня! — отвечала хозяйка холодным отсутствующим голосом.
Маму удивляли эти странности, но она, ни смотря ни на что, всячески оправдывала и защищала хозяйку.
По ночам Гортензия Серапионовна тоже вела себя необычно: из ее комнаты доносились оживленные разговоры, будто там было много людей, хотя мы точно знали, что в дом никто не входил. Она громко с кем-то ругалась, потом горько рыдала. Родители беспокоились, стучались в ее дверь, спрашивали, не случилось ли чего плохого? Тут же все звуки прекращались, и хозяйка отвечала ровным бесстрастным голосом:
— Все в порядке! Прошу вас, оставьте меня в покое!
Вскоре к ее ночным выходкам привыкли и перестали на них реагировать.
Лето было жаркое. Мы с сестрой целые дни проводили на море, прибегали домой только пообедать. Про страшную хозяйку почти не вспоминали, своих детских дел у нас хватало.
Но как-то вечером мама рассказала нам о Гортензии Серапионовне много интересного. Оказывается, однажды Скорпиониха пригласила ее к себе в комнату и разоткровенничалась. Хозяйка показала маме старые фотографии и рассказала историю своей жизни.
Гортензия Серапионовна происходила из дворянской семьи, окончила институт благородных девиц, и считалась одной из первых красавиц Петербурга. У юной Гортензии было много кавалеров, но любила она только одного — молодого поручика Всеволода Романовского. Молодые люди собирались пожениться, но тут началась первая мировая война. Жених был призван и отправлен на фронт. Больше невеста его никогда не видела. Гортензия получила письмо о том, что любимый пропал без вести. Но, несмотря на это, девушка надеялась, что Всеволод обязательно вернется, продолжала любить его и ждать, поэтому так и не вышла замуж. Потом случилась революция. Погибла вся семья Гортензии. Девушке чудом удалось спастись. Она бежала из охваченного революцией Питера, успев захватить только свои драгоценности, среди которых был подарок Всеволода — золотая брошь в виде скорпиона с изумрудными глазами. Это была единственная память о женихе. Скитаясь и голодая, девушка распродала все ценности, кроме этой вещицы, даже под страхом смерти она бы с ней не рассталась.
Где бы Гортензия не жила, люди всегда относились к ней плохо, она ожесточилась и возненавидела весь мир. А теперь за хорошее отношение, старуха решила отблагодарить нашу семью. Она предложила бесплатно обучить девочек французскому языку, которым владела в совершенстве. Мама очень обрадовалась этому предложению, но мы с сестрой были в ужасе от такой перспективы.
Страница 1 из 2
