Колодец

Голова была ясной и звонкой.

— Что там? — спросил Саша. Он встал с земли, но подходить к колодцу не спешил.

— Трубы, Саня. Там трубы и задвижка. А еще там темно, поэтому всего этого не видно. Юра, посвети вниз.

Юрий направил луч фонарика в колодец. Пучок света скользнул по стене, высветив уложенные поперек шпалы, вздрогнул и погас. Сергея ударил озноб, разом вернулась тошнота, и заломило затылок. Ему показалось. Нет, не может быть, это все нервы и воображение шалят.

Картинка появилась всего на несколько секунд, но была такой отчетливой в луче фонаря. Черно-белое изображение, как в театре теней. Старый паровоз несется прямо на него. В момент удара свет фонаря погас.

Сергей заморгал и посмотрел на напарника. Юра тряс фонарик, пытаясь его оживить.

— Вот зараза! Новый же совсем. Ну наконец… — Луч снова светил в открытый люк. Сергей замер, боясь посмотреть в колодец, но выпустить его из виду было еще страшнее. Медленно он повернул голову и посмотрел вниз. Тошнота стала почти невыносимой, затылок горел. В узком пучке света Сергей увидел только стенки и дно колодца. Он медленно и глубоко вздохнул.

— Надо спуститься вниз и измерить давление. Посвети мне.

Колодец представлял собой камеру два на два метра, глубиной около трех метров. В одну из стенок были вделаны стальные скобы.

Сергей начал аккуратно спускаться. Прикосновения к холодному мокрому металлу отрезвляли, немного унимали тошноту. Голова по-прежнему гудела. По мере спуска гул в ушах нарастал. Он одолел уже примерно полпути, когда взявшись за очередную скобу, с криком отдернул руку. Скоба была раскалена добела. Сергей дернулся. Нога в резиновом сапоге соскользнула. Он потерял равновесие и полетел вниз.

Он сам был тем вечером на перроне, видел старый паровоз, тянущий за собой грузовой состав. Совсем рядом очень молодой человек, повернулся спиной к путям. Худощавый, немного сутулый, его глаза лихорадочно блестели из-под очков, пальто было расстегнуто, снежинки падали на непокрытую голову. Молодой человек улыбнулся, послал кому-то воздушный поцелуй и шагнул назад прямо под набирающий скорость локомотив. Все происходило в абсолютной неестественной тишине. От этой тишины болели уши. Сергей обернулся и всего на мгновение увидел женщину, кинувшуюся вперед. Лицо ее исказилось в беззвучном крике.

— Серега! Ты цел? Какого черта не держишься?!

Черные, как уголь, стенки колодца плясали над ним, то смыкаясь, то снова открывая кусочек неба. Где-то наверху в невообразимой высоте лицо Юрия заслонило собой выход. Сергей хотел ответить ему, но лицо напарника стало меняться. И вот оно уже стало лицом молодого человека на перроне. Он засмеялся и опрокинулся в колодец головой вниз. Полы его черного пальто распахнулись и заслонили свет. Уши разорвал женский крик. Стенки колодца сжались. Чернота сверху сомкнулась с чернотой сжавшихся стен с тошнотворным хрустом и звуком отчаянного гудка паровоза.

Когда звон в голове немного утих, Сергей услышал издалека как сквозь вату:

— Руки-ноги целы? Я сейчас спущусь. Саня, веревка в машине. Быстро! Он, кажется, головой приложился.

Сергей приподнялся на локтях, подобрал под себя ноги и сел, опершись на стенку. «Кажется, я и правда, ударился головой. Как спину не сломал себе об трубу. Это все бред, бред!» Колодец завертелся, будто какой-то великан достал его из земли и швырнул. Сергея вдавило в стенку и закрутило вместе с ним. Когда вращение прекратилось, стенка оказалась полом, шпалы раздвинулись, и Сергей понял, что лежит на путях. Справа к нему с грохотом приближался паровоз. Тормоза визжали, гудок надрывался, кричали люди, визжала женщина, хохотал молодой человек. Его смех становился все громче, и наконец, перекрыл остальные звуки. Сергей попытался откатиться, но тело налилось ледяной тяжестью и не слушалось. Он закричал. Какие-то руки схватили его за плечи и дернули вверх, в небо. Поезд внизу потерял четкость и расплылся, как клякса.

Юрий был бледен до синевы, губы его дрожали.

— Ты слышал? — прошептал Юра.

— Ты ЭТО слышал?

— Я это видел. Я был там.

— Поезд, ревел гудок, шумели люди, потом звук удара и крик. Женщина кричала. Я чуть не оглох… — Юрий сидел перед Сергеем на корточках, все еще держа его за плечи.

— Надо вылезти отсюда! Пока ты им помешал, пока они не начали опять. Скорее! — Сергей судорожно заскользил по стенкам колодца, поднимаясь на ноги. Его мотало из стороны в сторону, сильная слабость заставляла руки и ноги дрожать.

— Вот, держи! — Юра протягивал ему конец веревки. Только сейчас Сергей заметил, что Юра и сам был обвязан ею.

Обматываясь веревкой, Сергей поднял голову и увидел только небо.

— Саня отказался смотреть в колодец. Но он там, он нас страхует. Готов? — Юра натянул веревку, три раза дернул за нее, и первым полез по лестнице наверх.