Реальность удалялась от Славика со скоростью света. Даже быстрее — со скоростью метаболизма пива в его организме. Свист в ушах стоял такой, будто кошке хвост отрубили. Нет, даже кошка так не орала. Глаза заволокло пеленой и мозг решил, что уже можно не посылать нервные импульсы к конечностям. Но потом одумался, подергал за марионеточные нити нервных волокон, и руки резко сжались в кулаки, а ноги сжались… ну, их тоже скрючило.
Добавить в моё избранное
8 мин, 8 сек 17799
И тут среди кустов появились пары зеленых огоньков. Е-мае, это ж волки!
Славик ломанулся назад, но запнулся за полы плаща и упал в грязную лужу. Брызги обдали лицо, и он размазал свой чертов corpsepaint. Вдобавок шипы из напульсника болезненно, до крови, вознились в грудь.
Стая нагнала Славика. Волки смотрели на него с таким презрением, что вмолне бы могли сойти за разумных существ.
— Э, вы, тут… Че за дела?! — закричал Славик, размахивая мечом.
— Вы попутали, что ли? Я… у вас… самый главный! Пошли нах отсюда! — с неожиданной свирепостью от страха закричал он на волков.
На миг застыла полная тишина. И в ней послышался шепот:
— Избранный… уже здесь… не приближайтесь… К удивлению Славика, волки поджали хвосты и засеменили прочь, скаля зубы.
— Ты кто, голос в ночи? — спросил Славик, попятившись.
Из тьмы вырисовался силуэт лича. На лысой черепушке скошенная на бок корона, в руке скипетр, мантия истлела еще в прошлом веке.
— Бугага, костяшка ходячая, — наигранно заржал Славик.
— Тебе шмотки пауки под заказ шлют, что ли? Посох у Деда Мороза отжал?
Глаза лича вспыхнули и он утонул во тьме.
Славик опасливо поводил мечом в темном густом воздухе, где недавно материализовался лич. Воздух напоминал кисель.
— Э-эй! Иди сюда, скилетончик. Сейчас я тебе черепушку-то отвинчу. На понт взять хотел?
Но никто так и не ответил… Вечерело. Славик сидел на пеньке у костра и ковырял мечом землю. «Нахера я тут вообще оказался? Глюки так долго не бывают. Ни куя не понимаю. Пи#дец, здесь так обломно, одни пни обгорелые вокруг! А эти вороны заипали, они когда-нибудь заткнутся уже? Эх, жрать охота»… Он достал из кармана сотовый. С мобилки на него скалилась черепушка с розой в зубах. Эта картинка очень нравилась его девушке. «Романтика, мать ее… Сюда бы тебя, Ксюха. Я б тебе тут таких готичных роз нарвал, ты бы о#уела». Он смотреть на ее развесистые сиськи на фотке. «Как я скучаю по тебе, Кся. Да и ипаца хочется».
Славик сильно страдал от одиночества. Ему не хватало общения, пацанов со двора. Вместе было бы гораздо прикольнее разнести к е#аной матери осточертевшую псевдореальность.
— Да есть в этом долбаном месте хоть кто-нибудь? — закричал Славик, вглядываясь в темноту.
— Не шумите так, молодой человек. Разве вас не научили, как нужно себя вести.
К костру приблизилась сутулая старушка, непонятно чему улыбавшаяся.
— Бабка, у тебя трава есть? — перебил Славик, которого уже все конкретно так зае#ало.
— Такой, какую тебе надо, нет, сынок. На вот, пожуй ягоды.
— Ты мне объясни, че за хрень тут вообще происходит, — Славик скорчившись перемалывал кислые ягоды.
— Где я?
— Тебя отправили сюда на перевоспитание. Но я так смотрю: горбатого и могила не исправит.
— Ты че дерзишь, а? Славик огляделся по сторонам, схватил меч и приставил к горлу старухи.
— Говори, где твой дом. Жрать охота… — А попросить не мог? — старуха прищурилась и впилась в него своей глаукомой.
— Я бы тебе и так дала.
— Живо! — прикрикнул он.
— Ох, сейчас. Пошли в сторону леса.
Елок в лесу было столько, что хоть каждый день хороводы води. Вместо игрушек на некоторых болтались полуистлевшие висельники. В их глазницы залетали блуждающие огоньки, отчего глаза светились неестественным огнем.
Пока они шли, Славик то и дело запинался об лианы. То есть, об то, что он принял за лианы — на самом деле это были кишки, тянувшиеся на через все поле, окутывая его сетью.
«Мир теней никогда не подвергался такому осквернению. Это живой организм. Ты сейчас находишься в его желудке, скоро он переварит тебя и испражниться твоими останками. Тебе здесь не выжить.» — Славик слышал голос в своей голове и понял, что это ведьма вторгается в его разум. Он резко остановился и от души отвесил старухе пинка. Та закряхтела от боли, и упав, охнула. Но тут же обернулась, и в руке ее заблестела серебрянная коса.
— Властью Мира Теней! — старуха подняла свой артефакт и лучи тьмы пронзили его, заметались вспышки молний.
«Акуеть, старуха аниме насмотрелась» — подумал Славик.
— Ты, е#анарот, че такая о#уевшая? — округлившимися от ужаса глазами Славик взирал на дикий лик беззубой.
— Смертельный удар Смерти!
Славик сплюнул, подскочил к бабке и правым хуком сбил ее с ног. «Х#ле, не зря два года на бокс ходил».
— Ты мне мозг не трахай, развалюха!
Смерть сжалась до размеров кошки и зигзагами затерялась в траве.
И только сейчас Славик заметил слизь. Она была везде: на теле, в одежде, волосах.
— Сука, я тебе не корейская лапша, чтобы меня переваривать! Чтоб ты подавился, гнида!
Похожий на вылизанного коровой, Славик смотрел на небесный желчный пузырь, излучающий струйки света, и думал: «Чем бы тебя пи#дануть, а?
Славик ломанулся назад, но запнулся за полы плаща и упал в грязную лужу. Брызги обдали лицо, и он размазал свой чертов corpsepaint. Вдобавок шипы из напульсника болезненно, до крови, вознились в грудь.
Стая нагнала Славика. Волки смотрели на него с таким презрением, что вмолне бы могли сойти за разумных существ.
— Э, вы, тут… Че за дела?! — закричал Славик, размахивая мечом.
— Вы попутали, что ли? Я… у вас… самый главный! Пошли нах отсюда! — с неожиданной свирепостью от страха закричал он на волков.
На миг застыла полная тишина. И в ней послышался шепот:
— Избранный… уже здесь… не приближайтесь… К удивлению Славика, волки поджали хвосты и засеменили прочь, скаля зубы.
— Ты кто, голос в ночи? — спросил Славик, попятившись.
Из тьмы вырисовался силуэт лича. На лысой черепушке скошенная на бок корона, в руке скипетр, мантия истлела еще в прошлом веке.
— Бугага, костяшка ходячая, — наигранно заржал Славик.
— Тебе шмотки пауки под заказ шлют, что ли? Посох у Деда Мороза отжал?
Глаза лича вспыхнули и он утонул во тьме.
Славик опасливо поводил мечом в темном густом воздухе, где недавно материализовался лич. Воздух напоминал кисель.
— Э-эй! Иди сюда, скилетончик. Сейчас я тебе черепушку-то отвинчу. На понт взять хотел?
Но никто так и не ответил… Вечерело. Славик сидел на пеньке у костра и ковырял мечом землю. «Нахера я тут вообще оказался? Глюки так долго не бывают. Ни куя не понимаю. Пи#дец, здесь так обломно, одни пни обгорелые вокруг! А эти вороны заипали, они когда-нибудь заткнутся уже? Эх, жрать охота»… Он достал из кармана сотовый. С мобилки на него скалилась черепушка с розой в зубах. Эта картинка очень нравилась его девушке. «Романтика, мать ее… Сюда бы тебя, Ксюха. Я б тебе тут таких готичных роз нарвал, ты бы о#уела». Он смотреть на ее развесистые сиськи на фотке. «Как я скучаю по тебе, Кся. Да и ипаца хочется».
Славик сильно страдал от одиночества. Ему не хватало общения, пацанов со двора. Вместе было бы гораздо прикольнее разнести к е#аной матери осточертевшую псевдореальность.
— Да есть в этом долбаном месте хоть кто-нибудь? — закричал Славик, вглядываясь в темноту.
— Не шумите так, молодой человек. Разве вас не научили, как нужно себя вести.
К костру приблизилась сутулая старушка, непонятно чему улыбавшаяся.
— Бабка, у тебя трава есть? — перебил Славик, которого уже все конкретно так зае#ало.
— Такой, какую тебе надо, нет, сынок. На вот, пожуй ягоды.
— Ты мне объясни, че за хрень тут вообще происходит, — Славик скорчившись перемалывал кислые ягоды.
— Где я?
— Тебя отправили сюда на перевоспитание. Но я так смотрю: горбатого и могила не исправит.
— Ты че дерзишь, а? Славик огляделся по сторонам, схватил меч и приставил к горлу старухи.
— Говори, где твой дом. Жрать охота… — А попросить не мог? — старуха прищурилась и впилась в него своей глаукомой.
— Я бы тебе и так дала.
— Живо! — прикрикнул он.
— Ох, сейчас. Пошли в сторону леса.
Елок в лесу было столько, что хоть каждый день хороводы води. Вместо игрушек на некоторых болтались полуистлевшие висельники. В их глазницы залетали блуждающие огоньки, отчего глаза светились неестественным огнем.
Пока они шли, Славик то и дело запинался об лианы. То есть, об то, что он принял за лианы — на самом деле это были кишки, тянувшиеся на через все поле, окутывая его сетью.
«Мир теней никогда не подвергался такому осквернению. Это живой организм. Ты сейчас находишься в его желудке, скоро он переварит тебя и испражниться твоими останками. Тебе здесь не выжить.» — Славик слышал голос в своей голове и понял, что это ведьма вторгается в его разум. Он резко остановился и от души отвесил старухе пинка. Та закряхтела от боли, и упав, охнула. Но тут же обернулась, и в руке ее заблестела серебрянная коса.
— Властью Мира Теней! — старуха подняла свой артефакт и лучи тьмы пронзили его, заметались вспышки молний.
«Акуеть, старуха аниме насмотрелась» — подумал Славик.
— Ты, е#анарот, че такая о#уевшая? — округлившимися от ужаса глазами Славик взирал на дикий лик беззубой.
— Смертельный удар Смерти!
Славик сплюнул, подскочил к бабке и правым хуком сбил ее с ног. «Х#ле, не зря два года на бокс ходил».
— Ты мне мозг не трахай, развалюха!
Смерть сжалась до размеров кошки и зигзагами затерялась в траве.
И только сейчас Славик заметил слизь. Она была везде: на теле, в одежде, волосах.
— Сука, я тебе не корейская лапша, чтобы меня переваривать! Чтоб ты подавился, гнида!
Похожий на вылизанного коровой, Славик смотрел на небесный желчный пузырь, излучающий струйки света, и думал: «Чем бы тебя пи#дануть, а?
Страница 2 из 3
