Дорога к остановке занимала пять минут, а дорога домой целый час. Ната проанализировала ещё раз все свои действия: выключила комп, закрыла двери, включила сигнализацию, что ещё, ну, кажется, ничего не забыла. Фобия мнительности и чрезмерная осторожность сводили её с ума, но и мысль стать полной пофигисткой тоже была невыносима, а значит, риск нужно свести до минимума…
Добавить в моё избранное
6 мин, 28 сек 17155
Тотальный контроль над своими поступками встал на первое место в общении с людьми, отсюда развился страх перед толпой. Долго копавшись в справочниках по психологии, она нашла объяснения своему поведению — социофобия, не смертельное, но сильно утомляющее состояние. Единственное, что спасало от усталости, строительство фантастических миров. Попадая домой, Ната замыкалась в себе, уходя в мир выдумок, отчетливо ощущая границу между вымыслом и реальностью. Эти грани было необходимо поддерживать в состоянии боевой готовности, что бы в критический момент стойко держать оборону разума, не позволяя разочарованию поглотить его полностью.
На остановке стояло не так много людей, рабочая перевозка только начиналась. Всматриваясь в номера маршруток, Ната надеялась поскорее сесть в машину. Резкий визг тормозов заставил обернуться… «Как хочется чего-то сладенького, например, заварного пирожного с липким, прохладным кремом. Надо встать с постели и найти что-то вкусненькое в холодильнике, или, на крайний случай, стянуть конфету из вазочки. Сонное состояние не отступало, и было таким блаженным, желудок на желание поесть отреагировал обильным слюновыделением, вызывая кусательно-жевательные функции. Ната представила, как кусает лакомство, как мягкая выпечка поддаётся нажиму челюстей и прохладная вязкая влага обволакивает язык. Вместо крема Ната с ужасом обнаружила во рту огромное количество песка, и это был уже не сон. Повернувшись на живот, она скатилась с мягкой пастели на горячую обжигающую землю. Слишком уж реальная фантазия, — подумала Ната, — и самое ужасное, не моя. Она помнила, чтобы вернуть контроль над сном надо мысленно представить перед глазами кисть руки и сфокусировать всё своё внимание на ней. Ни разум, ни тело не подчинились ей. Остается проснуться во сне. Ната открыла глаза и упёрлась взглядом в песок. Резко поднявшись на ноги, она тут же, как подкошенная, рухнула на колени. На левой ноге чувствовалась тяжесть и жгущая боль, Ната инстинктивно села. Она сидела посреди песчаных конструкций напоминающих дома. Жилища стояли полукругом, создавая форму арены. От ноги тянулась цепь к большому стволу высохшей финиковой пальмы. Металл раскалился от жаркого солнца и причинял жуткую боль. Кандалы были настоящими, а боль не иллюзией. Ната стала улавливать отдаленные голоса и детский смех, они приближались. Полуголый мальчуган выскочил из облака пыли и песка, с визгом пронёся мимо неё.»
— Эй, пацан! — девушка попыталась схватить парня, когда тот снова побежал в её сторону. Не успела она протянуть к нему руку, как позвоночник заныл под тяжестью удара.
Старик в уродливом тюрбане снова и снова заносил над ней кнут.
— Не смей неверная разговаривать!
Его смуглое лицо исказилось в яростной злобе.
— Господи! Объясните, хотябы, где я? — девушка попыталась встать.
— Можешь не звать своего бога, он отдал нам тебя, — старик рассмеялся, широко раскрывая рот. Он не поленился наклониться к Нате, чтобы та увидела его лицо. Он заходился диким неестественным хохотом, всё ближе приближаясь к лицу девушки. Стёртые твёрдой пищей зубы старика клацнули перед её носом, оставляя за собой след вонючего кислого запаха. Ната ощутила позыв рвоты, желудок распознал продукт отвращения и попросился наружу.
— Можно воды? — тихо попросила Ната.
— Нет воды, нет воды. Ты слышишь? Таким как ты нет воды! — старик выпрямился.
Широкий бурнус и шеш на голове: «Арабы? Куда меня занесло?». Путаясь в мыслях, Ната решилась снова задать вопрос.
— Молчать! — завопил старик и ударил носком ноги Нату в челюсть.
От удара девушка рухнула в песок, боль стала не переносимой. Болевой шок начал лишать её сознания. Сквозь пелену надвигающего забытья она услышала быстрые шаги, приближающиеся к ней.
Хватит! — властный голос незнакомца заставил её повернуть голову в его сторону. Человек в чёрном схватил старика за руку и выхватил кнут. Его лицо закрывал шеш из черного полотна.
— У неё долгий путь, она ещё не готова, — мужчина склонился над ней. От него пахло конским потом и ещё чем-то. Ната пыталась понять, но в голову приходила только выпечка с корицей. Точно от него пахло корицей. Глаза закрывались, Ната проваливалась в глубокий сон.
— Очнись, ты меня слышишь, очнись. Дыши! Черти б тебя взяли, дыши, я сказал!
На грудь Наты опустился кулак. Сильный удар и из груди вырвался крик похожий на вой.
— Вот, так. Теперь дыши ровнее, — голос стал не таким грубым, скорее успокаивающим.
На губах Ната ощутила вкус крови, всё её лицо было залито, и сильно пекли глаза. Сквозь боль она попыталась их открыть. Опять боль, сколько ж боли я должна вытерпеть. Тело окаменело, она чувствовала, что её тащат по неровной холодной земле. Послышался хлопок, сначала один потом другой и слуховое пространство заполнилось свистом и взрывами. Она видела только силуэт, который метнулся к ней и накрыл её.
На остановке стояло не так много людей, рабочая перевозка только начиналась. Всматриваясь в номера маршруток, Ната надеялась поскорее сесть в машину. Резкий визг тормозов заставил обернуться… «Как хочется чего-то сладенького, например, заварного пирожного с липким, прохладным кремом. Надо встать с постели и найти что-то вкусненькое в холодильнике, или, на крайний случай, стянуть конфету из вазочки. Сонное состояние не отступало, и было таким блаженным, желудок на желание поесть отреагировал обильным слюновыделением, вызывая кусательно-жевательные функции. Ната представила, как кусает лакомство, как мягкая выпечка поддаётся нажиму челюстей и прохладная вязкая влага обволакивает язык. Вместо крема Ната с ужасом обнаружила во рту огромное количество песка, и это был уже не сон. Повернувшись на живот, она скатилась с мягкой пастели на горячую обжигающую землю. Слишком уж реальная фантазия, — подумала Ната, — и самое ужасное, не моя. Она помнила, чтобы вернуть контроль над сном надо мысленно представить перед глазами кисть руки и сфокусировать всё своё внимание на ней. Ни разум, ни тело не подчинились ей. Остается проснуться во сне. Ната открыла глаза и упёрлась взглядом в песок. Резко поднявшись на ноги, она тут же, как подкошенная, рухнула на колени. На левой ноге чувствовалась тяжесть и жгущая боль, Ната инстинктивно села. Она сидела посреди песчаных конструкций напоминающих дома. Жилища стояли полукругом, создавая форму арены. От ноги тянулась цепь к большому стволу высохшей финиковой пальмы. Металл раскалился от жаркого солнца и причинял жуткую боль. Кандалы были настоящими, а боль не иллюзией. Ната стала улавливать отдаленные голоса и детский смех, они приближались. Полуголый мальчуган выскочил из облака пыли и песка, с визгом пронёся мимо неё.»
— Эй, пацан! — девушка попыталась схватить парня, когда тот снова побежал в её сторону. Не успела она протянуть к нему руку, как позвоночник заныл под тяжестью удара.
Старик в уродливом тюрбане снова и снова заносил над ней кнут.
— Не смей неверная разговаривать!
Его смуглое лицо исказилось в яростной злобе.
— Господи! Объясните, хотябы, где я? — девушка попыталась встать.
— Можешь не звать своего бога, он отдал нам тебя, — старик рассмеялся, широко раскрывая рот. Он не поленился наклониться к Нате, чтобы та увидела его лицо. Он заходился диким неестественным хохотом, всё ближе приближаясь к лицу девушки. Стёртые твёрдой пищей зубы старика клацнули перед её носом, оставляя за собой след вонючего кислого запаха. Ната ощутила позыв рвоты, желудок распознал продукт отвращения и попросился наружу.
— Можно воды? — тихо попросила Ната.
— Нет воды, нет воды. Ты слышишь? Таким как ты нет воды! — старик выпрямился.
Широкий бурнус и шеш на голове: «Арабы? Куда меня занесло?». Путаясь в мыслях, Ната решилась снова задать вопрос.
— Молчать! — завопил старик и ударил носком ноги Нату в челюсть.
От удара девушка рухнула в песок, боль стала не переносимой. Болевой шок начал лишать её сознания. Сквозь пелену надвигающего забытья она услышала быстрые шаги, приближающиеся к ней.
Хватит! — властный голос незнакомца заставил её повернуть голову в его сторону. Человек в чёрном схватил старика за руку и выхватил кнут. Его лицо закрывал шеш из черного полотна.
— У неё долгий путь, она ещё не готова, — мужчина склонился над ней. От него пахло конским потом и ещё чем-то. Ната пыталась понять, но в голову приходила только выпечка с корицей. Точно от него пахло корицей. Глаза закрывались, Ната проваливалась в глубокий сон.
— Очнись, ты меня слышишь, очнись. Дыши! Черти б тебя взяли, дыши, я сказал!
На грудь Наты опустился кулак. Сильный удар и из груди вырвался крик похожий на вой.
— Вот, так. Теперь дыши ровнее, — голос стал не таким грубым, скорее успокаивающим.
На губах Ната ощутила вкус крови, всё её лицо было залито, и сильно пекли глаза. Сквозь боль она попыталась их открыть. Опять боль, сколько ж боли я должна вытерпеть. Тело окаменело, она чувствовала, что её тащат по неровной холодной земле. Послышался хлопок, сначала один потом другой и слуховое пространство заполнилось свистом и взрывами. Она видела только силуэт, который метнулся к ней и накрыл её.
Страница 1 из 2
