Там, где мы были

Заплатив водителю, мы уселись на потертые шаткие сиденья, и старый автобус, кряхтя и покачиваясь, отправился в дорогу. Моя необычная спутница тут же уткнулась носом в секло, вычерчивая пальчиком одной ей известные фигуры и провожая взглядом обгоняющие нас автомобили. Спрашивать ее о чем-либо было бесполезным, поэтому я тоже смотрела в окно, невольно отмечая, как изменилась знакомая дорога… Я так задумалась — и не сразу и заметила, что девочка настойчиво дергает меня за рукав.

— Нам там выходить, — почти обиженно ткнула она пальчиком в окно, где равномерное мелькание сосен сменилось неровными рядами домов.

— Остановите, пожалуйста, — поспешно сказала я водителю, но он и так уже притормаживал. Две пожилые женщины с большими сумками и длинными, обмотанными тряпками, инструментами, уже стояли у хлипких дверей. Да, действительно: огородные работы уже кипели вовсю… Когда тарахтящий автобус укатился прочь, я оглянулась, чувствуя, как душу переполняет волнение. Женщины успели скрыться, я даже не заметила, куда они ушли. Здесь все было таким знакомым, таким до боли родным, что хотелось кричать. Одно-и двухэтажные домики разбегались улочками от старого сторожевого домика. Здесь, за городом уже везде светлели ярко-салатной молодой листвой деревья, да и сосны с елями добавляли густо-зеленого. Свежий воздух щекотал легкие спокойствием и сладковатым ароматом леса.

Такие знакомы запахи. Такая знакомая картина. Будто детство вернулось во всей своей полноте, будто не было всех этих лет, и ничего не изменилось в жизни. Я нерешительно сделала шаг, под ногами зашуршали мелкие камушки, и мир вокруг наполнился вдруг звуками, которых я не заметила раньше. С тихим шелестом покачивались на ветру деревья, где-то далеко лаяла собака, в сторожевой будке старинной трелью звонил телефон. Единственный в этих местах, — с улыбкой припомнила я.

Вспомнив о своей спутнице, я наклонилась к ней, заглядывая в глаза. Говорить не было надобности. Я вспомнила, почему мне знакомо это личико. Малышка как две капли воды была похожа на соседскую девочку, такую, какой я знала ее много-много лет назад. Наверное, этим все и объяснялось. Впрочем, тот дом, по соседству с нашей дачей, почти столько же лет стоял пустым. Соседи уехали за границу тогда, а мы с братом еще лазили в заросший сад… — Ты — дочка Наташи, верно? — мягко спросила я у терпеливо стоящей рядом девочки.

Она отрицательно помотала головой, и светло-русые волосы разлетелись по плечам. Малышка развернулась, и бодро пошагала по одной из улочек, пиная носком кроссовка маленькие камушки. Мне не оставалось ничего иного, кроме как пойти за ней. Две колеи и узкий пролесок справа. Ели, окружающие небольшие полянки напротив каждого дома. Веселая молодая трава, вовсю захватившая свои владения… И птицы. Они щебетали так громко, будто наперебой спешили сообщить что-то важное. Может быть провозгласить полноправие весны.

А высоко в небе гудел самолет, которого не было видно за высокими шапками сосен.

Я не видела изменившихся очертаний соседских домов, не видела ржавчины на одинаковых заборах из рабицы — казалось, все осталось таким же, как раньше. Казалось, что когда я выйду к даче, где провела большую часть своего детства — там, на полянке, все также будет стоять тонкий дубок и круглый деревянный стол с двумя скамейками и муравейником сбоку. Это было только иллюзией, ведь ни дубка, ни столика давно уже не было, но так хотелось верить своей памяти… Дубок приветливо покачивал голыми еще ветвями. Листья на нем только начали выглядывать из почек. На залитом солнечными лучами столике грели спины несколько черно-красных жуков и муха.

Не смея поверить своим глазам, я опустилась на теплую от солнца узкую скамейку. Девочка, чуть повозившись, устроилась рядом. Отсюда была видна оранжевая крыша веранды на ее участке. Не хотелось больше ничего спрашивать, потому что все происходящее стало походить на волшебную сказку, и страшно было ее вспугнуть.

— А ты обещала, — грустно сказала девочка, сплетая несколько сорванных травинок в косичку.

— Что обещала? — занятая своими мыслями, уточнила я.

— Обещала приехать сюда.

Я вздрогнула. Действительно, я столько раз обещала себе, что однажды вернусь сюда — одна, без родственников и друзей. Приеду просто так, чтоб побродить по знакомым местам, вспоминая и хоть на мгновение возвращая теплое и родное — прошлое.

— Откуда ты знаешь?

— Я все ждала и ждала, а ты не возвращалась… Девочка насупилась, и казалось — вот-вот расплачется. Я провела ладонью по мягким светлым волосам, и ничего не ответила. Но нужно было что-то сказать. Она ждала.

— Наташа была младше на год. Ты это тоже знаешь?

Девочка опустила длинные ресницы и немного насмешливо улыбнулась. Смешно растягивая гласные, она сказала:

— Больше года… Ты теперь намного старше!

— Тогда расскажи мне, что происходит, — улыбнулась я в ответ.