Эх, Робби…

Это различные ракушки, расфасованные по пакетикам и просто лежащие россыпью в ящиках. Это красивые разнообразные гладкие камушки и бусины. Маленькие и большие шарики желтого, красного и черного дерева. Чуть выше ящиков висят готовые ожерелья их этих мелочей, что бы покупатель мог представить себе, что с ними делать.

Когда Роби был здесь на прошлой неделе, он рассматривал эти камушки. Ракушки интересовали его меньше всего, так как в этом холодном ветреном городе их вдоль моря валялось навалом. Потом Робби осмотрелся по сторонам, и, поняв, что никто на него не смотрит и не обращает внимания, погрузил в ящик с теплыми деревянными бусинами руки и стал водить там ими, ощупывая и пропуская шарики между пальцев.

Вдруг стало темно, и Робби почувствовал, что лежит на спине. Перед ним расстилалось черное в звездах небо. Лицо обвевал теплый и влажный ветерок, раздавался какой-то стук, и из-за головы в небо улетали резвые искры костра. Тело у Робби было тяжелое, и он едва мог ворочать глазами. Вдруг слева и справа от него затряслись освещенные светом костра черные тела, стук и грохот стал невыносимо громким, один худой черный человек, с закрашенным белой краской лицом, присел и склонился над Робби. В темноте глаз его было не видно, лишь черные кружки в незакрашенных белым местах. Дальше все произошло в долю секунды. Взгляд Робби упал на свисающие с шеи незнакомца несколько гирлянд деревянных бус, — незнакомец занес руку — и в руке его металлическим блеском сверкнул кривой нож, в середине черных пустот вспыхнули кровавые зрачки, Робби поднял дрожащую руку, схватился и дернул на себя бусы.

Несколько бусин ударились Робби в лицо.

Сквозь веки Робби почувствовал свет.

— Эй, милый, ты чего это? — услышал Робби женский голос.

Робби сморщил лицо и медленно, щурясь, стал открывать глаза. Над ним склонилась пожилая хозяйка магазина.

— Ты лежи, лежи, — снова сказала она.

— Ты ударился?

Робби отрицательно покачал головой. Голова была тяжелая.

— Давай я позвоню родителям, — продолжила она, — телефон скажи?

Робби нахмурил лоб, пытался думать, но никак не мог сосредоточиться.

Женщина начала ощупывать его одежду.

— Все, я нашла. У тебя внутри на подкладке нашита табличка с именем и телефоном. Молодец твоя мама.

Женщина отошла. Робби остался лежать на полу, и чувствительность постепенно возвращалась в его тело. Вскоре он почувствовал, что сжимает что-то в ладони. Он поднес ее к лицу и скосил глаза — в руке он зажимал несколько деревянных бусин.

Женщина вернулась обратно и присела рядом.

— Мама сейчас приедет. Ты, наверное, ударился головой? — она подложила что-то мягкое под голову мальчику.

— Ни о чем не думай, все будет хорошо. Я пока соберу бусы, ты тут разбросал десятка четыре, видимо, пока падал. Может быть, вызвать врача?

Робби опять вяло отрицательно покрутил головой.

Мама приехала, буквально, через десять минут. К тому времени Робби почувствовал себя гораздо лучше. Он сел на полу и крепко обнял ее. Потом она подняла его на ноги, и они медленно, обнявшись, пошли к их старенькому Фиату.

Робби спал целые сутки. А потом пошел в школу, и все стало как прежде.

Робби еще раз заглянул в магазин и открыл дверь. Висевшие над дверью музыкальные трубочки издали мелодичный перезвон. Молодая женщина лениво подняла на него глаза и безразлично улыбнулась. Робби улыбнулся ей в ответ и, безучастно рассматривая фигурки на полках, стал продвигаться к ящикам с мелочевкой для поделок. Сердце у Робби колотилось от возбуждения и страха. Вот и ящики. Вот и шарики. Робби поднес раскрытую ладонь к бусинам и почувствовал легкое ласковое тепло.

— Не надо, — раздался за его спиной голос.

Робби вздрогнул и оглянулся. Дочь хозяев стояла за ним, он не слышал, как она подошла.

— Не надо, — опять повторила она.

— Иди домой.

— Я… Просто смотрю.

Женщина улыбнулась.

— Я знаю. Я все про тебя знаю. Иди домой.

Робби направился к выходу из магазина. Она шла за ним, потом чуть обогнала его, раскрыла перед ним дверь, вынуждая тем самым выйти. Музыкальные трубочки опять сыграли свою мелодию.

— Почему… Почему мне нельзя…? — уже в дверях оглянулся на нее Робби.

Женщина придвинула свое лицо к его, и Робби показалось, что зрачки ее на мгновение стали кроваво красными.

— Вот — она… — женщина раскрыла ладонь и показала Робби большую черную бусину.

— Я нашла ее. Но ты лучше все равно сюда не ходи.

У Робби перехватило дыхание, и он попятился назад. Дверь закрылась, и женщина, не оборачиваясь, пошла к своей стойке.

— Эх, Робби… — раздалось в голове у мальчика.

Робби обернулся вокруг своей оси. Никого вокруг не было. В кафетерии все так же сидели несколько человек.