1 Джозеф сидел на кухне, ноги в дурацких пушистых тапочках болтались в воздухе, свисая с высокого табурета. Свет лампы отражался в яблочном соке, который он пил, и неприятно сверкал в глаза. Радио пропищало двенадцать раз. Полночь.
Добавить в моё избранное
7 мин, 31 сек 9006
Из спальни доносились тяжёлые мужские вздохи и протяжные женские всхлипывания, постепенно переходящие в крик наслаждения. Постель с каждой секундой скрипела всё громче и быстрее.
Джозеф поморщился и глотнул сока. Его жена уже десять лет блестяще имитировала оргазм.
На радио после какой-то жизнеутверждающей попсы начался «Вечерний разговор». На этот раз речь шла о венерических болезнях и способах их предотвращения. Как будто эфир для полуночников слушают только бисексуальные подростки, трахающие всё подряд.
Джозеф начал вспоминать.
2 Он стоял в холле офиса перед кулером, заливая кипятком быстрорастворимую лапшу. Мимо проходил Тревор, приплясывающий под ужасный фанк восьмидесятых, сотрясающий его наушники. Он споткнулся и навалился на Джозефа. Пластиковая тарелка разломалась на две половины, лапша вывалилась из трещины на пол, а кипяток выплеснулся на руки и лицо Джозефа. Тот вскрикнул, а Тревор отступил, улыбаясь.
— Твою мать, Тревор! — сказал Джозеф, наконец, разглядев виновника происшествия.
— Твою жену, Джозеф, — тихо парировал Тревор, — твою жену, и очень даже неплохо.
Джозеф застыл в полусогнутой поле, шокированный услышанным.
— Говнюк, — просипел он, потеряв голос.
— Я выебал твою жену, — нараспев сказал Тревор, наслаждаясь ситуацией, — И мне это понравилось.
Он постоял над Джозефом ещё секунд десять, потом пошёл в свой кабинет. По пути его хлопнул по плечу Терри, друг и коллега Тревора, правда, не такой тощий, как тот — он был ожиревшим на сандвичах и бургерах, тогда как Тревор обедал салатиками и суши.
Джозеф ушёл к себе в кабинет, где проплакал порядка получаса.
Дома он вёл себя, как ни в чём не бывало. Линди была само очарование.
3 Когда он пришёл домой на следующий вечер, Линди смотрела клипы по MTV, лежа в кровати, укутавшись в одеяло. Свет в спальне был погашен, но Джозеф разглядел вялость на её лице. И красную болячку под носом.
— В чём дело? Ты скверно выглядишь.
Линди вздрогнула, а потом повернулась к нему, глядя усталым взглядом.
— Простудилась кажется. Окна продувает.
— Что будем ужинать?
— Я не голодна. Сделай, пожалуйста, чай.
Джозеф посмотрел на неё внимательно, в поисках признаков измены. В телевизор смотрела верная жена. Тревор, отсоси, ты, тощий лживый урод.
Звонок в дверь. Линда снова вздрогнула.
— Джо, не открывай, прошу. Давай хоть один вечер побудем наедине друг с другом, — голос вздрагивал, губы тряслись. Джозеф задней мыслью начал подозревать херню.
Он промолчал, выдохнул и пошёл к двери. Звонок повторился, на этот раз он был длинней.
— Джо! Не надо, Джо!— вскричала Линда.
Джозеф проигнорировал её крики и подошёл к двери. Ещё раз выдохнул и посмотрел в глазок. Там он увидёл копну свалявшихся чёрных волос. С них капала тёмная кровь.
— Кто ты?— спросил Джозеф.
— Тревор, — ответил Тревор.
— Что тебе нужно?— выдохнул Джозеф.
Тревор вздыхал. Даже через дверь Джозеф слышал, как в его лёгких что-то хлюпало.
— Я выебал твою жену, — шепнул Тревор.
Джозеф закашлялся.
— И посмотри, что стало со мной!— заорал Тревор и поднял голову.
Осознав кошмар, Джозеф осел на пол, прикрывая рот.
Тревор разлагался. Налитые красно-жёлтой кровью глаза в бешеном исступлении смотрели в глазок. Нос то ли провалился, то ли отвалился совсем: в любом случае на его месте была чёрная впадина. От лица отваливались слои кожи и мяса. Джозеф начал отчётливо чувствовать запах гниющей плоти.
— Что это, твою мать?!— взвизгнул Тревор, — Я разваливаюсь на куски! Сука!
Джозеф поднялся с пола, запер дверь на ставни и пошёл в комнату к Линде, по пути вытаскивая из брюк ремень.
4 Линда нервно теребила одеяло.
— Кто это был?— осторожно спросила она.
— Тревор, — бездушным голосом ответил Джозеф, — а теперь ты должна мне кое-что объяснить.
Засвистевшая в воздухе пряжка ремня отколола от постели щепку, прямо у Линды над головой.
— Джо!— вскрикнула она, — Джо, зачем ты это делаешь?!
— Тревор разлагается, — тихо проговорил Джозеф, когда ремень оставил красную полосу на руке Линды, — Потому что он выебал тебя. Что ты на это скажешь?
Линда переползла на другую сторону кровати, но ремень настигал её и там. Удары становились всё сильнее. Джозеф был нетерпелив.
— Боже мой, прекрати это!— завизжала она.
Ремень всё щелкал и щёлкал в бешеном темпе, рассекая кожу Линды до крови.
— Я убью тебя, — сказал Джозеф, — если ты не объяснишь, почему Тревор гниёт.
— Я скажу!— вскричала Линда, — Только остановись!
Всё. Ремень вернулся обратно в руки Джозефа.
— Говори.
— Это проказа. Китайская проказа.
Джозеф поморщился и глотнул сока. Его жена уже десять лет блестяще имитировала оргазм.
На радио после какой-то жизнеутверждающей попсы начался «Вечерний разговор». На этот раз речь шла о венерических болезнях и способах их предотвращения. Как будто эфир для полуночников слушают только бисексуальные подростки, трахающие всё подряд.
Джозеф начал вспоминать.
2 Он стоял в холле офиса перед кулером, заливая кипятком быстрорастворимую лапшу. Мимо проходил Тревор, приплясывающий под ужасный фанк восьмидесятых, сотрясающий его наушники. Он споткнулся и навалился на Джозефа. Пластиковая тарелка разломалась на две половины, лапша вывалилась из трещины на пол, а кипяток выплеснулся на руки и лицо Джозефа. Тот вскрикнул, а Тревор отступил, улыбаясь.
— Твою мать, Тревор! — сказал Джозеф, наконец, разглядев виновника происшествия.
— Твою жену, Джозеф, — тихо парировал Тревор, — твою жену, и очень даже неплохо.
Джозеф застыл в полусогнутой поле, шокированный услышанным.
— Говнюк, — просипел он, потеряв голос.
— Я выебал твою жену, — нараспев сказал Тревор, наслаждаясь ситуацией, — И мне это понравилось.
Он постоял над Джозефом ещё секунд десять, потом пошёл в свой кабинет. По пути его хлопнул по плечу Терри, друг и коллега Тревора, правда, не такой тощий, как тот — он был ожиревшим на сандвичах и бургерах, тогда как Тревор обедал салатиками и суши.
Джозеф ушёл к себе в кабинет, где проплакал порядка получаса.
Дома он вёл себя, как ни в чём не бывало. Линди была само очарование.
3 Когда он пришёл домой на следующий вечер, Линди смотрела клипы по MTV, лежа в кровати, укутавшись в одеяло. Свет в спальне был погашен, но Джозеф разглядел вялость на её лице. И красную болячку под носом.
— В чём дело? Ты скверно выглядишь.
Линди вздрогнула, а потом повернулась к нему, глядя усталым взглядом.
— Простудилась кажется. Окна продувает.
— Что будем ужинать?
— Я не голодна. Сделай, пожалуйста, чай.
Джозеф посмотрел на неё внимательно, в поисках признаков измены. В телевизор смотрела верная жена. Тревор, отсоси, ты, тощий лживый урод.
Звонок в дверь. Линда снова вздрогнула.
— Джо, не открывай, прошу. Давай хоть один вечер побудем наедине друг с другом, — голос вздрагивал, губы тряслись. Джозеф задней мыслью начал подозревать херню.
Он промолчал, выдохнул и пошёл к двери. Звонок повторился, на этот раз он был длинней.
— Джо! Не надо, Джо!— вскричала Линда.
Джозеф проигнорировал её крики и подошёл к двери. Ещё раз выдохнул и посмотрел в глазок. Там он увидёл копну свалявшихся чёрных волос. С них капала тёмная кровь.
— Кто ты?— спросил Джозеф.
— Тревор, — ответил Тревор.
— Что тебе нужно?— выдохнул Джозеф.
Тревор вздыхал. Даже через дверь Джозеф слышал, как в его лёгких что-то хлюпало.
— Я выебал твою жену, — шепнул Тревор.
Джозеф закашлялся.
— И посмотри, что стало со мной!— заорал Тревор и поднял голову.
Осознав кошмар, Джозеф осел на пол, прикрывая рот.
Тревор разлагался. Налитые красно-жёлтой кровью глаза в бешеном исступлении смотрели в глазок. Нос то ли провалился, то ли отвалился совсем: в любом случае на его месте была чёрная впадина. От лица отваливались слои кожи и мяса. Джозеф начал отчётливо чувствовать запах гниющей плоти.
— Что это, твою мать?!— взвизгнул Тревор, — Я разваливаюсь на куски! Сука!
Джозеф поднялся с пола, запер дверь на ставни и пошёл в комнату к Линде, по пути вытаскивая из брюк ремень.
4 Линда нервно теребила одеяло.
— Кто это был?— осторожно спросила она.
— Тревор, — бездушным голосом ответил Джозеф, — а теперь ты должна мне кое-что объяснить.
Засвистевшая в воздухе пряжка ремня отколола от постели щепку, прямо у Линды над головой.
— Джо!— вскрикнула она, — Джо, зачем ты это делаешь?!
— Тревор разлагается, — тихо проговорил Джозеф, когда ремень оставил красную полосу на руке Линды, — Потому что он выебал тебя. Что ты на это скажешь?
Линда переползла на другую сторону кровати, но ремень настигал её и там. Удары становились всё сильнее. Джозеф был нетерпелив.
— Боже мой, прекрати это!— завизжала она.
Ремень всё щелкал и щёлкал в бешеном темпе, рассекая кожу Линды до крови.
— Я убью тебя, — сказал Джозеф, — если ты не объяснишь, почему Тревор гниёт.
— Я скажу!— вскричала Линда, — Только остановись!
Всё. Ремень вернулся обратно в руки Джозефа.
— Говори.
— Это проказа. Китайская проказа.
Страница 1 из 3
