В магазин приходит маленькая девочка. — Можно мне купить вот ту коляску?
Добавить в моё избранное
6 мин, 35 сек 14545
Слово на букву «б» из пяти букв?
— Ну, это такое редкое слово, — засмеялась и она тем же хабальским смехом, как и жирные продавщицы.
— Оно такое редкое, что я не могу без него обойтись… Через каждые два слова использую.
— Ну, вот, видишь? Ты можешь улыбаться, а не только визжать, как истеричка. Может, всё-таки, согласишься с коляской?
— Дебилка, я тебя просто не понимаю! Чё ты с этой коляской ко мне цепляешься!
— О, я придумала! — обрадовалась девочка.
— Чё ты там ещё придумала?! — опять захохотала вздорная бабища.
— Что может придумать безмозглая соплячка, которая несёт всё время какой-то бред! Ты же сумасшедшая? Вообразила себя моей не родившейся дочерью… Ещё и продавщицы над тобой ржут, как над чокнутой!
— Я просто хочу восстановить справедливость… — Дак ты промямли, что ты там «придумала»!
— Я хотела сказать, что ты согласишься с моим предложением о коляске, а потом её пропьёшь. Ну, как?! Хитро придумано.
— Кого — её? — совсем запуталась бабища.
— Может, «тебя», а не «её» нужно говорить.
— Что?
— Ну, на органы продать мелкую щучку… — Я про коляску!
— Тьфу ты! Какая же ты зануда… Ладно, ползи за своей дурацкой коляской в тот никчёмный магазинешко… Как же ты мне надоела… — А она давно уже здесь… — Что… — То есть, я хотела сказать, — на секунду передразнила она мать, — не «она», а «я».
— Кто — я?
— Я — это твой животик.
— Женщина посмотрела на свои титьки… Вернее, на то, что под ними… И чуть не офонарела.
— А коляска, — продолжала девочка, — давно уже украдена. Она стоит в другой комнате. То есть, я украла её ещё в тот день, когда у тебя был этот живот.
— Как это ты украла! — теперь настала материна очередь запутываться.
— Не морочь мне голову… Она даже сбегала в эту другую комнату, чтобы убедиться, что ей не навешивают лапшу на уши.
— А что тут непонятно? — странно пожала девочка плечами, когда мамаша прискакала обратно.
— Ты же только что ходила и просила именно ту коляску, потому что она тебе очень понравилась! Такое ты говорила тем продавщицам? Когда ты выбежала из магазина, то продавщица мне позвонила и мы с ней еще долго ржали над тобой… — Я действительно говорила тебе правду. Просто одна реальность накладывается на другую.
— Что-что-что?
— То, что я сама была в шоке, когда я, сначала зашла в тот магазин и увидела, что коляска, которую я стырила, стоит всё на том же месте, а ты, когда я к тебе прибежала, уже не беременная мной.
Её мать просто промолчала. Наверно, она не хотела ещё раз повторять, что ничего не поняла.
— Дак, значит, ты всё рассказала про меня той продавщице? А я думала, что она такая же, как я и, если я отправлюсь в мир не рождённых детей, то она может побежать за мной следом и натравить на меня тамошних копов! Поэтому я подумала, что, если она не может вернуться, так как навечно осталась в прошлом, то я смогу от неё улизнуть и отомстить за этот хабальский смех. А дело, значит, в том, что ты просто ей разболтала всё!
— Ну да, мы с ней созванивались. А что?
— Закрой глаза и не подглядывай.
Женщина сделала так, как её попросили, а, когда открыла, то, как говорится, снова осталась у разбитого корыта. Потому что, ни животика на ней больше не было, ни коляски в соседней комнате.
Она даже сбегала, проверила, так или нет. А потом принялась трезвонить тупой магазинной продавщице, когда перевела дух: у неё был такой вид, словно от сердца отлегло. Она с облегчением подумала: «Фу, слава богу, померещилась эта обкуренная малолетка!» А продавщице она хотела позвонить, чтоб расспросить, правда ли секунду назад не было той коляски, про которую они вдвоём недавно ржали, как лошади.
— Ну, это такое редкое слово, — засмеялась и она тем же хабальским смехом, как и жирные продавщицы.
— Оно такое редкое, что я не могу без него обойтись… Через каждые два слова использую.
— Ну, вот, видишь? Ты можешь улыбаться, а не только визжать, как истеричка. Может, всё-таки, согласишься с коляской?
— Дебилка, я тебя просто не понимаю! Чё ты с этой коляской ко мне цепляешься!
— О, я придумала! — обрадовалась девочка.
— Чё ты там ещё придумала?! — опять захохотала вздорная бабища.
— Что может придумать безмозглая соплячка, которая несёт всё время какой-то бред! Ты же сумасшедшая? Вообразила себя моей не родившейся дочерью… Ещё и продавщицы над тобой ржут, как над чокнутой!
— Я просто хочу восстановить справедливость… — Дак ты промямли, что ты там «придумала»!
— Я хотела сказать, что ты согласишься с моим предложением о коляске, а потом её пропьёшь. Ну, как?! Хитро придумано.
— Кого — её? — совсем запуталась бабища.
— Может, «тебя», а не «её» нужно говорить.
— Что?
— Ну, на органы продать мелкую щучку… — Я про коляску!
— Тьфу ты! Какая же ты зануда… Ладно, ползи за своей дурацкой коляской в тот никчёмный магазинешко… Как же ты мне надоела… — А она давно уже здесь… — Что… — То есть, я хотела сказать, — на секунду передразнила она мать, — не «она», а «я».
— Кто — я?
— Я — это твой животик.
— Женщина посмотрела на свои титьки… Вернее, на то, что под ними… И чуть не офонарела.
— А коляска, — продолжала девочка, — давно уже украдена. Она стоит в другой комнате. То есть, я украла её ещё в тот день, когда у тебя был этот живот.
— Как это ты украла! — теперь настала материна очередь запутываться.
— Не морочь мне голову… Она даже сбегала в эту другую комнату, чтобы убедиться, что ей не навешивают лапшу на уши.
— А что тут непонятно? — странно пожала девочка плечами, когда мамаша прискакала обратно.
— Ты же только что ходила и просила именно ту коляску, потому что она тебе очень понравилась! Такое ты говорила тем продавщицам? Когда ты выбежала из магазина, то продавщица мне позвонила и мы с ней еще долго ржали над тобой… — Я действительно говорила тебе правду. Просто одна реальность накладывается на другую.
— Что-что-что?
— То, что я сама была в шоке, когда я, сначала зашла в тот магазин и увидела, что коляска, которую я стырила, стоит всё на том же месте, а ты, когда я к тебе прибежала, уже не беременная мной.
Её мать просто промолчала. Наверно, она не хотела ещё раз повторять, что ничего не поняла.
— Дак, значит, ты всё рассказала про меня той продавщице? А я думала, что она такая же, как я и, если я отправлюсь в мир не рождённых детей, то она может побежать за мной следом и натравить на меня тамошних копов! Поэтому я подумала, что, если она не может вернуться, так как навечно осталась в прошлом, то я смогу от неё улизнуть и отомстить за этот хабальский смех. А дело, значит, в том, что ты просто ей разболтала всё!
— Ну да, мы с ней созванивались. А что?
— Закрой глаза и не подглядывай.
Женщина сделала так, как её попросили, а, когда открыла, то, как говорится, снова осталась у разбитого корыта. Потому что, ни животика на ней больше не было, ни коляски в соседней комнате.
Она даже сбегала, проверила, так или нет. А потом принялась трезвонить тупой магазинной продавщице, когда перевела дух: у неё был такой вид, словно от сердца отлегло. Она с облегчением подумала: «Фу, слава богу, померещилась эта обкуренная малолетка!» А продавщице она хотела позвонить, чтоб расспросить, правда ли секунду назад не было той коляски, про которую они вдвоём недавно ржали, как лошади.
Страница 2 из 2
