Эта история случилась в две тысячи пятом году. В мае. Всё произошло на самом деле, но выглядит столь фантастична, что… Впрочем, решайте сами.
Добавить в моё избранное
5 мин, 13 сек 8985
Иди вперед, вперед иди C надеждой в сердце своем И ты никогда не будешь идти один, Ты никогда не будешь идти один.
На другой половине спортивной арены свою победу уже вовсю праздновали итальянцы.
Второй тайм не успел начаться, игроки находились в подтрибунных раздевалках, и прожектора для красоты лупили в небо как в белый свет. Над стадионом от их лучей и в самом деле было бело.
Двойник Марка Хафтона мимо бдительных охранников беспрепятственно проник в раздевалку «Ливерпуля», скинул там рубашку, брюки и остался лишь в трусах и кроссовках. Даже тут, в бетонном чреве турецкого стадиона слышалась яростная песня, от которой по коже шли мурашки.
— Парни, я с вами!
Но его никто не услышал, и не понял, что в команде стало на одного игрока больше.
Когда Марк вернулся к «ангелам», бородатый спросил:
— Ладно, играл за своих, но зачем надо было мешать Шевченко бить пенальти?
Двойник Хафтона только пожал плечами. Внутри его гремели литавры в такт песне, которая звучала сейчас во всех спортбарах по всему миру, в то время как парни из Ливерпуля бежали по кругу стамбульского стадиона с кубком в руках.
— Помнишь трагедию восемьдесят девятого?
Да, тогда в давке на стадионе погиб и один из знакомых Марка… Двойник утвердительно кивнул.
— Через четыре дня болельщики «Милана» в знак солидарности пели вашу песню. Сказать по правде, вы им были немного должны… И вновь пожатие плеч.
— Но мы решили позволить тебе исполнить последнее желание, потому что… Потому что эта песня поначалу пелась для успокоения сестры самоубийцы.
Марк знал об этом и снова кивнул головой. Да, он самоубийца. Таких не пускают в рай.
— Ты проведёшь тысячу лет в очень скучном месте… И вновь неведомая сила потащила астральное тело двойника Марка прочь.
Только на этот раз рядом с ним было что-то еще.
— Привет, дружище.
— Граф?
— Не-а. Его двойник. Я смотрел это матч! Это что-то!
— А ты видел, как я… — Мы с тобой об этом еще успеем поговорить. Я-то не человек, и могу навещать тебя. Мы же с тобой из Ливерпуля. Так что не бойся, всю эту тысячу лет ты никогда не будешь один.
На другой половине спортивной арены свою победу уже вовсю праздновали итальянцы.
Второй тайм не успел начаться, игроки находились в подтрибунных раздевалках, и прожектора для красоты лупили в небо как в белый свет. Над стадионом от их лучей и в самом деле было бело.
Двойник Марка Хафтона мимо бдительных охранников беспрепятственно проник в раздевалку «Ливерпуля», скинул там рубашку, брюки и остался лишь в трусах и кроссовках. Даже тут, в бетонном чреве турецкого стадиона слышалась яростная песня, от которой по коже шли мурашки.
— Парни, я с вами!
Но его никто не услышал, и не понял, что в команде стало на одного игрока больше.
Когда Марк вернулся к «ангелам», бородатый спросил:
— Ладно, играл за своих, но зачем надо было мешать Шевченко бить пенальти?
Двойник Хафтона только пожал плечами. Внутри его гремели литавры в такт песне, которая звучала сейчас во всех спортбарах по всему миру, в то время как парни из Ливерпуля бежали по кругу стамбульского стадиона с кубком в руках.
— Помнишь трагедию восемьдесят девятого?
Да, тогда в давке на стадионе погиб и один из знакомых Марка… Двойник утвердительно кивнул.
— Через четыре дня болельщики «Милана» в знак солидарности пели вашу песню. Сказать по правде, вы им были немного должны… И вновь пожатие плеч.
— Но мы решили позволить тебе исполнить последнее желание, потому что… Потому что эта песня поначалу пелась для успокоения сестры самоубийцы.
Марк знал об этом и снова кивнул головой. Да, он самоубийца. Таких не пускают в рай.
— Ты проведёшь тысячу лет в очень скучном месте… И вновь неведомая сила потащила астральное тело двойника Марка прочь.
Только на этот раз рядом с ним было что-то еще.
— Привет, дружище.
— Граф?
— Не-а. Его двойник. Я смотрел это матч! Это что-то!
— А ты видел, как я… — Мы с тобой об этом еще успеем поговорить. Я-то не человек, и могу навещать тебя. Мы же с тобой из Ливерпуля. Так что не бойся, всю эту тысячу лет ты никогда не будешь один.
Страница 2 из 2
