Нас загнали в ловушку. Небольшой домик на окраине городка стал последним местом, где мы смогли укрыться от погони, и дальше бежать уже некуда. Охотники не хотят рисковать, врываясь в дом. Они знают, что в ограниченном пространстве у меня куда больше шансов.
Добавить в моё избранное
5 мин, 29 сек 6871
Год 2012 от Р. Х.
Окрестности Фриско, США.
Джин, надо отдать ей должное, неплохо держится. Она сидит напротив меня, прислонившись к кухонному столу. Даже сейчас, когда её лоб покрыт испариной, а от косметики остались лишь воспоминания, она по-прежнему прекрасна. Наверно, не стоило брать её с собой в эту поездку. Но кто мог предполагать, что в этой глуши меня встретят старые враги? Я передвинулся на её сторону, обнял, стараясь успокоить. Как бы она не старалась, всё же для девушки, которой всего-то двадцать лет, последние сутки были СЛИШКОМ тяжёлыми.
— Всё будет хорошо, любовь моя.
Я сам не верю в то, что говорю. Но надеюсь, что хотя бы она поверит. Джин только молча кивает и сжимает мою руку.
Рёв мегафона доносит до меня голос Бака Финистера.
— Эй, Торено! Мы знаем, что вы здесь.
Главарь «чистильщиков» не скрывает злорадного торжества. Что ж, у него есть все основания гордиться собой. Моя«семья» далеко отсюда, и они не успеют прийти на помощь. Впрочем, я не могу даже связаться с ними. Передатчик Финистера надёжно блокирует все телефонные сети в округе, но это лишь полбеды. Гораздо хуже, что моему контакту с Триадой тоже что-то мешает. И я не могу понять, что.
— Дом окружён, Ник. Сдавайся, и я немного сокращу ваши мучения. Если ты не выйдешь… У нас хватит взрывчатки, чтобы разнести этот дом к чёртовой матери. А если вдруг сумеешь выжить после этого, или сбежать через какой-нибудь тайный ход, тебя жаждет видеть ещё кое-кто из старых знакомых.
— О чём ты говоришь? — проорал я, не особо надеясь на ответ. Однако охотник меня услышал.
— Садри, приятель. Ты же вроде не так давно пришиб одного из них, верно? Мы сочли, что между собой сможем разобраться чуть позже. Жаль, тебе не доведётся этого увидеть.
Шансы на спасение приближались к нулю. Клан Садри, известный как Кровавое Братство, в принципе никогда не питал симпатии к нашей «семье», а ко мне имел персональный счёт, а также большое желание его погасить. Заметив мою реакцию на слова Бака, Джин вытерла со лба пот и посмотрела на меня с какой-то фанатичной надеждой:
— Ник, всё настолько безнадёжно? Может, он просто пытается нас запугать?
Я покачал головой. Если бы это было так… — Финистер не блефует. Никогда. Если он что-то говорит, значит, уверен, что сможет это сделать. Но сдаться мы тоже не можем. Я видел, что эти люди делают со своими пленниками, и могу тебя уверить, взрыв гораздо гуманнее.
— Тогда… — Тогда остаётся только одно.
Я потянулся к своему рюкзаку и достал оттуда два пистолета. Один приставил к своему виску, второй протянул Джин. Она немного поколебалась, но всё же последовала моему примеру.
— Я люблю тебя, Ник.
— Я тоже, — я в последний раз впился поцелуем в её губы, стараясь запомнить вкус. Наши пальцы одновременно нажали на курки, и… Вместо двух выстрелов прогремел один. Джин, закатив глаза, начала оседать на пол, но я подхватил её и бережно перенёс на кровать. Прости меня… Это подло, но я не мог поступить иначе. Я не хотел разрушать образ Ника Торено, которого Ты знала. Но при всём желании я больше не мог скрывать свою истинную суть. Даже будь мой пистолет заряжен, это ничего бы не изменило. Простая пуля давно не в состоянии меня прикончить. Я вампир, Chiahgshih, или, как нас называют в Европе, Губитель. И сейчас настало время для схватки с наследниками Инквизиции и Магами Крови. Они могут меня уничтожить, но прежде… Прежде им придётся оплатить Твою смерть. Смерть той, чья единственная вина — неудачный выбор, сделанный её сердцем.
Они все были мертвы. Бак Финистер недоумённо уставился в звёздное небо. Поза главаря охотников была немного неестественной, так как у него была сломана шея. Две окровавленные кучи тряпья ещё несколько минут назад были могущественными Магами Крови. Прочие валялись тут и там, в тех позах, в каких их застала смерть. Я устало опустился наземь, прислонившись к стене дома. Так легко… этого просто не могло быть. Неужели мы могли прорваться… вместе?
И тут раздался такой знакомый, и оттого ещё более неожиданный стук каблучков. Я повернулся на звук и увидел ЕЁ. На виске Джин по-прежнему расплывалось кровавое пятно, но она стояла и смотрела на меня. Вопреки всему она была жива, и я это чувствовал. Я хотел обнять её, но она оттолкнула меня.
— Не прикасайся ко мне, убийца!
— Джин, я хотел… — Ты хотел всего лишь сохранить лицо. Поздравляю, — она указала на пятна чужой крови на моей куртке, — тебе это вполне удалось. Чудовище! Я доверилась тебе, но ты лишь использовал меня. И выбросил, как только я стала тебе в тягость. Ты лишил жизни всех нас, только чтобы ничто не мешало твоему существованию. Но вампиры ведь всегда так поступают, правда?
— Ты не понимаешь… — Это ты не понимаешь. Да и зачем высшему существу понимать какую-то смертную девицу, которая лишь по стечению обстоятельств не стала пищей?
Окрестности Фриско, США.
Джин, надо отдать ей должное, неплохо держится. Она сидит напротив меня, прислонившись к кухонному столу. Даже сейчас, когда её лоб покрыт испариной, а от косметики остались лишь воспоминания, она по-прежнему прекрасна. Наверно, не стоило брать её с собой в эту поездку. Но кто мог предполагать, что в этой глуши меня встретят старые враги? Я передвинулся на её сторону, обнял, стараясь успокоить. Как бы она не старалась, всё же для девушки, которой всего-то двадцать лет, последние сутки были СЛИШКОМ тяжёлыми.
— Всё будет хорошо, любовь моя.
Я сам не верю в то, что говорю. Но надеюсь, что хотя бы она поверит. Джин только молча кивает и сжимает мою руку.
Рёв мегафона доносит до меня голос Бака Финистера.
— Эй, Торено! Мы знаем, что вы здесь.
Главарь «чистильщиков» не скрывает злорадного торжества. Что ж, у него есть все основания гордиться собой. Моя«семья» далеко отсюда, и они не успеют прийти на помощь. Впрочем, я не могу даже связаться с ними. Передатчик Финистера надёжно блокирует все телефонные сети в округе, но это лишь полбеды. Гораздо хуже, что моему контакту с Триадой тоже что-то мешает. И я не могу понять, что.
— Дом окружён, Ник. Сдавайся, и я немного сокращу ваши мучения. Если ты не выйдешь… У нас хватит взрывчатки, чтобы разнести этот дом к чёртовой матери. А если вдруг сумеешь выжить после этого, или сбежать через какой-нибудь тайный ход, тебя жаждет видеть ещё кое-кто из старых знакомых.
— О чём ты говоришь? — проорал я, не особо надеясь на ответ. Однако охотник меня услышал.
— Садри, приятель. Ты же вроде не так давно пришиб одного из них, верно? Мы сочли, что между собой сможем разобраться чуть позже. Жаль, тебе не доведётся этого увидеть.
Шансы на спасение приближались к нулю. Клан Садри, известный как Кровавое Братство, в принципе никогда не питал симпатии к нашей «семье», а ко мне имел персональный счёт, а также большое желание его погасить. Заметив мою реакцию на слова Бака, Джин вытерла со лба пот и посмотрела на меня с какой-то фанатичной надеждой:
— Ник, всё настолько безнадёжно? Может, он просто пытается нас запугать?
Я покачал головой. Если бы это было так… — Финистер не блефует. Никогда. Если он что-то говорит, значит, уверен, что сможет это сделать. Но сдаться мы тоже не можем. Я видел, что эти люди делают со своими пленниками, и могу тебя уверить, взрыв гораздо гуманнее.
— Тогда… — Тогда остаётся только одно.
Я потянулся к своему рюкзаку и достал оттуда два пистолета. Один приставил к своему виску, второй протянул Джин. Она немного поколебалась, но всё же последовала моему примеру.
— Я люблю тебя, Ник.
— Я тоже, — я в последний раз впился поцелуем в её губы, стараясь запомнить вкус. Наши пальцы одновременно нажали на курки, и… Вместо двух выстрелов прогремел один. Джин, закатив глаза, начала оседать на пол, но я подхватил её и бережно перенёс на кровать. Прости меня… Это подло, но я не мог поступить иначе. Я не хотел разрушать образ Ника Торено, которого Ты знала. Но при всём желании я больше не мог скрывать свою истинную суть. Даже будь мой пистолет заряжен, это ничего бы не изменило. Простая пуля давно не в состоянии меня прикончить. Я вампир, Chiahgshih, или, как нас называют в Европе, Губитель. И сейчас настало время для схватки с наследниками Инквизиции и Магами Крови. Они могут меня уничтожить, но прежде… Прежде им придётся оплатить Твою смерть. Смерть той, чья единственная вина — неудачный выбор, сделанный её сердцем.
Они все были мертвы. Бак Финистер недоумённо уставился в звёздное небо. Поза главаря охотников была немного неестественной, так как у него была сломана шея. Две окровавленные кучи тряпья ещё несколько минут назад были могущественными Магами Крови. Прочие валялись тут и там, в тех позах, в каких их застала смерть. Я устало опустился наземь, прислонившись к стене дома. Так легко… этого просто не могло быть. Неужели мы могли прорваться… вместе?
И тут раздался такой знакомый, и оттого ещё более неожиданный стук каблучков. Я повернулся на звук и увидел ЕЁ. На виске Джин по-прежнему расплывалось кровавое пятно, но она стояла и смотрела на меня. Вопреки всему она была жива, и я это чувствовал. Я хотел обнять её, но она оттолкнула меня.
— Не прикасайся ко мне, убийца!
— Джин, я хотел… — Ты хотел всего лишь сохранить лицо. Поздравляю, — она указала на пятна чужой крови на моей куртке, — тебе это вполне удалось. Чудовище! Я доверилась тебе, но ты лишь использовал меня. И выбросил, как только я стала тебе в тягость. Ты лишил жизни всех нас, только чтобы ничто не мешало твоему существованию. Но вампиры ведь всегда так поступают, правда?
— Ты не понимаешь… — Это ты не понимаешь. Да и зачем высшему существу понимать какую-то смертную девицу, которая лишь по стечению обстоятельств не стала пищей?
Страница 1 из 2
