Нас загнали в ловушку. Небольшой домик на окраине городка стал последним местом, где мы смогли укрыться от погони, и дальше бежать уже некуда. Охотники не хотят рисковать, врываясь в дом. Они знают, что в ограниченном пространстве у меня куда больше шансов.
Добавить в моё избранное
5 мин, 29 сек 6872
— Но я люблю тебя… — А я тебя ненавижу. Будь проклят, Ник Торено.
Джин развернулась и пошла в дом. Я бросился за ней, но обо что-то споткнулся и рухнул наземь. И тут же перед глазами затанцевали багровые тени с лицами Джин. Они показывали на меня пальцами и твердили:
— Чудовище! Вампир! Убийца!
Одна из теней коснулась меня, и мир померк… Иллюзия растаяла. Ни Джин, ни Финистера, ни Садри больше не было. Лишь тела нескольких невезучих охотников и Ник Торено, с воем катающийся по земле. Зато во мраке ночи появилось несколько новых фигур. Невысокий, но крепко сложенный мужчина склонился над пострадавшим, пытаясь хоть как-то его утихомирить.
— Как он, Макс? — спросил молодой человек в элегантном, хотя и довольно старомодном костюме.
— Жить будет, если вы об этом, босс. Но мозги у него теперь явно не в порядке.
— Мозгов нам хватит и своих, — отмахнулся франт.
— Тем более, что у него они и так были «явно не в порядке». Он ведь и вправду влюбился в эту смертную. Так неожиданно и так глупо, особенно для Губителя.
Он повернулся к третьей — стройной тёмноволосой девушке, которая задумчиво, словно изучая, наблюдала за припадком чианши.
— C'Иtait magnifique, ma cher*, — франт усмехнулся, продемонстрировав белоснежные клыки, слишком уж острые для человека.
— Эжен, — тихо произнесла девушка.
— Ты уверен, что мы всё сделали правильно?
Вампир помрачнел. Ему не хотелось говорить правду, но лгать одной из Грезящих было слишком рискованно. Поэтому Эжен высказался как можно нейтральнее:
— Я ни в чём не уверен, но «ручной» Торено — ещё одна ступенька на нашем пути к триумфу. Кроме того, твой спектакль — лучшее, что мне доводилось видеть за последние триста лет.
— Которые ты провёл в спячке?! — возмутилась его спутница, но в глазах у неё загорелись довольные огоньки.
— Идём, дорогая. У нас ещё слишком много дел, — Эжен взял девушку под руку.
— Макс!
Охранник, что-то недовольно буркнув, тем не менее взвалил мелко трясущегося Губителя на плечо. Тот не сопротивлялся. Лишь, когда они поворачивали за угол, поднял голову и, глядя на покинутый дом, одними губами прошептал:
— Моя любовь… * Это было великолепно, дорогая (фр…
Джин развернулась и пошла в дом. Я бросился за ней, но обо что-то споткнулся и рухнул наземь. И тут же перед глазами затанцевали багровые тени с лицами Джин. Они показывали на меня пальцами и твердили:
— Чудовище! Вампир! Убийца!
Одна из теней коснулась меня, и мир померк… Иллюзия растаяла. Ни Джин, ни Финистера, ни Садри больше не было. Лишь тела нескольких невезучих охотников и Ник Торено, с воем катающийся по земле. Зато во мраке ночи появилось несколько новых фигур. Невысокий, но крепко сложенный мужчина склонился над пострадавшим, пытаясь хоть как-то его утихомирить.
— Как он, Макс? — спросил молодой человек в элегантном, хотя и довольно старомодном костюме.
— Жить будет, если вы об этом, босс. Но мозги у него теперь явно не в порядке.
— Мозгов нам хватит и своих, — отмахнулся франт.
— Тем более, что у него они и так были «явно не в порядке». Он ведь и вправду влюбился в эту смертную. Так неожиданно и так глупо, особенно для Губителя.
Он повернулся к третьей — стройной тёмноволосой девушке, которая задумчиво, словно изучая, наблюдала за припадком чианши.
— C'Иtait magnifique, ma cher*, — франт усмехнулся, продемонстрировав белоснежные клыки, слишком уж острые для человека.
— Эжен, — тихо произнесла девушка.
— Ты уверен, что мы всё сделали правильно?
Вампир помрачнел. Ему не хотелось говорить правду, но лгать одной из Грезящих было слишком рискованно. Поэтому Эжен высказался как можно нейтральнее:
— Я ни в чём не уверен, но «ручной» Торено — ещё одна ступенька на нашем пути к триумфу. Кроме того, твой спектакль — лучшее, что мне доводилось видеть за последние триста лет.
— Которые ты провёл в спячке?! — возмутилась его спутница, но в глазах у неё загорелись довольные огоньки.
— Идём, дорогая. У нас ещё слишком много дел, — Эжен взял девушку под руку.
— Макс!
Охранник, что-то недовольно буркнув, тем не менее взвалил мелко трясущегося Губителя на плечо. Тот не сопротивлялся. Лишь, когда они поворачивали за угол, поднял голову и, глядя на покинутый дом, одними губами прошептал:
— Моя любовь… * Это было великолепно, дорогая (фр…
Страница 2 из 2
