Оранжевая луна

Если ты решишь продолжать путь одна, я в тот же миг уйду. Исчезну. Я никогда не говорил тебе прямо, но я завишу от тебя намного сильнее, чем ты от меня. Я живу лишь благодаря тебе, соки души твоей питают меня, словно нектар. Если ты захочешь уйти одна, меня не станет. Знай правду: я оберегал тебя не только из любви, но и из-за того, что хотел жить. Никогда бы не подумал… Впрочем, решение за тобой. Если полагаешь, что я более не нужен тебе, я приму твое решение со смирением и буду благодарить тебя за все, мое божество, моя мать, моя любовь. Только, прошу, пожелай этого решительно, чтобы я сразу исчез. Не хотелось бы совсем одному скитаться призраком по этим руинам… Если же и ты желаешь остаться со мной, то мы еще можем соединиться, слиться воедино и дать жизнь новому существу, куда более могущественному, сильному и светлому, чем мы с тобою порознь… Мы — две ипостаси одного, и возможно, что… Он знает, что может умереть прямо сейчас, и все же голос его спокоен, как всегда. Но он не умрет. Конечно же, нет. Не дав ему договорить, я крепко обнимаю его — в первый и, увы, в последний раз:

— Ты готов?

— А ты?

Мы киваем, не сговариваясь. Держим друг друга за руки и чувствуем, что погибаем, плавимся, распадаемся на части. Его тело словно усыхает и растекается, и со мной происходит то же. В последний миг нашего раздельного бытия я успеваю увидеть его лицо — бледное, правильное и поистине прекрасное.

Мы таем, мы гибнем безвозвратно. Мы растворяемся друг в друге. И без того почти незримые тела наши закручивает неведомый вихрь, он смешивает нас, соединяет друг с другом. Прощай, мой заступник, мой друг, моя любовь, и здравствуй — уже навсегда.

Черное небо озаряется светом. На фоне оранжевой лунищи из наших останков, из черно-белого водоворота рождается дракон. Он расправляет крылья и взмывает ввысь.