Картинная галерея

Думаю, что характер её был таков, что деду стоило бы подождать с освобождением два-три дня и дракон сам бы её отдал, да ещё и меч бы цел остался. По счастью, хоть и грех так говорить, она умерла примерно через два месяца, отраваишись грибами.

— Ужасная история… — вздохнула маркиза.

— А кто вот эта женщина на портрете? У неё такое странное выражение лица… — Неудивительно, что вы обратили внимание на этот портрет, маркиза. Он тут висит чёртову уйму времени, на этом самом месте и никто не знает, кто на нём изображён. Те, кто пытался его перевесить или убрать, не доживали до заката. Либо в драке убьют, либо с лестницы сваляться неудачно. А портрет сразу после этого на месте окажется, даже если его сжечь. Пробовали. К вечеру после этого непонятно отчего загорелась конюшня, хорошо, что лошадей успели вывести. Прадед мой, герцог Кристобаль, пытался в архивах найти хоть что-то об этом портрете. Вотще. Между прочим, выражение лица у неё всё время меняется, если вы изволите заглянуть сюда позже, оно будет другим. (Подумав) Когда у меня будет очень опасный враг, я приведу его сюда попрошу снять этот портрет со стены. А потом отпущу с миром, как и подобает доброму христианину.

— Сказав это, герцог набожно перекрестился.

— А вы коварны! — Сказала маркиза, нахмурившись.

— Надеюсь, меня вы об этом не попросите?

— Ну что вы, маркиза. Я бы вам не стал об этом рассказывать, если бы хотел от вас избавиться. С моей стороны было бы кощунством убить такую красивую женщину.

— Вы мне льстите, герцог. А кто этот человек на портрете? И почему холст обгорел?

— О, это такая история. Это портрет французского епископа Жозефа Непорочного, написанный рукой самого Циттони. Его везли из Италии, но на обоз напали разбойники, и хотели его сжечь. По счастью, с обозом ехал сам Жозеф и он вознёс к богу молитву о спасении, и случилось чудо! Пошёл сильный дождь и загасил костёр, после чего приехала королевская стража и перебила всех разбойников. Портрет, как видите, пострадал, но его всё равно повесили. Между прочим, с тех пор по этой дороге можно ездить абсолютно безопасно, поскольку всякий разбойник, которому случиться там оказаться, тут же погибает. Как правило на него падает дерево и придавливает его в землю так, что ветки, упавшие на лицо, образуют крест. Но бывают и другие случаи. Вот, например, нанял я слугу как-то и взял с собой в Италию. Только на ту дорогу въехали, стало ему плохо, пришлось карету остановить. Вроде бы откачали, но… На первом же привале он отлучился куда-то и его волки задрали. Лошадей не тронули, к нам с возницей близко не подошли, а его задрали. Вот и понимай, то ли знак свыше, то ли не повезло. Или повезло, трудно сказать.

— Как интересно вы рассказываете, герцог, — вздохнула маркиза. А этот красивый юноша в старинной одежде, он кто?

Это несчастный герцог Хуан, отец моего деда, сиречь мой прадед. С ним жуткая история произошла. Вы наверное обратили внимание на зеркало в большой зале? Скорее да, чем нет, дать женщине зеркало, всё равно, что дать мужчине меч, ни о чём другом думать не сможет. Так вот, зеркало это старое, оно ещё при доне Хуане старым было. Сделал его известный венецианский мастер, фамилию не скажу, вы и так её знаете, его зеркала сейчас по всей Италии распространены, только их уже его правнуки делают. Так вот, однажды дон Хуан увидел в этом зеркале лежащий на столике кусок золота. С той стороны лежащий. И череп. Череп-то он не сразу заметил, а вот золото… Человек он был серьёзный, к делам подходил практически, а потому вместо того, что бы думать, почему да откуда просто сунул в зеркало руку и взял его. А потом только череп увидал, а тот улыбается одобрительно. На следующий день та же история. А на третий череп есть, а золота нет. Задумался дон Хуан и вспомнил, что в тот день, когда золото появилось, он крестьянина запорол насмерть, а в другой день другого слугу повесил, нерадивого. Понял он, что к чему и наследующий день ещё крестьянина шпагой зарезал. Утром был ему кусок золота. С тех пор и начал он зверствовать, кого повесит, кого на кол, за это ему даже алмазы выпали. Богател он день ото дня, правда, сам страшней становился, румяным да толстым был, а стал худым да лысым. Зубы торчат, как у скелета, глаза круглые, худой весь, высохший. И понял он, что смерть близка. Позвал священника, отписал всё золото церкви, да молится за себя велел. А потом глянул в зеркало, а там череп уже на его плечах сидит, вместо головы. Так и умер на месте. А потом священник со слугами пришёл за золотом, сокровищницу открыли, а там пепел и пыль, да камни булыжные. Вот, собственно и всё. Правда, я не совсем в это верю, говорят, сын его как-то сразу разбогател после смерти батюшки, но мало ли что народ говорит… — Ужас, — прошептала маркиза.

— Нет, я этого не выдержу. Пойдемте в зал, к гостям лучше.

— Да, вы правы, — сказал герцог, наверное, так лучше будет. Пойдёмте.