… Она подошла к нему в квартале от школы. Женщина была высокой, в синем свободном плаще. Длинные светлые волосы падали на плечи. Бумажный пакет, который она несла в руках, внезапно разо-рвался, и крупные, багряные яблоки разлетелись по земле.
Добавить в моё избранное
5 мин, 39 сек 1371
Когда исчезла девятилетняя Света, людей охватила паника. Слухи, один жутче другого, поползли по городу. Мать Михаила, совсем упав духом, вновь пришла к Эмилии Леонидовне. Вместе две женщины перебрали все возможные варианты, всплакнули, как водится. Эмилия Леонидовна поставила чай, разогрела оставшиеся от торговли пирожки.
— Ешь, Вера. Глядишь, еще все и обойдется. Что мужик-то твой говорит?
— Молчит, что еще… — Возьми вот пирожков с собой, пусть поест.
— Сука! Ты за что деньги получаешь?! — резанул голос из угрюмой толпы людей, стоящих около райотдела милиции.
Лицо начальника пошло пятнами.
— Успокойтесь, граждане. Расходитесь. Делаем все возможное, поверьте, все возможное… Отец Михаила ушел одним из последних. Жены дома не было. Анатолий разогрел стоявший на пли-те суп, отрезал хлеб. Он уже почти дохлебал тарелку, когда стукнула дверь, и в комнату вошла Вера.
— Ты откуда? — спросил Анатолий.
— К соседке ходила, Эмилии. Пирожками меня накормила. Вот и тебе послала.
Вера выложила на тарелку пирожки.
— Сейчас чайку попьем.
Анатолий сыпанул в стакан сахар, взял пирожок.
Вера прихлебывала жидкость и смот«рела на мужа. Он жевал жадно, запивая большими глотками. Тарелка быстро пустела. Анатолий помедлил, оценивая, войдет еще или нет. Потом пододвинул жене пус-той стакан. Предпоследний пирожок исчез в его ладони.»
Вера встала, взяла стакан и повернулась к плите за чаем. Она уже доливала заварку, когда за ее спиной послышался жуткий всхрип.
Вера обернулась, расплескав кипяток.
Анатолий сидел за столом с широко открытым ртом. Глаза его, напротив, были закрыты. Потом го-лова дернулась вперед, и он, закашлявшись, выплюнул на тарелку полупережеванную массу.
— Подавился! — Вера кинулась к мужу, хлопнула его по спине. Он вскочил, чуть не перевернув стол, и вывалился на ули«цу. Она услышала, как его выворачивает во дворе.»
Вера налила холодной воды, пошла к мужу. Но тот заорал хрипло, выбил из ее рук кружку и бросился в комнату. Послышался грохот, звон разбитой посуды. Потом дверь распахнулась, и на пороге появился Анатолий с топором в руках.
Вера закричала, но Анатолий быстро втащил ее в сени.
— Тихо, дура! Сиди здесь! Да тихо ты! Я вернусь, ты только не ходи никуда, поняла?!
Перепуганная насмерть женщина кивнула. Убегая, Анатолий успел накинуть на входную дверь на-весной замок. Вере хотелось кричать, стучать в стены к соседям, но внезапный приступ сумасшес«твия мужа настолько потряс ее, что сил совсем не осталось. Трясущимися руками она налила себе в стакан воды, но все расплескала. Чуть-чуть придя в себя, Вера сообразила, что из комнаты можно выбраться через окно. Она подошла к столу, собираясь отодвинуть его, не вдруг почувствовала, как холод растекается в ее животе и подгибаются колени.»
Крик раздирал ее. Она увидела, увидела, увидела… На тарелке, куда выплюнул не дожеванную пи-щу ее Толя, лежит небольшой кусочек плохо перекрученного мяса с приросшей к нему ногтевой пластин-кой…
— Ешь, Вера. Глядишь, еще все и обойдется. Что мужик-то твой говорит?
— Молчит, что еще… — Возьми вот пирожков с собой, пусть поест.
— Сука! Ты за что деньги получаешь?! — резанул голос из угрюмой толпы людей, стоящих около райотдела милиции.
Лицо начальника пошло пятнами.
— Успокойтесь, граждане. Расходитесь. Делаем все возможное, поверьте, все возможное… Отец Михаила ушел одним из последних. Жены дома не было. Анатолий разогрел стоявший на пли-те суп, отрезал хлеб. Он уже почти дохлебал тарелку, когда стукнула дверь, и в комнату вошла Вера.
— Ты откуда? — спросил Анатолий.
— К соседке ходила, Эмилии. Пирожками меня накормила. Вот и тебе послала.
Вера выложила на тарелку пирожки.
— Сейчас чайку попьем.
Анатолий сыпанул в стакан сахар, взял пирожок.
Вера прихлебывала жидкость и смот«рела на мужа. Он жевал жадно, запивая большими глотками. Тарелка быстро пустела. Анатолий помедлил, оценивая, войдет еще или нет. Потом пододвинул жене пус-той стакан. Предпоследний пирожок исчез в его ладони.»
Вера встала, взяла стакан и повернулась к плите за чаем. Она уже доливала заварку, когда за ее спиной послышался жуткий всхрип.
Вера обернулась, расплескав кипяток.
Анатолий сидел за столом с широко открытым ртом. Глаза его, напротив, были закрыты. Потом го-лова дернулась вперед, и он, закашлявшись, выплюнул на тарелку полупережеванную массу.
— Подавился! — Вера кинулась к мужу, хлопнула его по спине. Он вскочил, чуть не перевернув стол, и вывалился на ули«цу. Она услышала, как его выворачивает во дворе.»
Вера налила холодной воды, пошла к мужу. Но тот заорал хрипло, выбил из ее рук кружку и бросился в комнату. Послышался грохот, звон разбитой посуды. Потом дверь распахнулась, и на пороге появился Анатолий с топором в руках.
Вера закричала, но Анатолий быстро втащил ее в сени.
— Тихо, дура! Сиди здесь! Да тихо ты! Я вернусь, ты только не ходи никуда, поняла?!
Перепуганная насмерть женщина кивнула. Убегая, Анатолий успел накинуть на входную дверь на-весной замок. Вере хотелось кричать, стучать в стены к соседям, но внезапный приступ сумасшес«твия мужа настолько потряс ее, что сил совсем не осталось. Трясущимися руками она налила себе в стакан воды, но все расплескала. Чуть-чуть придя в себя, Вера сообразила, что из комнаты можно выбраться через окно. Она подошла к столу, собираясь отодвинуть его, не вдруг почувствовала, как холод растекается в ее животе и подгибаются колени.»
Крик раздирал ее. Она увидела, увидела, увидела… На тарелке, куда выплюнул не дожеванную пи-щу ее Толя, лежит небольшой кусочек плохо перекрученного мяса с приросшей к нему ногтевой пластин-кой…
Страница 2 из 2
