Дикая середина

Пригодится воды напиться

Темнота догнала нас в урочище Анурьевка. Именно здесь, на месте давно обезлюдевшей деревни автор этих строк год назад закончила свое путешествие по живописнейшей Аскульской долине.

На взгорке, откуда открывается широкая панорама оврага со всеми его бесчисленными отвершками, начались удивительные открытия, не давшиеся в прошлый раз.

… Анурьевские озерца нашли сразу. Одно — в уютной балке, окруженное березами, другое — немного выше, под столетними ивами. Воды в них, правда, осталось воробью по колено, но уж с этим ничего не поделаешь. Не любит природа людских экспериментов с плотинами и запрудами. Озера мелеют, родники пересыхают.

Озера на Луке — вообще большая редкость, а рек и вовсе нет. Вся вода с поверхности миллионы лет назад ушла глубоко под землю, провалилась сквозь рыхлые известняки. И только раз в год, когда тает снег, оживают ненадолго сухие русла. Там, где вода заполняет карстовые воронки, и рождаются водоемы — круглые, как блюдца, и почти незаметные на холмистых лужайках.

Провалов возле Анурьевки много. По пути мы насчитали три или четыре воронки. Самая большая оказалась метров тридцать в диаметре, глубокая, идеально круглая, как будто в землю вдавили гигантскую чашу. Или НЛО приземлялись. А может, правда приземлялись?

Чуть подальше, у кромки леса, обнаружился и долгожданный Анурьевский родник. Когда-то он снабжал водой всю деревню, да и сейчас считается самым мощным на Луке после того, который течет в Каменной Чаше (до 150 литров в секунду!). Только давно уже ушли отсюда люди, от избушек не осталось следа, и дорога к роднику заросла травами в человеческий рост.

Честно говоря, мы и не думали, что найдем его. Но, видно, родник сам позвал. Иначе почему бы путники свернули с наезженной колеи и двинулись сквозь заросли по неприметному следу, который и тропой-то не назовешь?

… Сначала увидели уютную беседку, сколоченную из старых бревен. Это аскульские старожилы постарались, чтобы паломникам было где отдохнуть или переждать непогоду. Ниже, в тенистом овражке из деревянного сруба журчит веселая прозрачная струйка. Радость нашу поймет лишь тот, кому когда-то пришлось километрами тащить на себе тяжеленные канистры, без всякой надежды пополнить запас воды на пути. И до чего же вкусной оказалась ледяная анурьевская вода!

Ночь, проведенная в самом глухом уголке Самарской Луки, — разговор отдельный. Никакими словами не опишешь исцеляющую душу тишину, когда до ушей даже собачий лай не доносится, не то что шум мотора. Только соловьи заливаются как сумасшедшие да листья шелестят. Кружка чая у костра кажется амброзией. А когда из-за деревьев выкатилась огромная ослепительная луна, пришло ощущение полнейшего покоя и гармонии двух миров — внутри себя и снаружи.

Это чувство не прошло и славным росистым утром, когда вдруг нагрянули еще гости. Точнее, хозяева — житель села Аскулы Анатолий Степанов с домочадцами. Поздравили с Троицей, поделились радостью: только что свадьбу справили. Новобрачные пошли поклониться источнику, а старшее поколение пустилось в воспоминания о былом, когда по аскульским улицам, случалось, проходили стада лосей, а на лесных полянах токовали тетерева. Сейчас-то всю живность городские охотники перебили. Кто уцелел — попрятался. Правда, на днях тут волчонка видели — сидит себе на дороге и не боится…

Хозяйкина обитель

Дальше наш путь лежит через дремучий лес. Лес тот не простой. Крупнейший массив в Самарской области.

Поволжские народы отождествляют его с древней богиней Матушкой Кереметь, хозяйкой заповедных чащ. Молиться Керемети издавна ходили почему-то только женщины. Несли подарки, просили защитить домочадцев от напастей. А еще, говорят, лесная богиня ревностно охраняла потаенные клады и сурово наказывала жадных и любопытных. «Тот, кто клады ищет, тот либо ногу потеряет, либо облезет» — предостерегали старушки.

То ли предупреждения подействовали, то ли бездорожье, но охотников шастать по Чарокайскому лесу и правда немного. По дороге, уводящей глубоко в чащу, до нас никто не проходил уж с месяц. Да и дорогой ее можно назвать лишь с большой натяжкой — так, заросшая колея, которая то и дело тонет в глубоких лужах от разлившегося по соседству болотца.

Шагая по ней, в который раз порадовались, что пошли пешком. Если сюда ехать, то только на внедорожнике. И то не на своем, а лучше своего недоброжелателя. Пускай потом с ремонтом мучается. Открытия продолжались. В канаве, прорытой дождевым потоком, нашли старую подкову и с десяток «чертовых пальцев» Кабаньи и волчьи следы на сырой глине показали, где поблизости водопой и«столовая» В чаще векового леса мелькнул лисий хвост. Метровый уж скользнул из-под ног и исчез в путанице рогоза. Ящерица выкопала ямку прямо в колее и спокойно откладывает яйца.

Но главное открытие ждало времени, когда деревья вдруг расступились, и взгляду предстала фантастической красоты долина между лесистыми склонами.