В середине 70-х годов в СССР активизировалась деятельность общественных организаций, занимавшихся «изучением проблемы НЛО» и, как следствие, значительно возрос интерес к этой проблеме среди широких слоев общественности. Обильную пищу для различного рода спекуляций давали получившие известность лекции отечественных уфологов (от англ. Unidentified Flying Object — UFO) и многочисленные материалы, основанные на зарубежных публикациях.
Добавить в моё избранное
22 мин, 31 сек 3238
Ключевую роль в организации и выполнении военного раздела программы сыграл документ, подготовленный головным исполнителем Министерства обороны и утвержденный начальником Генерального штаба Вооруженных сил СССР в январе 1980 г. Этот документ, доведенный до всех войсковых частей в форме директивы Генштаба, содержал указания по всем основным вопросам реализации программы исследования НЛО. Он определил: — один из центральных военно-исследовательских институтов Министерства обороны в качестве головного исполнителя программы, возложив на него функции центра сбора, обработки и анализа всей информации о НЛО, полученной в войсках;
— военные научно-исследовательские институты, ответс. твенные за выполнение программы в каждом из пяти видов войск, и порядок их взаимодействия с центральным научно-исследовательским институтом, ответственным за программу в целом;
— порядок получения головным исполнителем программы информации от видов вооруженных сил, необходимой для идентификации НЛО, в первую очередь данных о проводимых в войсках пусках ракетно-космической техники;
— правила документирования факта обнаружения НЛО в войсках, порядок представления сообщений в зависимости от срочности и важности содержащейся в них информации.
Эта директива фактически позволяла исполнителям программы по исследованию аномальных явлений использовать огромный наблюдательный потенциал Советской Армии. Каждый военнослужащий, где бы он ни находился, сам того не ведая, становился одним из потенциальных исполнителей программы, так как в случае наблюдения какого-либо непонятного, необычного, неординарного явления он должен был доложить о своих наблюдениях в письменном виде по установленной форме и передать эти материалы начальству. Можно сказать, что указанной директивой армия была поставлена на 13 лет в режим массового дежурного наблюдения за аномальными явлениями в местах дислокации войсковых частей, то есть практически на всей территории СССР, а это как-никак составляло примерно 1/6 часть земной суши. Вряд ли когда-либо и кто-либо организовывал столь масштабное исследование, причем практически без финансовых вложений.
Для передачи информации о наблюдениях НЛО было предусмотрено два канала. Первый, рутинный, использовался, когда наблюдавшиеся явления не приводили к нарушениям жизнедеятельности войсковой части. Если же на фоне развития аномальных явлений в месте наблюдения происходило нечто экстраординарное, например отказы в работе техники, информация о таких событиях направлялась головному исполнителю срочным порядком, минуя все промежуточные этапы.
Аналогичный сбор наблюдательного материала, правда, не в таких грандиозных масштабах, был организован и в учреждениях, замкнутых в рамках программы на Академию наук, прежде всего на станциях Госкомгидромета (головная организация — Институт прикладной геофизики!). Основной упор в работе «академических» организаций все-таки делался на анализ условий наблюдения аномальных явлений и физических механизмов их развития. К этой работе были привлечены специалисты по физике атмосферы и физике плазмы, геофизики, геохимики, математики и пр. В результате были созданы все предпосылки для сбора достаточно полной информации о наблюдениях всевозможных аномальных явлений, ее объективного анализа и построения адекватных моделей.
В ходе выполнения программы за 13 лет получено около 3 тыс. сообщений о наблюдениях необычных явлений. Практически все они проанализированы и идентифицированы. Большая их часть относится к разряду массовых наблюдений, когда одно и то же явление было описано многими независимыми очевидцами. Говорить о массовом наблюдении можно, когда имеется 7-10 сообщений об одном и том же эпизоде. В отдельных, наиболее масштабных эпизодах, обусловленных погодными условиями, временем развития явления и многими другими причинами, количество описаний достигало 50 и более. Таким образом, за время выполнения проекта в целом было зарегистрировано немногим более 300 событий, квалифицированных как явления неординарные или аномальные. Относительно небольшое число явлений, зарегистрированных как аномальные, вероятнее всего объясняется тем, что по мере сбора сообщений на местах наблюдений они проходили достаточно квалифицированную проверку и многие сразу же отбраковывались.
Интересно, что из войсковых частей, обслуживающих испытательные полигоны или расположенные от них в непосредственной близости, сообщений о наблюдениях НЛО практически не поступало. Очевидно, это обстоятельство связано с тем, что эффекты, сопровождающие проведение военно-технических испытаний и экспериментов, хорошо известны специалистам, но вызывают недоумение и воспринимаются как аномалии людьми, не сведущими в этих направлениях человеческой деятельности.
Практически все массовые ночные наблюдения НЛО однозначно идентифицировались как эффекты, сопровождающие запуски ракетно-космической или испытания авиационно-космической техники.
— военные научно-исследовательские институты, ответс. твенные за выполнение программы в каждом из пяти видов войск, и порядок их взаимодействия с центральным научно-исследовательским институтом, ответственным за программу в целом;
— порядок получения головным исполнителем программы информации от видов вооруженных сил, необходимой для идентификации НЛО, в первую очередь данных о проводимых в войсках пусках ракетно-космической техники;
— правила документирования факта обнаружения НЛО в войсках, порядок представления сообщений в зависимости от срочности и важности содержащейся в них информации.
Эта директива фактически позволяла исполнителям программы по исследованию аномальных явлений использовать огромный наблюдательный потенциал Советской Армии. Каждый военнослужащий, где бы он ни находился, сам того не ведая, становился одним из потенциальных исполнителей программы, так как в случае наблюдения какого-либо непонятного, необычного, неординарного явления он должен был доложить о своих наблюдениях в письменном виде по установленной форме и передать эти материалы начальству. Можно сказать, что указанной директивой армия была поставлена на 13 лет в режим массового дежурного наблюдения за аномальными явлениями в местах дислокации войсковых частей, то есть практически на всей территории СССР, а это как-никак составляло примерно 1/6 часть земной суши. Вряд ли когда-либо и кто-либо организовывал столь масштабное исследование, причем практически без финансовых вложений.
Для передачи информации о наблюдениях НЛО было предусмотрено два канала. Первый, рутинный, использовался, когда наблюдавшиеся явления не приводили к нарушениям жизнедеятельности войсковой части. Если же на фоне развития аномальных явлений в месте наблюдения происходило нечто экстраординарное, например отказы в работе техники, информация о таких событиях направлялась головному исполнителю срочным порядком, минуя все промежуточные этапы.
Аналогичный сбор наблюдательного материала, правда, не в таких грандиозных масштабах, был организован и в учреждениях, замкнутых в рамках программы на Академию наук, прежде всего на станциях Госкомгидромета (головная организация — Институт прикладной геофизики!). Основной упор в работе «академических» организаций все-таки делался на анализ условий наблюдения аномальных явлений и физических механизмов их развития. К этой работе были привлечены специалисты по физике атмосферы и физике плазмы, геофизики, геохимики, математики и пр. В результате были созданы все предпосылки для сбора достаточно полной информации о наблюдениях всевозможных аномальных явлений, ее объективного анализа и построения адекватных моделей.
В ходе выполнения программы за 13 лет получено около 3 тыс. сообщений о наблюдениях необычных явлений. Практически все они проанализированы и идентифицированы. Большая их часть относится к разряду массовых наблюдений, когда одно и то же явление было описано многими независимыми очевидцами. Говорить о массовом наблюдении можно, когда имеется 7-10 сообщений об одном и том же эпизоде. В отдельных, наиболее масштабных эпизодах, обусловленных погодными условиями, временем развития явления и многими другими причинами, количество описаний достигало 50 и более. Таким образом, за время выполнения проекта в целом было зарегистрировано немногим более 300 событий, квалифицированных как явления неординарные или аномальные. Относительно небольшое число явлений, зарегистрированных как аномальные, вероятнее всего объясняется тем, что по мере сбора сообщений на местах наблюдений они проходили достаточно квалифицированную проверку и многие сразу же отбраковывались.
Интересно, что из войсковых частей, обслуживающих испытательные полигоны или расположенные от них в непосредственной близости, сообщений о наблюдениях НЛО практически не поступало. Очевидно, это обстоятельство связано с тем, что эффекты, сопровождающие проведение военно-технических испытаний и экспериментов, хорошо известны специалистам, но вызывают недоумение и воспринимаются как аномалии людьми, не сведущими в этих направлениях человеческой деятельности.
Практически все массовые ночные наблюдения НЛО однозначно идентифицировались как эффекты, сопровождающие запуски ракетно-космической или испытания авиационно-космической техники.
Страница 4 из 8
