Как известно, журналистика — это «литература факта». И тем не менее ее трудно представить без публикаций, которые, при ближайшем рассмотрении, оказываются самым что ни на есть вымыслом! К публикациям такого рода обычно относятся и легенды. В советское время легенды, как правило, публиковались в детских и молодежных изданиях («Пионер», «Пионерская правда», «Юность» и пр.). Сейчас этот жанр особенно популярен в эзотерической прессе («Третий глаз», «Оракул», «Тайная власть» и т.д.). Хотя встретить легенду можно и во многих иных СМИ, ими пропитана вся так называемая героическая журналистика и литература.
Добавить в моё избранное
12 мин, 3 сек 1396
Правда, иные скептики утверждают, что ищет он не друга, а врага. Якобы его, провалившегося в трещину, бросил вероломный напарник. И теперь Черный альпинист хочет отомстить. Но когда плохо другим, он спешит на выручку. Не один обессилевший альпинист видел его силуэт, который звал за собой туда, где ждала спасительная пещера или легкий спуск… .
А вот в Белой деве нет ничего страшного. Правда, сколько их, дев, я не скажу. Есть на Кавказе, есть алайская Белая дева…
А историю вот какую рассказывают. Жили себе парень с девушкой. И любили друг друга. Однажды пошли они в горы, и на вершине юноша сделал возлюбленной предложение. Но на спуске внезапно пошел густой снег, а потом вдруг, как по волшебству, прекратился. И девушка увидела, что осталась на снежном склоне одна. Бедняжка выплакала все слезы, от яркого света потеряла зрение. И с тех пор по ночам она ходит и ищет своего друга. Так что если альпинист чувствует ночью, что кто-то провел по его лицу рукой, знает: пришла Белая дева. Еще говорят, что ее приход означает, что скоро пойдет снег. Такие дела… Ну, как, страшно? Молодец! Если и явится Черный альпинист, то не за тобой. А уж Белая дева — тем более. (Сказочник дядя Андрей Павлов!)
«Однажды несколько энтузиастов (с 1835 года и до начала XX века этот дом принадлежал 2-й гимназии!) решили подсчитать окна второго этажа левого крыла здания. Счет велся снаружи, со Спартаковской улицы (тогда она называлась еще Елоховской!), и изнутри, из аудиторий. Со вторым этажом — все как надо. Пятнадцать снаружи и пятнадцать изнутри. А вот с третьим…»
— Семнадцать, — подытожили считавшие снаружи.
— Шестнадцать, — зафиксировали считавшие внутри.
В чем дело! Любители приключений поменялись местами: кто считал с улицы, пошли в дом, и наоборот. Но, пересчитав окна заново, они пришли все к тому же результату: семнадцать снаружи и шестнадцать изнутри. Получается, лишнее окно изнутри недоступно… Замурованная дверь!
— Тайная комната! — воскликнули гимназисты…«И т. д.»
Поскольку газета, в которой опубликован данный текст, адресована студентам института, находящегося в указанном здании, то эта легенда вполне может разбудить их любопытство и заставить прочитать издание, а может, поискать и другие публикации.
«Известна удивительная история о том, что в Индонезии в роли целителя-биоэнерготерапевта выступала… корова. Она вела регулярный прием больных в местечке Чикаранг на острове Ява. Корова снимала боль в области сердца, избавляла от мигрени и даже излечивала такие серьезные недуги, как инсульт, — и все это одним движением языка. Слух о чудо-корове облетел весь остров, и окрестные деревни быстро заполнились толпами страждущих…»
Как видим, в этом тексте нет попытки как-то комментировать описанный феномен (объяснять его или подвергать оценке с точки зрения достоверности содержания и пр!). Публикация решает лишь одну задачу — знакомит аудиторию с неким загадочным явлением.
«Стихия наводила на ацтеков такой ужас, что именно ураган они представляли одним из первых испытаний в загробном мире. Этот мир ацтеки называли Миктлан и подразделяли его на девять преисподних. Не просто было туда попасть умершему: предстояло пройти восемь пустынь, населенных ядовитыми змеями и пауками, восемь рек, кишащих гигантскими крокодилами.
А вот в Белой деве нет ничего страшного. Правда, сколько их, дев, я не скажу. Есть на Кавказе, есть алайская Белая дева…
А историю вот какую рассказывают. Жили себе парень с девушкой. И любили друг друга. Однажды пошли они в горы, и на вершине юноша сделал возлюбленной предложение. Но на спуске внезапно пошел густой снег, а потом вдруг, как по волшебству, прекратился. И девушка увидела, что осталась на снежном склоне одна. Бедняжка выплакала все слезы, от яркого света потеряла зрение. И с тех пор по ночам она ходит и ищет своего друга. Так что если альпинист чувствует ночью, что кто-то провел по его лицу рукой, знает: пришла Белая дева. Еще говорят, что ее приход означает, что скоро пойдет снег. Такие дела… Ну, как, страшно? Молодец! Если и явится Черный альпинист, то не за тобой. А уж Белая дева — тем более. (Сказочник дядя Андрей Павлов!)
2. Легенда как «вставная» публикация
В современной прессе легенда чаще всего используется в форме «вставной публикации» Особенно популярна такая форма представления легенды в эзотерической прессе. Суть этой формы в том, что она позволяет, например, расширить«поле рассуждения» автора по тому или иному вопросу. Так, рассматривая вполне определенные стороны какой-то реальной ситуации, он, приведя связанную с ней легенду, позволяет аудитории увидеть то, что у этой ситуации есть своя история или другие стороны, которые тоже интересны (то есть указывает на многомерность предмета отображения!). Пример применения легенды в форме«вставной публикации» содержит текст«Тайна дома на Разгуляе» («Вестник ИМПЭ» n6, 2002 г!). Рассказывая об истории московского дома А. И. Мусина-Пушкина, автор включает в свой текст легенду:«Однажды несколько энтузиастов (с 1835 года и до начала XX века этот дом принадлежал 2-й гимназии!) решили подсчитать окна второго этажа левого крыла здания. Счет велся снаружи, со Спартаковской улицы (тогда она называлась еще Елоховской!), и изнутри, из аудиторий. Со вторым этажом — все как надо. Пятнадцать снаружи и пятнадцать изнутри. А вот с третьим…»
— Семнадцать, — подытожили считавшие снаружи.
— Шестнадцать, — зафиксировали считавшие внутри.
В чем дело! Любители приключений поменялись местами: кто считал с улицы, пошли в дом, и наоборот. Но, пересчитав окна заново, они пришли все к тому же результату: семнадцать снаружи и шестнадцать изнутри. Получается, лишнее окно изнутри недоступно… Замурованная дверь!
— Тайная комната! — воскликнули гимназисты…«И т. д.»
Поскольку газета, в которой опубликован данный текст, адресована студентам института, находящегося в указанном здании, то эта легенда вполне может разбудить их любопытство и заставить прочитать издание, а может, поискать и другие публикации.
Функции легенды в прессе
В современной прессе легенда выполняет разные функции. Рассмотрим на примерах отдельных публикаций конкретные цели использования легенды.1. Сообщение о загадочных случаях
Нередко публикация легенды несет в себе намерение помочь аудитории проникнуть в мир фантастических событий, романтики, поэзии, загадочных явлений, сопровождающих нашу прозаическую жизнь. Такое намерение, например, реализовано публикацией «Чудеса в животном мире» («Оракул» n11, 2002 г!):«Известна удивительная история о том, что в Индонезии в роли целителя-биоэнерготерапевта выступала… корова. Она вела регулярный прием больных в местечке Чикаранг на острове Ява. Корова снимала боль в области сердца, избавляла от мигрени и даже излечивала такие серьезные недуги, как инсульт, — и все это одним движением языка. Слух о чудо-корове облетел весь остров, и окрестные деревни быстро заполнились толпами страждущих…»
Как видим, в этом тексте нет попытки как-то комментировать описанный феномен (объяснять его или подвергать оценке с точки зрения достоверности содержания и пр!). Публикация решает лишь одну задачу — знакомит аудиторию с неким загадочным явлением.
2. Объяснение непонятного
Достаточно часто публикация легенды нацелена на то, чтобы показать, как когда-то и кем-то объяснялись явления, которые сегодня уже ни для кого загадкой не являются. Подобную задачу решает текст «Между небом и землей» («Оракул» n11, 2002 г!). В нем изложено объяснение причин смерча древними ацтеками:«Стихия наводила на ацтеков такой ужас, что именно ураган они представляли одним из первых испытаний в загробном мире. Этот мир ацтеки называли Миктлан и подразделяли его на девять преисподних. Не просто было туда попасть умершему: предстояло пройти восемь пустынь, населенных ядовитыми змеями и пауками, восемь рек, кишащих гигантскими крокодилами.
Страница 2 из 4
