Осень постучалась в Переделкино зябким дождем. Начало сентября, словно взгляд на утекающую солнечную безмятежность. Скоро наступит время собирать листья. Несколько мелких и ломких до срока упали на покатую крышу литфондовской времянки, где четверть века у окна, в которое скребутся яблоневые ветви, работает писатель-провидец. Он предвосхитил изобретение межконтинентального оружия. Описал принцип действия лунохода — за двадцать лет до его создания. Выдвинул гипотезу о загадке Тунгусского метеорита, предложив считать произошедшее в таежной глуши не результатом падения метеорита, а следствием гибели инопланетного корабля с ядерным топливом.
Добавить в моё избранное
5 мин, 50 сек 6066
— Может быть, это и спасло от обвинений в шпионаже? Тогда ведь на спецов, вернувшихся из-за бугра, смотрели косо?
-Возможно, война все списала. 23 июня я был уже на призывном пункте. Определили рядовым в саперную часть. К боям готовились под Можайском. Однажды комбат спросил перед строем: есть ли кто-нибудь, кто разбирается в технике. Нужно было что-то починить. Пришлось продемонстрировать свои инженерные способности.
Через неделю получил лейтенантские погоны и должность заместителя командира по технической части. Войну заканчивал в чине полковника, уполномоченным Государственного Комитета обороны, руководил демонтажем немецких военных заводов в Австрии.
— К танкеткам Казанцева, выставленным в Музее Победы на Поклонной горе, имеете отношение?
-Мне ближе название «электрокамикадзе» Самонаводящиеся торпедные установки на гусеничной тяге. Они предназначались для ближнего боя с танками. Наша машина прошла успешные испытания в боях за Крым. Однако серийный выпуск«сухопутных торпед» не был налажен. Объясняли, что к тому времени изменилась стратегия ведения боя.
Кроме этого, в свою военно-полевую лабораторию мне разрешили отзывать с фронта молодых писателей-фантастов с инженерными способностями. Нашему «почтовому ящику» в шутку присвоили имя Жюль Верн. Зато список изобретений и усовершенствований получился нешуточным. У нас были придуманы подствольный гранатомет, некоторые модификации радиостанций, аккумуляторные батареи для партизанских отрядов.
— Полковник, член ГКО СССР. Генеральские брюки с лампасами впору заказывать.
-Не судьба. За несколько недель до Дня Победы впереди идущая полуторка наскочила на мину. Наша легковушка влетела им под колеса. Очнулся через две недели. Черепно-мозговая травма. Нижнюю челюсть буквально по кусочкам восстановили. Трудно было бы командным голосом изъясняться (улыбается!). В душе знал, что главное дело жизни нашел. Был переполнен творческими замыслами. А Константин Симонов при встрече в Москве сказал, что членский билет Союза писателей мне должны были вручить еще до войны, после выхода «Пылающего острова»
— Насколько известно, своими учителями в литературе вы считаете Алексея Толстого и Александра Беляева.
-Не совсем так. Это мои современники. Мы шли в научно-фантастической литературе параллельными курсами. Каждый привносил что-то свое. Граф Алексей Николаевич облекал в изящные формы свои потрясающие гипотезы, не выходя из роскошного кабинета. Я же фактуру для романа «Арктический мост» искал на борту ледокола«Георгий Седов» Причем одной арктической экспедиции показалось недостаточно. Пришлось напроситься на вторую. Одно могу сказать: толстовский тезис о том, что фантастике надо верить, трансформировался в творческое кредо. На мой взгляд, главным признаком настоящего фантастического произведения является его правдоподобие. Богатство замысла должно сочетаться с исследованием человеческого характера. Плюс возможное практическое приложение.
Помню, однажды с поэтом Михаилом Львовым мы были в творческой командировке на Камчатке. Во время прогулки обратили внимание, как тонкие березы гнутся к земле от сильного ветра. Растроганный Львов тут же написал стихотворение «Камчатская береза» а я засел за статью для научного журнала о необходимости строительства в тех местах ветряных электростанций. Сегодня все мы наслышаны о бедствиях, которые вынуждены терпеть камчадалы в связи с перебоями в энергоснабжении.
На прощание юбиляр предложил сыграть партию в шахматы. К беседе я готовился, знал, что собеседник чемпион мира по шахматным этюдам. Да еще его невестка Марина успела шепнуть, что Александр Петрович как орехи щелкает многие шахматные компьютерные программы. Отказывать хозяину, к тому же почтенному юбиляру, — дурной тон. Благо, через 7 минут все было кончено. Обыграли меня с фантастической легкостью…
-Возможно, война все списала. 23 июня я был уже на призывном пункте. Определили рядовым в саперную часть. К боям готовились под Можайском. Однажды комбат спросил перед строем: есть ли кто-нибудь, кто разбирается в технике. Нужно было что-то починить. Пришлось продемонстрировать свои инженерные способности.
Через неделю получил лейтенантские погоны и должность заместителя командира по технической части. Войну заканчивал в чине полковника, уполномоченным Государственного Комитета обороны, руководил демонтажем немецких военных заводов в Австрии.
— К танкеткам Казанцева, выставленным в Музее Победы на Поклонной горе, имеете отношение?
-Мне ближе название «электрокамикадзе» Самонаводящиеся торпедные установки на гусеничной тяге. Они предназначались для ближнего боя с танками. Наша машина прошла успешные испытания в боях за Крым. Однако серийный выпуск«сухопутных торпед» не был налажен. Объясняли, что к тому времени изменилась стратегия ведения боя.
Кроме этого, в свою военно-полевую лабораторию мне разрешили отзывать с фронта молодых писателей-фантастов с инженерными способностями. Нашему «почтовому ящику» в шутку присвоили имя Жюль Верн. Зато список изобретений и усовершенствований получился нешуточным. У нас были придуманы подствольный гранатомет, некоторые модификации радиостанций, аккумуляторные батареи для партизанских отрядов.
— Полковник, член ГКО СССР. Генеральские брюки с лампасами впору заказывать.
-Не судьба. За несколько недель до Дня Победы впереди идущая полуторка наскочила на мину. Наша легковушка влетела им под колеса. Очнулся через две недели. Черепно-мозговая травма. Нижнюю челюсть буквально по кусочкам восстановили. Трудно было бы командным голосом изъясняться (улыбается!). В душе знал, что главное дело жизни нашел. Был переполнен творческими замыслами. А Константин Симонов при встрече в Москве сказал, что членский билет Союза писателей мне должны были вручить еще до войны, после выхода «Пылающего острова»
— Насколько известно, своими учителями в литературе вы считаете Алексея Толстого и Александра Беляева.
-Не совсем так. Это мои современники. Мы шли в научно-фантастической литературе параллельными курсами. Каждый привносил что-то свое. Граф Алексей Николаевич облекал в изящные формы свои потрясающие гипотезы, не выходя из роскошного кабинета. Я же фактуру для романа «Арктический мост» искал на борту ледокола«Георгий Седов» Причем одной арктической экспедиции показалось недостаточно. Пришлось напроситься на вторую. Одно могу сказать: толстовский тезис о том, что фантастике надо верить, трансформировался в творческое кредо. На мой взгляд, главным признаком настоящего фантастического произведения является его правдоподобие. Богатство замысла должно сочетаться с исследованием человеческого характера. Плюс возможное практическое приложение.
Помню, однажды с поэтом Михаилом Львовым мы были в творческой командировке на Камчатке. Во время прогулки обратили внимание, как тонкие березы гнутся к земле от сильного ветра. Растроганный Львов тут же написал стихотворение «Камчатская береза» а я засел за статью для научного журнала о необходимости строительства в тех местах ветряных электростанций. Сегодня все мы наслышаны о бедствиях, которые вынуждены терпеть камчадалы в связи с перебоями в энергоснабжении.
На прощание юбиляр предложил сыграть партию в шахматы. К беседе я готовился, знал, что собеседник чемпион мира по шахматным этюдам. Да еще его невестка Марина успела шепнуть, что Александр Петрович как орехи щелкает многие шахматные компьютерные программы. Отказывать хозяину, к тому же почтенному юбиляру, — дурной тон. Благо, через 7 минут все было кончено. Обыграли меня с фантастической легкостью…
Страница 2 из 2
