Слюдяные промыслы в столице нынешней Карелии — Петрозаводске — появились в незапамятные времена, задолго до 1777 года, когда он обрел статус города. Если сейчас этот желтоватый полупрозрачный минерал используют в радиоэлектронике и электротехнике, то тогда он применялся только для «остекления» жилищ и изготовления украшений.
Добавить в моё избранное
4 мин, 30 сек 16104
И надо сказать, что слюдоделы, так называли ремесленников, век имели короткий: одолевали коварные легочные болезни. Впрочем, научились беречься и от них, благо рядом Онежское озеро, воды которого в старину считали целебными, даже волшебными. Не удивительно посему то, что слюдоделы, изрядно потрудившись, обязательно совершали омовения в открытой воде. Причем самым благодатным считалось купание в предзимье, когда озеро чернело, схватившись первым ледком.
Многолетнии опыт массовых погружений в Онегу оброс невообразимым количеством легенд и преданий, до поры не рассчитанных на внимание к ним классической науки. Однако все меняется. В начале 80-х годов прошлого столетия грянуло сенсационное открытие — вода имеет память! Несколько позже россиянин В. Д. Плыкин подвел черту под изучением феномена, названного им «cлед на воде» Феномен этот, представляется, напрямую связан со смахивающими на чудеса событиями, о которых мы расскажем ниже. Отметим также, что Онежское озеро — типичная аномальная зона. Вовсе не случайно над ним и его окрестностями разворачивались известные сегодня каждому феерические события Петрозаводского чуда: наложение сложнейших психотехногенных метаморфоз супер-НЛО на динамику запуска мощной советской ракетно-космической системы. Доктор физико-математических наук Леонид Грач сказал в этой связи:«Не было бы аномальных энергетических выбросов Онеги, не было бы ничего, противоречащего обыденному сознанию, часто наблюдаемому здесь» Весьма важный для нашей темы вывод…
Но вернемся к слюдоделам, в год 1809-й. Промысел вели родичи Старыгины — всего пятнадцать человек мужчин и женщин. Дела шли довольно успешно. Слюду отправляли не только по России, в Германию, Польшу, даже в Англию. Вопрос о том, что минерал обменивали на здоровье, не стоял. Отход от кланового дела грозил нищетой. Поэтому, даже одолеваемые недугами, Старыгины сохраняли стойкость духа. Их житейские принципы идеально подпадают под афоризм: «Оптимисты полагают, что живут в лучшем из возможных миров, а пессимисты опасаются, что так оно и есть» И поныне потомки не забыли излюбленное изречение своего пращура Прокла, сравнившего тогдашние внутрисемейные отношения с разговором немых с глухими… Что он имел в виду?
Ответ на этот и другие вопросы можно найти в беседе прямого потомка Прокла, инженера-судостроителя Вячеслава Старыгина, с известной исследовательницей паранормального Майей Быковой, записанной ею в 1971 году: — Можно ли доверять описаниям происшествий, не внесли ли годы искажений, корректировок? — Лично я не сомневаюсь в достоверности фактов. Мои предки, глубоко верующие люди, считали ложь самым тяжким грехом. Другое дело современный взгляд, современная трактовка. Суть здесь, конечно, в диковинных свойствах воды. Я бессилен что-либо понять. Мне как-то понятнее шутка Стругацких: «Что такое сущность воды? Во всяком случае, об этом не спрашивают рыбу…»
— Ну, так и не будем ломать голову, обратимся к фактам. Расскажите все, как слышали, как было…
— Сперва позволю себе мировоззренческую вольность. Фридрих Энгельс считал, что разум, затухая на одном небесном теле, неизбежно возрождается на другом… То есть, пусть не покажется крамолой, я склонен расценивать онежские, 1809 года события как вмешательство чего-то, подозрительно напоминавшего не наши, не земные силы.
Предзимние купели, как их называли предки, были не просто необходимостью, а, полагаю, и ритуалом. Онежская вода вымывала из пор кожи слюдяную пыль, улучшала самочувствие. А начинали омовения, когда чернота воды подсвечивалась со дна чем-то поблескивающим. Это действительно так — сам не раз видел… Погружались в ледяную воду все сразу. Однажды это закончилось тем, что на телах купальщиков проявились медленно и четко, как на фотобумаге, серые штриховые рисунки. Татуировки, да и только! Изображения дубовых, кленовых, березовых листьев, волков, зайцев, крестов, полумесяцев. Если люди вставали рядом, то создавалось впечатление, что выполненные в штриховой технике твари готовы напасть друг на друга. Листья же образовывали ветви деревьев.
Каждые семь дней рисунки менялись. Дошло до того, что на спинах женщин возникли уродливые силуэты мужчин. Но самое странное грянуло в день кончины Прокла. Когда омывали тело, обратили внимание на то, что татуировок больше нет, но есть множество укусов, на глазах обращающихся в глубокие язвы… Дома стояли вплотную к Онеге. По обычаю опять вошли в воду, искупались. Только вышли, увидели на водяной ряби, словно вмороженные, следы от собственных тел. Держались следы почти сутки. Купания пришлось прекратить. И произошло самое ужасное…
— Что конкретно? — Смерть принялась лютовать. Что ни неделя — у Старыгиных похороны. Работать некому…
— Может, это роковое стечение случайностей? Известно, что тогда была высокая смертность: каждые 20 секунд в России умирал человек…
— Так-то так. Но тут случайность перетекла в закономерность.
Многолетнии опыт массовых погружений в Онегу оброс невообразимым количеством легенд и преданий, до поры не рассчитанных на внимание к ним классической науки. Однако все меняется. В начале 80-х годов прошлого столетия грянуло сенсационное открытие — вода имеет память! Несколько позже россиянин В. Д. Плыкин подвел черту под изучением феномена, названного им «cлед на воде» Феномен этот, представляется, напрямую связан со смахивающими на чудеса событиями, о которых мы расскажем ниже. Отметим также, что Онежское озеро — типичная аномальная зона. Вовсе не случайно над ним и его окрестностями разворачивались известные сегодня каждому феерические события Петрозаводского чуда: наложение сложнейших психотехногенных метаморфоз супер-НЛО на динамику запуска мощной советской ракетно-космической системы. Доктор физико-математических наук Леонид Грач сказал в этой связи:«Не было бы аномальных энергетических выбросов Онеги, не было бы ничего, противоречащего обыденному сознанию, часто наблюдаемому здесь» Весьма важный для нашей темы вывод…
Но вернемся к слюдоделам, в год 1809-й. Промысел вели родичи Старыгины — всего пятнадцать человек мужчин и женщин. Дела шли довольно успешно. Слюду отправляли не только по России, в Германию, Польшу, даже в Англию. Вопрос о том, что минерал обменивали на здоровье, не стоял. Отход от кланового дела грозил нищетой. Поэтому, даже одолеваемые недугами, Старыгины сохраняли стойкость духа. Их житейские принципы идеально подпадают под афоризм: «Оптимисты полагают, что живут в лучшем из возможных миров, а пессимисты опасаются, что так оно и есть» И поныне потомки не забыли излюбленное изречение своего пращура Прокла, сравнившего тогдашние внутрисемейные отношения с разговором немых с глухими… Что он имел в виду?
Ответ на этот и другие вопросы можно найти в беседе прямого потомка Прокла, инженера-судостроителя Вячеслава Старыгина, с известной исследовательницей паранормального Майей Быковой, записанной ею в 1971 году: — Можно ли доверять описаниям происшествий, не внесли ли годы искажений, корректировок? — Лично я не сомневаюсь в достоверности фактов. Мои предки, глубоко верующие люди, считали ложь самым тяжким грехом. Другое дело современный взгляд, современная трактовка. Суть здесь, конечно, в диковинных свойствах воды. Я бессилен что-либо понять. Мне как-то понятнее шутка Стругацких: «Что такое сущность воды? Во всяком случае, об этом не спрашивают рыбу…»
— Ну, так и не будем ломать голову, обратимся к фактам. Расскажите все, как слышали, как было…
— Сперва позволю себе мировоззренческую вольность. Фридрих Энгельс считал, что разум, затухая на одном небесном теле, неизбежно возрождается на другом… То есть, пусть не покажется крамолой, я склонен расценивать онежские, 1809 года события как вмешательство чего-то, подозрительно напоминавшего не наши, не земные силы.
Предзимние купели, как их называли предки, были не просто необходимостью, а, полагаю, и ритуалом. Онежская вода вымывала из пор кожи слюдяную пыль, улучшала самочувствие. А начинали омовения, когда чернота воды подсвечивалась со дна чем-то поблескивающим. Это действительно так — сам не раз видел… Погружались в ледяную воду все сразу. Однажды это закончилось тем, что на телах купальщиков проявились медленно и четко, как на фотобумаге, серые штриховые рисунки. Татуировки, да и только! Изображения дубовых, кленовых, березовых листьев, волков, зайцев, крестов, полумесяцев. Если люди вставали рядом, то создавалось впечатление, что выполненные в штриховой технике твари готовы напасть друг на друга. Листья же образовывали ветви деревьев.
Каждые семь дней рисунки менялись. Дошло до того, что на спинах женщин возникли уродливые силуэты мужчин. Но самое странное грянуло в день кончины Прокла. Когда омывали тело, обратили внимание на то, что татуировок больше нет, но есть множество укусов, на глазах обращающихся в глубокие язвы… Дома стояли вплотную к Онеге. По обычаю опять вошли в воду, искупались. Только вышли, увидели на водяной ряби, словно вмороженные, следы от собственных тел. Держались следы почти сутки. Купания пришлось прекратить. И произошло самое ужасное…
— Что конкретно? — Смерть принялась лютовать. Что ни неделя — у Старыгиных похороны. Работать некому…
— Может, это роковое стечение случайностей? Известно, что тогда была высокая смертность: каждые 20 секунд в России умирал человек…
— Так-то так. Но тут случайность перетекла в закономерность.
Страница 1 из 2
