Патрисия Рохэс стояла возле входа в одну из станций метрополитена ее родного города Мадрида и нервно поглядывала на часы. Она ожидала свою лучшую подругу Альберту Маноло, с которой условилась встретиться ровно в час дня. Было уже половина второго, но подруга появляться явно не торопилась. Девушки собирались съездить в магазин модной одежды, в котором как раз действовали неплохие скидки. Лето было в самом разгаре, и подругам не терпелось обновить гардероб.
Добавить в моё избранное
9 мин, 28 сек 14326
Патрисия или просто Пат, как чаще всего называли ее друзья, нетерпеливо прохаживалась туда-сюда. Было жарко, а рядом, как назло, ни одного автомата с прохладительными напитками. Девочка обмахивалась журналом, обдумывая, что она скажет Альберте, как только та изволит явиться.
Прошло еще минут десять. Подруга не появилась. В конце концов Пат надоело ждать и она решительно начала спускаться в метро. Каково же было ее удивление, когда, оказавшись на станции, она обнаружила там Альберту, как ни в чем не бывало стоящую на платформе. Возмутившись до глубины души, Пат кинулась к подруге.
— И как это называется? — воскликнула девочка.
— Я ее жду, а она в метро прохлаждается!
Альберта ничего не ответила. Казалось, она даже не слышала. И вообще не замечала ничего вокруг. Взгляд ее был прикован к поезду, распахнувшему двери в ожидании пассажиров. Поезд был какой-то странный. Серый, ободранный, местами ржавый. Более того, он стоял на станции весьма долго. Подозрительно долго для обычного поезда мадридского метрополитена. Впрочем, вагоны были полны людей, которые спокойно сидели и стояли. Никто не выказывал никакого недовольства. Пат невольно поежилась. Ей стало не по себе. Тут Альберта ожила и прошептала:
— Патти, нам нужно уехать отсюда. Давай зайдем в поезд. Давай, ну пожалуйста.
Пат уже готова была согласиться, она уже занесла ногу, чтобы шагнуть в вагон, как увидела необычайно бледное лицо своей лучшей подруги. Лицо, бледное просто до синевы.
— Берта, в чем де…, — начала было девочка, но осеклась, заметив еще одну странную вещь.
На станции никого не было. Ни одного человека. Только она и ее подруга Альберта. Впрочем, подруга ли? Пат стало дико страшно, но она сдержала себя.
— Нет, — решительно отпрыгнув от поезда, заявила она.
— Туда мы не пойдем. Пошли на улицу.
Берта шумно вздохнула. Пат показалось, что подруга еще сильнее побледнела.
— Отсюда нет выхода, — чуть слышно шепнула девочка.
— Нам не выйти отсюда.
— Вздор и ерунда! — крикнула Патрисия.
— Прекрасно уйдем, как и вошли! Что с тобой вообще творится? Прежде у тебя не было дурацких идей разыгрывать меня! Напугать решила?
Альберта взглянула на подругу. В ее глазах блеснули слезы.
— Если бы… Но Пат не стала слушать. Ухватив Берту за руку, она смело направилась к эскалаторам. Там ее поджидал неприятный сюрприз. Все три эскалатора работали только на спуск, причем двигались с такой скоростью, что как-то подняться по ним наверх не представлялось возможным.
— Я же говорила, — вновь прошептала Альберта.
— Бесполезно… мы не выйдем… те люди… из поезда… они тоже не вышли… — Мы выйдем! — возразила Патрисия, у которой от ужаса дрожали колени.
— Ты поняла меня? Выйдем!
И Пат потащила подругу в противоположный конец станции, где была обычная лестница на улицу. Впрочем… Да, именно… Была… Теперь же там простиралась сплошная стена. Патрисия так и замерла от изумления. Куда делась лестница? Какого черта тут вообще происходит?
Но больше девочку поражало странное безразличие подруги. Безразличие обреченного человека. Человека, смирившегося со своей участью… — «Ну уж нет! — подумала Пат.»
— Я не размазня! Я выйду отсюда и выведу подругу, хочет она того или нет! Узнать бы еще, что случилось со станцией«… И Пат вновь поволокла несопротивляющуюся Альберту к эскалаторам. И в который раз испытала удивление. Эскалаторы работали в обычном режиме — один вниз, два вверх — и с обычной скоростью.»
— Ну вот! — притворно-веселым голосом сказала Пат подруге.
— Все в порядке. Выходим.
— Выходим — эхом откликнулась Альберта.
— Но вот куда… — Хватит ломаться! — возопила Патрисия.
— Разумеется, на улицу!
И обе девочки поднялись наверх. На улицу… Хотелось бы написать, что на обычную мадридскую улицу, но нет… То есть улица-то была вполне себе мадридская, но вот обычной ее никак нельзя было назвать. Напротив метро возвышался дом. Дом как дом, если не считать того, что он был наполовину разрушен. Над этим домом сгустились почти черные тучи, притом, что небо над остальной улицей было просто голубовато-серым.
— Сумрак, — бесстрастным голосом проговорила Альберта.
— Чего? — разинула рот Пат.
— Сумрак, — повторила подруга.
— Сумеречная зона. Место абсолютной смерти… Патрисия с сомнением взглянула на Берту, но промолчала. Ей было страшно. Очень страшно. Но она решила так просто не сдаваться. Покрепче стиснув руку своей бледной подружки, Пат пошла по улице. Повсюду виднелись дома разной степени заброшенности, изредка навстречу шли люди в серых куртках с капюшонами, надвинутыми на лицо.
— Видишь впереди дом? — неожиданно спросила Альберта, кивая на небольшое здание из розового кирпича.
— Ну да, — осторожно отозвалась Пат.
Прошло еще минут десять. Подруга не появилась. В конце концов Пат надоело ждать и она решительно начала спускаться в метро. Каково же было ее удивление, когда, оказавшись на станции, она обнаружила там Альберту, как ни в чем не бывало стоящую на платформе. Возмутившись до глубины души, Пат кинулась к подруге.
— И как это называется? — воскликнула девочка.
— Я ее жду, а она в метро прохлаждается!
Альберта ничего не ответила. Казалось, она даже не слышала. И вообще не замечала ничего вокруг. Взгляд ее был прикован к поезду, распахнувшему двери в ожидании пассажиров. Поезд был какой-то странный. Серый, ободранный, местами ржавый. Более того, он стоял на станции весьма долго. Подозрительно долго для обычного поезда мадридского метрополитена. Впрочем, вагоны были полны людей, которые спокойно сидели и стояли. Никто не выказывал никакого недовольства. Пат невольно поежилась. Ей стало не по себе. Тут Альберта ожила и прошептала:
— Патти, нам нужно уехать отсюда. Давай зайдем в поезд. Давай, ну пожалуйста.
Пат уже готова была согласиться, она уже занесла ногу, чтобы шагнуть в вагон, как увидела необычайно бледное лицо своей лучшей подруги. Лицо, бледное просто до синевы.
— Берта, в чем де…, — начала было девочка, но осеклась, заметив еще одну странную вещь.
На станции никого не было. Ни одного человека. Только она и ее подруга Альберта. Впрочем, подруга ли? Пат стало дико страшно, но она сдержала себя.
— Нет, — решительно отпрыгнув от поезда, заявила она.
— Туда мы не пойдем. Пошли на улицу.
Берта шумно вздохнула. Пат показалось, что подруга еще сильнее побледнела.
— Отсюда нет выхода, — чуть слышно шепнула девочка.
— Нам не выйти отсюда.
— Вздор и ерунда! — крикнула Патрисия.
— Прекрасно уйдем, как и вошли! Что с тобой вообще творится? Прежде у тебя не было дурацких идей разыгрывать меня! Напугать решила?
Альберта взглянула на подругу. В ее глазах блеснули слезы.
— Если бы… Но Пат не стала слушать. Ухватив Берту за руку, она смело направилась к эскалаторам. Там ее поджидал неприятный сюрприз. Все три эскалатора работали только на спуск, причем двигались с такой скоростью, что как-то подняться по ним наверх не представлялось возможным.
— Я же говорила, — вновь прошептала Альберта.
— Бесполезно… мы не выйдем… те люди… из поезда… они тоже не вышли… — Мы выйдем! — возразила Патрисия, у которой от ужаса дрожали колени.
— Ты поняла меня? Выйдем!
И Пат потащила подругу в противоположный конец станции, где была обычная лестница на улицу. Впрочем… Да, именно… Была… Теперь же там простиралась сплошная стена. Патрисия так и замерла от изумления. Куда делась лестница? Какого черта тут вообще происходит?
Но больше девочку поражало странное безразличие подруги. Безразличие обреченного человека. Человека, смирившегося со своей участью… — «Ну уж нет! — подумала Пат.»
— Я не размазня! Я выйду отсюда и выведу подругу, хочет она того или нет! Узнать бы еще, что случилось со станцией«… И Пат вновь поволокла несопротивляющуюся Альберту к эскалаторам. И в который раз испытала удивление. Эскалаторы работали в обычном режиме — один вниз, два вверх — и с обычной скоростью.»
— Ну вот! — притворно-веселым голосом сказала Пат подруге.
— Все в порядке. Выходим.
— Выходим — эхом откликнулась Альберта.
— Но вот куда… — Хватит ломаться! — возопила Патрисия.
— Разумеется, на улицу!
И обе девочки поднялись наверх. На улицу… Хотелось бы написать, что на обычную мадридскую улицу, но нет… То есть улица-то была вполне себе мадридская, но вот обычной ее никак нельзя было назвать. Напротив метро возвышался дом. Дом как дом, если не считать того, что он был наполовину разрушен. Над этим домом сгустились почти черные тучи, притом, что небо над остальной улицей было просто голубовато-серым.
— Сумрак, — бесстрастным голосом проговорила Альберта.
— Чего? — разинула рот Пат.
— Сумрак, — повторила подруга.
— Сумеречная зона. Место абсолютной смерти… Патрисия с сомнением взглянула на Берту, но промолчала. Ей было страшно. Очень страшно. Но она решила так просто не сдаваться. Покрепче стиснув руку своей бледной подружки, Пат пошла по улице. Повсюду виднелись дома разной степени заброшенности, изредка навстречу шли люди в серых куртках с капюшонами, надвинутыми на лицо.
— Видишь впереди дом? — неожиданно спросила Альберта, кивая на небольшое здание из розового кирпича.
— Ну да, — осторожно отозвалась Пат.
Страница 1 из 3
