Один день из жизни счастливого человека

— перебил меня холодный голос из дальнего угла комнаты.

— Этот яркий жёлтый цвет мне дарит столько радости, — пытался оправдать себя я.

— А наши обои не дарили… — сухо произнесла Любимая, — там же были цветы…, нарисованные для тебя…, это же была моя краска… — Мы нарисуем новые! — выпалил я, не подумав.

— Моя краска закончилась с тех самых пор, как ты убедил меня остаться здесь, с тобой, — напом-нила она и, немного помолчав, неожиданно добавила, — и мне не нравятся эти люди…, это нехорошие люди.

— Почему? — искренне удивился я, так как очень редко какие люди становились не по душе моей Любимой, — они же хотят… — Они хотят только одного, — опять резко оборвала она мою оправдательную речь, — отнять тебя у меня, вот чего они хотят. Я не хочу их… Как это бывало всегда, моя Любимая начала уходить очень стремительно, и так же очень неожи-данно. Её глаза в самом тёмном углу комнаты потухли, слились с плотным облаком мрака. Она сама ос-талась здесь, несомненно, осталась здесь, только мне стало её не видно.

— Никто и никогда не отнимет ни меня у тебя, ни тебя у меня. Никто! И никогда! Потому что не-возможно такое! — отчётливо произнёс я, безнадёжно ожидая ответа.

— Слышишь? Невозможно! — отчаянно крикнул я в гнетущую тишиной пустоту.

— Милый мой мальчик, не убивайся так. Устала она просто, видимо. Отдохнёт вот и обязательно возвратится. Уж мне ли не знать, что такое усталость, — тихий и спокойный голос раздался сбоку от ме-ня.

Вторая гостья уже успела появиться в комнате, а я так погрузился в мысли о своих переживаниях из-за Любимой, что даже и не заметил вовремя посетительницу. Она сидела с другого бока моей кровати, склонив голову на бок и глядя на меня самыми добрыми глазами.

— Мама! Мамуля! — восторженно прошептал я.

— А ты и не вздумай переживать, — тихим голосом продолжала она, — а ты цветочки-то эти, гвоз-дички, возьми и нарисуй только их красками. Всеми их красками. Сделай ей подарок. Вот увидишь, приятно ж ей будет.

— Мама! — я не мог унять свою радость.

— Ну, рассказывай, мама, как дела твои!

— А я вот всё с цветами и растениями без расклона, — с улыбкой говорила мама.

— Там, где я сей-час нахожусь, слишком много цветов и растений. Сплошь одни цветы и растения.

— Вся в земле, всё в земле, день и ночь — в земле, — запричитала она, — вот, даже перепачкалась вся.

Она, действительно, брезгливо смахнула с платья несколько липких грязных комьев земли. По-том поправила тёмную косынку на голове и тяжело вздохнула.

— Устала ты, наверное, мама, — услужливо отреагировал я на это, — отдохнула бы.

— Да куда там! — усмехнулась в ответ она.

— Науставалась я уж за свой век! А ты б друзей-то сво-их новых пригласил бы ко мне, и мне веселее бы было, да и у тебя — гора с плеч.

Я задумчиво уставился в потолок.

— Что ты тут думаешь ещё? Завтра же приглашай и не думай даже!

Мама вдруг встала и торопливо направилась к выходу, не говоря больше ни слова. Даже не обо-рачиваясь, она, видимо, очень куда-то спешила.

— Мам, ну, постой! Ну, куда ж ты? Побудь ещё со мной! — вскричал я, но было уже бесполезно кричать. Мама уже исчезла, уже скрылась за дверью.

Внезапно я заметил, впрочем, уже без удивления, что рядом с моей кроватью стоял другой гость. Это был тот весёлый мальчишка, который сегодня так отчаянно купался и нырял в речке, когда я сидел на её склоне и наблюдал самую чудесную радугу. Только сейчас я понял, что именно его посещения мне не хватало для того, чтобы вернуть в душу безмятежную радость. Мальчишка явился ко мне с ног до головы мокрым, и он был в одних только плавках, как будто он только вылез из воды. В руках его был оригинальный букетик из свежедобытых водорослей. Лицо мальчишки светилось лучезарной улыбкой, глаза были широко открыты, ясные и яркие, как будто пылали огнём в этом сумраке. С мок-рых волос на пол мягко шмякались капли воды. Я посмотрел на него, приветливо улыбнулся и сказал:

— Здорово, пацан! А ты, что, до сих пор нырял?

— Да, — закричал тот.

— Вода-то какая тёплая! Купайся хоть вечность!

— А я рад, что ты зашёл ко мне, — сказал я.

— Как же я мог не зайти? — улыбнулся мальчишка ещё шире.

— Редко встречаются такие люди, ко-торые дарят радость просто, ничего не требуя взамен. И именно таким людям хочется возвращать этого тепла во много раз больше.

— Я и не думал, что так помог тебе, — удивился я.

— Точнее, я догадывался, что помог тебе, но то, что ТАК помог, даже не мог подумать.

— Самое главное, когда творишь добро, не искать, не ждать результата. Иначе это уже превраща-ется в погоню за выгодой, а с понятием добра это не совместимо. Добро вернётся своим путём, если это было действительно добро, — мальчик подумал и добавил, — и не только добро возвращается.