Нанка

В какой-то момент ей вообще стало казаться, что она здесь лишняя, в этой веселящейся орущей компании. Вернула в действительность цепкая влажная мужская ладонь, властно опустившаяся на Катино колено. Один из парней — кажется, его звали Игорь — решил поохмурять девушку и, нагло ухмыляясь, начал продвигать руку вверх между её ног, похотливо поглаживая. Катя опомнилась, резко оттолкнула:

— Немедленно прекрати!

— А то — что?

— Ничего. Просто ты мне не нравишься.

Тот улыбнулся, скептически подняв брови, прошептал горячо:

— Да? Что ж, подождем на улице праздника, — и нехорошо как-то поглядел, угрожающе. Катя встала, решила поискать Нанку. Подташнивало — от вина, от гадких слов, мерзких угроз. В избушке собаки не оказалось, Катя накинула влажную куртку и вышла во двор.

Да уж, красотища! Пока они готовили шашлык, парились в бане и развлекались, сидя за столом, на улице резко похолодало, и лес стоял, покрытый жестким ледяным панцирем. С веток свисали длинные тонкие острые сосули, деревья казались таинственным застывшим дворцом с высокими башнями и темными окнами, за которыми угасала жизнь. Катя замерла — вот так, наверное, чувствовал себя Кай, когда попал в царство к Снежной Королеве. Холодно и неуютно… Лед словно сковывает виски, мельчайшими зеркальными осколками ранит сердце, убивая настоящие чувства, затуманивая разум.

Что то заскрипело, дворец резко качнулся, Катя задохнулась от запаха перегара, передёрнулась от похотливого взгляда мутных пьяных глаз. Резко оттолкнула неслышно подкравшегося Игоря и закричала:

— Нанка! Нанка!

— Что, опять убежала?

— Я не понимаю, как она вышла? Я же её в дом на ночь запустила!

— Пойдешь искать?

— Не знаю… Что ты делаешь?!

Игорь прижал Катю к холодной стене дома и зашарил рукою под курткой, впившись губами в затвердевшие от негодования губы девушки. Катя с трудом оттолкнула парня:

— Очумел, что ли?

— Не строй недотрогу.

— Игорь, я тебе уже объяснила — ты мне не нравишься. Понял?

— А ты мне нравишься. Поняла? — Парень снова облапал Катю, та закричала, пнула в пах и, воспользовавшись замешательством Игоря, нырнула в избу.

— Сука! — теплая одежда смягчила боль, но все же удар оказался чувствительным.

— Ну, погоди.

Вернулся, однако больше к Кате не подходил, гаденько поглядывая издали. А потом и вовсе занялся важным делом — приняв добровольно обязанности вырубившегося хозяина дома, открывал всё новые бутылки спиртного. Сидеть собирались всю ночь, но Катя уже ни на что не реагировала, мечтая побыстрее уснуть и назавтра уехать домой как можно раньше. А Нанка? Потерялась, ну и чёрт с ней!Постепенно голоса стали тише, лица слились в серо-сизый сигаретный туман. Катя куда-то поплыла.

Последнее, что она услышала, был настоящий волчий вой, казалось, что хищники орут где-то рядом.

Проснувшись, Катя долго не могла понять, где она, а потом — который же час? Мобильника рядом не было, в окно виднелось хмурое, насупившееся осадками, небо. Поднявшись, Катя поняла, что в избе никого нет — она одна. И нет ничьих вещей — только её сапоги и куртка в прихожей. Чайник на плите стоит холодный. Странно… Все уехали, бросив её в лесу? Быть этого не может. Девушка оделась и вышла на улицу. Тишина оглушила — никого нигде не было видно. Обледенелый лес нависал над избушкой, зияя глубокой черной пастью. Катя сделала пару шагов и остановилась. Вдруг отчего-то показалось, что застекленевшие деревья вот-вот схватят её и затащат в своё страшное логово, где ждет её неминуемая смерть, где уже, наверняка, погибла несчастная Нанка. «Сейчас я закрою глаза, а потом окажусь дома, в теплой постели, это всего лишь дурной сон», — мелькнула соломинкою отчаянная мысль, Катя зажмурилась, и вдруг услышала мужской голос:

— Катя!

Девушка открыла глаза. Никого. Но — нет, снова, мужской зов:

— Катя, иди сюда!

Это со стороны леса. Кто-то же знакомый, но почему-то неузнаваемый голос? Нельзя туда идти, вдруг это только кажется, вдруг это сам лес заманивает в свои непроходимые снега?

— Катя! Катя! Катя!

«А вдруг кому-то нужна помощь»? Катя сорвалась с места и побежала на крик, утопая в снегу, падая в него с уже проторенной кем-то узкой дорожки. В лесу было также тихо, да и крик оборвался. Снежные сугробы странно перемежались черными ямами. Катя недоуменно остановилась, замерев на месте — вдруг здесь болото или какой-нибудь обрыв … Из-за спины взлетело черное крыло, взметнулось над девушкой, накрыло голову душным покрывалом. Она затрепыхалась, задергалась в чьих-то крепких руках. Кто-то накинул ей на голову шерстяной шарф, зажал ладонью рот, потащил за собой. Катя упала на колени, шарф сполз на шею, натянулся, сдавил горло, она схватилась руками, хрипло закричала.

— Что ты орешь, дура? — послышался рядом знакомый голос. Игорь?!