24 дня назад… — Олег, взгляни, что это? — рабочий в замызганном комбинезоне дважды ударил ломом по чему-то твердому и обернулся. Его напарник охотно отбросил совковую лопату, которой грузил землю на носилки, и подошел. Постоял, наклонившись, и пожал плечами.
Добавить в моё избранное
126 мин, 27 сек 4568
— Это была девочка, — пробормотала Дина.
— Что? — не расслышала Лора.
— Нет, ничего, это я так.
— Она собрала со стола рисунки и встала.
— Пойду работать, хочу сегодня сайт обновить. Такое впечатление, что им год никто не занимался.
— Правильное впечатление, — кивнула девушка-овечка, — не занимался. Наталья, царствие ей небесное, чем угодно занималась, только не своими прямыми обязанностями! Да и сосед твой тоже хорош — пока Вадик был, он Женьку ещё иногда шпынял, а сейчас он вообще с утра до вечера баклуши бьет.
Проводив глазами новую знакомую, Лора решила тоже сварить себе кофе. В затылке продолжала глухо пульсировать боль. А что если у неё тоже? По спине пробежал холодок, но девушка усилием воли прогнала его. Хотя в последнее время у неё бывали странные ощущения, но поддаваться панике и мчаться к врачам она не собиралась.
Вот сейчас выпьет крепкого кофе и отнесет Ираиде подготовленный отчет. Пусть передаст Селиванову. В последнее время встречаться с Ильей ей совершенно не хотелось, он вызывал у неё какое-то отторжение. И ведь дело было не в нем, совсем не в нем. Никаких изъянов за время их более близкого знакомства она не обнаружила — наоборот, Илья оказался веселым и непосредственным, просто идеал и мечта идиотки.
Лора по-старушечьи подперла щеку ладошкой и уныло уставилась в окно.
Что ей ещё нужно? Красивый, перспективный, не бедный, не дурак… Но вот не лежит душа. Даже подаренный им перстень она надевает все реже и реже. Вчера вот опять сняла, а он, когда на поминки ехали, заметил и спросил, почему. Пришлось врать, что случайно на работе оставила. С утра надела подарок, и снова душа не на месте, как будто действительно они тогда обручились.
И огорчать Илью не хотелось — в последнее время в связи со всеми этими смертями, он явно был не в своей тарелке и жутко нервничал. Так, что о свиданиях заговаривал редко, и она каждый раз находила повод — то стоматолог, то бабушкин день рождения, то поездка на дачу.
Тогда, в Царицыно, они провели чудесный день, гуляли, болтали, потом он осторожно поцеловал её. И ей понравилось. Так что же теперь происходит?
Может быть, все дело в том, что случилось на следующий день? Вряд ли. Тогда это было неприятно, но не более.
Но это для неё не более.
После того, что она услышала из уст Натальи в дамской комнате, слух о том, что та в понедельник грохнулась в обморок прямо в приемной, не произвел на Лору особого впечатления. Ну, вызвали скорую помощь, ну, увезли в больницу. Беременная, скорее всего. Вот и ладно, пусть занимается своим здоровьем, а не лезет в чужие дела.
Но это оказалась не беременность.
Нет, конечно, опухоли бывают разные, а опухоль мозга вообще — страшное дело. Но у Натальи оказалась какая-то особо злокачественная, да ещё и запущенная. И через пять дней уже пришлось организовывать похороны.
Вот так — все считали, что нерадивый веб-дизайнер постоянно жалуется на головную боль, чтобы продолжать валять дурака, а на самом деле… Лора опять испугалась, хотя голова, вроде бы болела уже меньше.
— Лорочка, ты что тут одна сидишь, и такая бледненькая? — заглянула в столовую Ираида.
Лора сердито поднялась. Вот ещё одна двуличная стерва: «Лорочка», «бледненькая», а сама, небось, готова её с потрохами сожрать. Потому что не её дочурке, флегматичной и ленивой Ирочке, а Лоре досталась должность умершей Анна Петровны.
Затылок опять свело болью, но тут же отпустило.
Коротко глянув на секретаршу директора, девушка проскочила мимо неё в дверь и почти бегом бросилась к лестнице.
Подумать только, всего пару недель назад она была таким счастливым и беззаботным существом, а сейчас? На ходу она смахнула покатившиеся от обиды и досады из глаз слезы — господи, ну почему все настолько изменилось?!
Оставшись одна, Ираида хмыкнула — ну надо же, эта сопливая выпендрежница нацепила цветные контактные линзы. И идут они ей, как корове седло!
Мне все равно, не я выбираю.
Я иначе не могу — я дочь змеи, а змеи не выбирают, кого жалить.
И совершенно неинтересно, что потом происходит с ними — движущимися картинками с резкими голосами. Я хочу одного — чтобы им досталась частичка моей последней боли, отчаяния и падения в долгий страшный сон.
Я проснулась, чтобы убивать.
Илья мрачно сидел в своем кабинете и играл в гляделки с вуалехвостом. Победа осталась за ним — в кабинет вошла Ираида в алом шелковом костюме, и рыба отвлеклась на яркое цветовое пятно.
— Илья Викторович, почта. Пришел факс из Кемерова, приглашение на выставку в Киев и вот — Никольская для вас передала отчет, — она положила на стол черную кожаную папку и пластиковый скоросшиватель и замерла едва ли не по стойке смирно — образец компетентности и деловитости.
— Спасибо, Ираида Федоровна, — вежливо кивнул Селиванов.
— Что? — не расслышала Лора.
— Нет, ничего, это я так.
— Она собрала со стола рисунки и встала.
— Пойду работать, хочу сегодня сайт обновить. Такое впечатление, что им год никто не занимался.
— Правильное впечатление, — кивнула девушка-овечка, — не занимался. Наталья, царствие ей небесное, чем угодно занималась, только не своими прямыми обязанностями! Да и сосед твой тоже хорош — пока Вадик был, он Женьку ещё иногда шпынял, а сейчас он вообще с утра до вечера баклуши бьет.
Проводив глазами новую знакомую, Лора решила тоже сварить себе кофе. В затылке продолжала глухо пульсировать боль. А что если у неё тоже? По спине пробежал холодок, но девушка усилием воли прогнала его. Хотя в последнее время у неё бывали странные ощущения, но поддаваться панике и мчаться к врачам она не собиралась.
Вот сейчас выпьет крепкого кофе и отнесет Ираиде подготовленный отчет. Пусть передаст Селиванову. В последнее время встречаться с Ильей ей совершенно не хотелось, он вызывал у неё какое-то отторжение. И ведь дело было не в нем, совсем не в нем. Никаких изъянов за время их более близкого знакомства она не обнаружила — наоборот, Илья оказался веселым и непосредственным, просто идеал и мечта идиотки.
Лора по-старушечьи подперла щеку ладошкой и уныло уставилась в окно.
Что ей ещё нужно? Красивый, перспективный, не бедный, не дурак… Но вот не лежит душа. Даже подаренный им перстень она надевает все реже и реже. Вчера вот опять сняла, а он, когда на поминки ехали, заметил и спросил, почему. Пришлось врать, что случайно на работе оставила. С утра надела подарок, и снова душа не на месте, как будто действительно они тогда обручились.
И огорчать Илью не хотелось — в последнее время в связи со всеми этими смертями, он явно был не в своей тарелке и жутко нервничал. Так, что о свиданиях заговаривал редко, и она каждый раз находила повод — то стоматолог, то бабушкин день рождения, то поездка на дачу.
Тогда, в Царицыно, они провели чудесный день, гуляли, болтали, потом он осторожно поцеловал её. И ей понравилось. Так что же теперь происходит?
Может быть, все дело в том, что случилось на следующий день? Вряд ли. Тогда это было неприятно, но не более.
Но это для неё не более.
После того, что она услышала из уст Натальи в дамской комнате, слух о том, что та в понедельник грохнулась в обморок прямо в приемной, не произвел на Лору особого впечатления. Ну, вызвали скорую помощь, ну, увезли в больницу. Беременная, скорее всего. Вот и ладно, пусть занимается своим здоровьем, а не лезет в чужие дела.
Но это оказалась не беременность.
Нет, конечно, опухоли бывают разные, а опухоль мозга вообще — страшное дело. Но у Натальи оказалась какая-то особо злокачественная, да ещё и запущенная. И через пять дней уже пришлось организовывать похороны.
Вот так — все считали, что нерадивый веб-дизайнер постоянно жалуется на головную боль, чтобы продолжать валять дурака, а на самом деле… Лора опять испугалась, хотя голова, вроде бы болела уже меньше.
— Лорочка, ты что тут одна сидишь, и такая бледненькая? — заглянула в столовую Ираида.
Лора сердито поднялась. Вот ещё одна двуличная стерва: «Лорочка», «бледненькая», а сама, небось, готова её с потрохами сожрать. Потому что не её дочурке, флегматичной и ленивой Ирочке, а Лоре досталась должность умершей Анна Петровны.
Затылок опять свело болью, но тут же отпустило.
Коротко глянув на секретаршу директора, девушка проскочила мимо неё в дверь и почти бегом бросилась к лестнице.
Подумать только, всего пару недель назад она была таким счастливым и беззаботным существом, а сейчас? На ходу она смахнула покатившиеся от обиды и досады из глаз слезы — господи, ну почему все настолько изменилось?!
Оставшись одна, Ираида хмыкнула — ну надо же, эта сопливая выпендрежница нацепила цветные контактные линзы. И идут они ей, как корове седло!
Мне все равно, не я выбираю.
Я иначе не могу — я дочь змеи, а змеи не выбирают, кого жалить.
И совершенно неинтересно, что потом происходит с ними — движущимися картинками с резкими голосами. Я хочу одного — чтобы им досталась частичка моей последней боли, отчаяния и падения в долгий страшный сон.
Я проснулась, чтобы убивать.
Илья мрачно сидел в своем кабинете и играл в гляделки с вуалехвостом. Победа осталась за ним — в кабинет вошла Ираида в алом шелковом костюме, и рыба отвлеклась на яркое цветовое пятно.
— Илья Викторович, почта. Пришел факс из Кемерова, приглашение на выставку в Киев и вот — Никольская для вас передала отчет, — она положила на стол черную кожаную папку и пластиковый скоросшиватель и замерла едва ли не по стойке смирно — образец компетентности и деловитости.
— Спасибо, Ираида Федоровна, — вежливо кивнул Селиванов.
Страница 11 из 37
