Красным по черному

И, конечно же, еще один несчастный оказывается внутри моей темной камеры.

Аид спит на спине в центре комнаты. На него внимательно смотрят двое соседей.

— Давай разбудим, — говорит один.

— Уже второй день спит.

— Нет, Петр, — отвечает другой.

— Опасно.

— А валяться сутки без сознания не опасно? — спрашивает Петр.

— Ничего страшного. В сновидении время течет иначе.

— Знаешь, что Херувим? Иди ты со своими заморочками, — говорит Петр.

— Опять обкурился и висит. Вытаскивать надо человека.

— Зачем так грубо?

— Затем, что сдохнет он здесь! — кричит Петр и наклоняется к Аиду, чтобы потрясти за плечо.

Херувим останавливает его руку и отрицательно качает головой.

Новый пленник темноты оказывается гораздо спокойней. Он не дергается и не паникует. Только зовет Олега.

— А ты кто? — спрашиваю я.

Передо мной вспыхивает зигзагообразная линия. Вспыхивает и начинает вертеться вокруг воображаемой оси.

— Тоже провалился? — спрашиваю я.

Зигзаг замирает и спрашивает:

— Я умер?

— Нет еще. Извини, что затащил сюда. Сейчас постараюсь вас всех вытолкнуть.

Упираюсь руками в два иероглифа и с силой нажимаю. Идут очень туго. Как будто я пытаюсь втолкнуть булыжник в землю.

Тут до меня доходит, что в любой момент там, на Земле может прийти Петр и разбудить меня. Начинаю выталкивать знаки активней. Вкручиваю их в почву. Конечно, приятного для них мало, но что делать? Жизнь дороже.

Петр отбрасывает руку Херувима и снова тянется разбудить неподвижного Аида. Херувим толкает упрямца в грудь, и тот падает на пол. Падает на пол и тут же пытается подняться. Но противник набрасывается на него и хватает за грудки.

— Какой же ты тупой! — шипит Херувим.

— Если ты его разбудишь, может случиться что угодно! Что угодно, понимаешь? Может быть, загнется он, а может кто-то еще. Ты! Ты можешь окочуриться! Нельзя, ты понимаешь, нельзя вытаскивать человека из сновидения!

— Пошел ты! — кричит Петр и бьет оппонента в грудь.

Херувим, споткнувшись о ноги спящего, падает на пол. Петр сразу же кидается к Аиду. Херувим встречает его ударом ноги в живот. Петр отлетает к стене и головой бьется о полку. Лампа на краю полки кренится на бок и срывается вниз. Срывается и падает на голову спящему Аиду.

Голос замолкает. Ромб Олега исчезает из поля зрения. Меня начинает штормить. Все быстрей и быстрей. Ориентация в пространстве давно потеряна. Ощущения похожи на те, что были во время тренировок на центрифуге. Бешеное головокружение. Кроме того, куда-то перемещаюсь. Очень похоже на то, что загадочный никто выталкивает меня наружу.

Всем корпусом ощущаю сопротивление планеты. Тяжелый груз песка надо мной. Тело скручивается в клубок. Суставы едва не выворачиваются. И вдруг все это прекращается. Я испаряюсь. Сознание разрывается на куски. Мысли покидают меня. Остается пустота. Пустота смерти.

— Идиоты! — Кричит Аид.

— Какого черта? Херувим, а ты куда смотрел? Я понимаю, этот болван не соображает, но ты то?

Херувим спокойно смотрит на взбешенного сожителя. Смотрит и ничего не отвечает. Так разгневанный шаман быстрее успокоится.

Аид отворачивается и подходит к окну. Долго наблюдает за игрой детей в песочнице, собачьей свадьбой, пьянчугой, цепляющейся за обшарпанную стену в попытке подняться.

— Я лечу на Тхукан, — говорит Аид.

— Каким же образом? — ехидничает Петр.

Аид в одно мгновение оказывается лицом к лицу с ним. Кажется, будто сейчас маг ударит виновника преждевременного пробуждения. Но Аид только вонзает в него пылающий гневом взор. Подобное испытание молчанием еще никто не выдерживал. Петр отворачивается от взгляда колдуна. Взгляда прожигающего душу насквозь. Ничего не сказав, Аид оставляет Петра в покое.

— Выметайтесь отсюда, — говорит он.

— Не мешайте мне.

Попасть на другую планету в теле сновидения легко. Но вот перенести туда физическое тело — дело мастера. Никогда этого не делал. Никогда не делал, но по-другому никак. Время пришло.

Я уже вижу перед собой мокрые пески Тхукана. Осталось притянуть тело оставшееся на Земле сюда.

Пытаюсь проснуться. Проснуться здесь, а не на Земле. Реальность порывается развалиться на части, но я удерживаю её в поле восприятия.

Взрыв. Тут же чувствую жаркий ветер в лицо и запах пыли. Легкие обжигает отравленным воздухом. Как же я мог забыть! Исследователи ходят по планете с фильтрами на лице. Задерживаю дыхание и сосредотачиваюсь на мысли о земном воздухе. Придется все же минимально изменить реальность. Но даже с земной атмосферой Тхукан должен остаться Тхуканом.

Становится холодней. Ветер прекращается. Выдыхаю и смело запускаю в легкие новую порцию воздуха. Нормального земного воздуха.