Приемный НЕпокой. Оля с Дашей сидели в длинном, душном и тусклом коридоре приемного отделения областной больницы в ожидании своей очереди.
Добавить в моё избранное
367 мин, 52 сек 17531
Или Феечки. Безумно красивая Феечка была столь миниатюрна, что в своих габаритах немногим отличалась от милой, рыжеволосой девочки девяти лет от роду.
Теперь Феечка и Даша стояли возле большущего окошища, сквозь которое даже Дашин папа пролезет, если сильно захочет.
— Чего-то не хватает… — задумчиво сказала Даша, глядя в абсолютно белое пространство за окном.
— Я знаю! — спохватилась Феечка, схватила зеленый фломастер и стала старательно вырисовывать кроны деревьев. А Даша голубым фломастером принялась ваять небеса, оставляя в них небольших белых барашков — облака.
Когда работа над пейзажем за окном была закончена, Феечка с Дашей посмотрели на свою работу, потом друг на дружку, улыбнулись и одновременно кивнули. Наконец окошко стало настоящим.
— Я посмотрю, — сказала Феечкка, потянула за ручку на окне и… окошко открылось. Совсем, как настоящее!
— Смотри, не выпади! — забеспокоилась Даша, глядя на то, как смело высовывается в хоть и нарисованное, но ожившее окно Феечка.
— Не вижу, — обиженно заметила Феечка, выглядывая свои потерянные крылышки за окном.
— Надо кого-то попросить, — предложила Даша, — кого-нибудь, кто умеет летать и не терял крылышек.
Феечка тут же смекнула, о ком ведется речь, и принялась разными фломастерами ставить галочки за окном. Галочки замахали крылышками и превратились в самых настоящих птичек.
— Ой, птички! — воскликнула Даша.
— Птички, птички! Посмотрите, пожалуйста, есть ли за окном мои крылышки! — попросила птичек Феечка. Но ожившие галочки-птички громко чирикали и быстро летали взад и вперед, не обращая на Феечкины просьбы никакого внимания.
— Они тебя просто не замечают! Они слишком быстро летают и слишком громко чирикают! — решила Даша, взяла горстку фломастеров со стола и стала рисовать красивеньких, разноцветных бабочек за окном. Одна, вторая, третья… В скором времени бабочками был усыпан весь небосвод!
— Бабочки! — позвала Даша.
Бабочки тут же ожили, замахали крылышками, влетели в распахнутое окошко и облепили бедную Феечку с головы до пяток.
— Кыш, апчхи! Апчхи, апчхи, кы…, апчхи, кыш! — Феечка внезапно начала отчаянно чихать, отмахиваясь от облепивших ее бабочек. Но бабочки никак не хотели оставлять миленькую, миниатюрную феечку Растеряшку, верно принимая ее за какой-то цветочек.
— У тебя, наверное, аллергия на бабочек, — предположила Даша.
— Апчхи, навер…, апчхи, ное, апчхи! — сквозь чихания ответила Феечка.
— Бабочки, бабочки! — пришла на выручку Даша, — не видали ли вы за окном крылышки этой милой, но ужасно забывчивой феечки? Будьте так добры, посмотрите, пожалуйста!
Бабочки тут же спорхнули, оставив в покое от души начихавшуюся Феечку, и полетели за окно.
— Нет, нет, — тоненьким голосочком одна за другой отвечали бабочки, порхая и высматривая летные приборы самой забывчивой феечки на свете.
Феечка немного загрустила, а Даша не растерявшись, начала кого-то рисовать. Кого-то с черно-желтыми полосками, с шестью лапками и прозрачными крылышками. Кто бы это мог быть?
Нарисованная пчелка громко зажужжала и грозно посмотрела на Феечку.
— Она меня сейчас укусит! — отступая назад, в страхе пролепетала Феечка.
— Нет, не укусит, — ответила Даша, взяла желтый фломастер и быстренько дорисовала пчелке два ведерка, полных меда. По одному в каждую лапку. Пчелка улыбнулась, кивнула Даше в знак благодарности и довольно зажужжала своими прозрачными крылышками.
— Пчелка, пчелка! Дай мне немножко меда! — вежливо попросила Даша. Пчелка с радостью подлетела к Даше и вручила ей полное ведерко ароматного меда.
— Хочешь, Растеряшка? — спросила у Феечки Даша, протягивая ей ведерко с медом.
— Нет, спасибо, — ответила Растеряшка, — я сладкое не ем, за фигурой слежу.
— Ты прямо, как моя мама! — рассмеялась Даша и отпила из ведерка немного вкусного, пчелкиного меда.
— Милая пчелка! Посмотри, пожалуйста, не видно ли где крылышек этой феечки Растеряшки, которая всё и всегда теряет! — попросила Даша пчелку. Пчелка с громким жужжанием тут же полетела за окно, полетала взад и вперед, выглядывая потерю, но, увы, ничего не нашла.
А Даша с Феечкой продолжали рисовать летающих помощников, не оставляя попыток найти столь нужные для полета крылышки. Кто у них только не летал! И большой жук, и маленький комарик, и быстрокрылая стрекоза. Даже розовый слон! Да, да, летающий, розовый слон. Разве вы не знали, что розовые слоны тоже умеют летать? Он наверно потому и умел летать, что, в отличие от некоторых, своих крылышек не терял.
Окончательно обессилив от безуспешных поисков, Даша предложила Феечке:
— А давай мы тебе крылышки нарисуем!
Феечка хотела было взяться за работу, но тут, откуда-то сверху, послышался нежный Олин голос:
— Даша, просыпайся!
Теперь Феечка и Даша стояли возле большущего окошища, сквозь которое даже Дашин папа пролезет, если сильно захочет.
— Чего-то не хватает… — задумчиво сказала Даша, глядя в абсолютно белое пространство за окном.
— Я знаю! — спохватилась Феечка, схватила зеленый фломастер и стала старательно вырисовывать кроны деревьев. А Даша голубым фломастером принялась ваять небеса, оставляя в них небольших белых барашков — облака.
Когда работа над пейзажем за окном была закончена, Феечка с Дашей посмотрели на свою работу, потом друг на дружку, улыбнулись и одновременно кивнули. Наконец окошко стало настоящим.
— Я посмотрю, — сказала Феечкка, потянула за ручку на окне и… окошко открылось. Совсем, как настоящее!
— Смотри, не выпади! — забеспокоилась Даша, глядя на то, как смело высовывается в хоть и нарисованное, но ожившее окно Феечка.
— Не вижу, — обиженно заметила Феечка, выглядывая свои потерянные крылышки за окном.
— Надо кого-то попросить, — предложила Даша, — кого-нибудь, кто умеет летать и не терял крылышек.
Феечка тут же смекнула, о ком ведется речь, и принялась разными фломастерами ставить галочки за окном. Галочки замахали крылышками и превратились в самых настоящих птичек.
— Ой, птички! — воскликнула Даша.
— Птички, птички! Посмотрите, пожалуйста, есть ли за окном мои крылышки! — попросила птичек Феечка. Но ожившие галочки-птички громко чирикали и быстро летали взад и вперед, не обращая на Феечкины просьбы никакого внимания.
— Они тебя просто не замечают! Они слишком быстро летают и слишком громко чирикают! — решила Даша, взяла горстку фломастеров со стола и стала рисовать красивеньких, разноцветных бабочек за окном. Одна, вторая, третья… В скором времени бабочками был усыпан весь небосвод!
— Бабочки! — позвала Даша.
Бабочки тут же ожили, замахали крылышками, влетели в распахнутое окошко и облепили бедную Феечку с головы до пяток.
— Кыш, апчхи! Апчхи, апчхи, кы…, апчхи, кыш! — Феечка внезапно начала отчаянно чихать, отмахиваясь от облепивших ее бабочек. Но бабочки никак не хотели оставлять миленькую, миниатюрную феечку Растеряшку, верно принимая ее за какой-то цветочек.
— У тебя, наверное, аллергия на бабочек, — предположила Даша.
— Апчхи, навер…, апчхи, ное, апчхи! — сквозь чихания ответила Феечка.
— Бабочки, бабочки! — пришла на выручку Даша, — не видали ли вы за окном крылышки этой милой, но ужасно забывчивой феечки? Будьте так добры, посмотрите, пожалуйста!
Бабочки тут же спорхнули, оставив в покое от души начихавшуюся Феечку, и полетели за окно.
— Нет, нет, — тоненьким голосочком одна за другой отвечали бабочки, порхая и высматривая летные приборы самой забывчивой феечки на свете.
Феечка немного загрустила, а Даша не растерявшись, начала кого-то рисовать. Кого-то с черно-желтыми полосками, с шестью лапками и прозрачными крылышками. Кто бы это мог быть?
Нарисованная пчелка громко зажужжала и грозно посмотрела на Феечку.
— Она меня сейчас укусит! — отступая назад, в страхе пролепетала Феечка.
— Нет, не укусит, — ответила Даша, взяла желтый фломастер и быстренько дорисовала пчелке два ведерка, полных меда. По одному в каждую лапку. Пчелка улыбнулась, кивнула Даше в знак благодарности и довольно зажужжала своими прозрачными крылышками.
— Пчелка, пчелка! Дай мне немножко меда! — вежливо попросила Даша. Пчелка с радостью подлетела к Даше и вручила ей полное ведерко ароматного меда.
— Хочешь, Растеряшка? — спросила у Феечки Даша, протягивая ей ведерко с медом.
— Нет, спасибо, — ответила Растеряшка, — я сладкое не ем, за фигурой слежу.
— Ты прямо, как моя мама! — рассмеялась Даша и отпила из ведерка немного вкусного, пчелкиного меда.
— Милая пчелка! Посмотри, пожалуйста, не видно ли где крылышек этой феечки Растеряшки, которая всё и всегда теряет! — попросила Даша пчелку. Пчелка с громким жужжанием тут же полетела за окно, полетала взад и вперед, выглядывая потерю, но, увы, ничего не нашла.
А Даша с Феечкой продолжали рисовать летающих помощников, не оставляя попыток найти столь нужные для полета крылышки. Кто у них только не летал! И большой жук, и маленький комарик, и быстрокрылая стрекоза. Даже розовый слон! Да, да, летающий, розовый слон. Разве вы не знали, что розовые слоны тоже умеют летать? Он наверно потому и умел летать, что, в отличие от некоторых, своих крылышек не терял.
Окончательно обессилив от безуспешных поисков, Даша предложила Феечке:
— А давай мы тебе крылышки нарисуем!
Феечка хотела было взяться за работу, но тут, откуда-то сверху, послышался нежный Олин голос:
— Даша, просыпайся!
Страница 14 из 107
