Приемный НЕпокой. Оля с Дашей сидели в длинном, душном и тусклом коридоре приемного отделения областной больницы в ожидании своей очереди.
Добавить в моё избранное
367 мин, 52 сек 17588
Она хотела еще что-то пафосное добавить к рассказу, но что-то такое, что следовало бы сказать, никак не приходило на ум.
— Какая интересная сказка, — с удивлением сказала Даша, — странная, не похожая на другие, но от этого еще более интересная!
— Правда? — осторожно спросила Феечка, предусмотрительно втянув голову в плечи, словно бы ожидая разгромной критики.
— Правда! — подтвердила миленькая девочка с рыженькими косичками, полными самоцветов, — только жаль, что принца не было. Обычно в сказках принцы бывают, а в твоей сказке не было.
— Без мужика! — с грустью пробубнила себе под нос Феечка.
И обе замолчали, задумавшись. Каждая о своем.
Даша сидела и думала о чем-то очень серьезном. О чем-то совсем не детском, о чем не принято думать девятилетним девочкам.
— А кто за мной придет? — внезапно спросила она у Растеряшки.
Дашин вопрос мигом вывел Растеряшку из состояния задумчивости. Глядя на девочку то ли с жалостью, то ли с испугом, Растеряшка переспросила:
— За тобой?
— Да, за мной, — подтвердила Даша, — кто за мной придет?
— Девочка моя, — Растеряшка мило улыбнулась, — я думаю, об этом пока рано думать. У тебя впереди еще… — Сколько? — перебила свою подружку по сну Даша, — сколько?!
— Я не знаю, — растерянно ответила Феечка, — нет, я правда не знаю!
— А может мне остался месяц? Или неделя?! Или вообще день?! — испуганно, быстро и немного сбивчиво стала говорить Даша, — а вдруг…, а вдруг…, а вдруг прямо сейчас?! Ты ведь не знаешь! Ты ведь правда не знаешь! Вдруг сейчас, прямо сейчас?!
Феечка быстро обняла Дашу. Крепко-крепко!
— Девочка моя! — едва сдерживая слезы, стала она говорить Даше:
— Не сейчас, нет! Ни через неделю и ни через месяц! Это произойдет намного, намного позже!
— Но ты ведь не знаешь!
— Да, я не знаю, — не отпуская ни на секунду свою ненаглядную девочку, говорила Растеряшка, — не знаю. Но я твердо знаю, что у тебя впереди долгая, счастливая жизнь! Ты вырастешь, выучишься, встретишь принца… — Принца? — улыбнулась Даша.
— Да, да! Ты обязательно встретишь своего принца! Все принцессы встречают своих принцев! И он будет таким же, как ты, миленьким и рыженьким!
— Я предпочитаю блондинов, милочка! — кокетливо заметила Даша, рассмешив Растеряшку.
— Хорошо! — сквозь смех согласилась Растеряшка, — пусть будет блондин. У вас будет много детей: девочек и мальчиков. Вы построите свой собственный дворец и будете там жить долго-долго и счастливо-счастливо! А потом… — А что будем потом, — не по возрасту благоразумно заметила Даша, — сейчас это, пожалуй, не важно.
— Не важно, моя милая! Не важно! — сдерживая слезы, согласилась Растеряшка, — и это будем потом. Не сейчас! Ни через неделю и ни через месяц! Даже не через двадцать лет! Потом!
Даша посмотрела Растеряшке прямо в глаза своим удивительным, полным надежды взглядом и очень-очень искренне, обнажив невинную душу, тихо спросила:
— Обещаешь?!
— Обещаю! — сорвалась Феечка и еще один самоцвет удивительной красоты засиял в рыженькой прическе маленькой, но мудрой не по годам девочки.
По возвращению в Канцелярию Феечку ждал очередной научный спор умудренных опытом мужей. Коллеги живо обсуждали животрепещущий вопрос, как искусные скульпторы, в жарком споре отсекая все лишнее от изваяния истины. Как всегда. Чесали языки в надежде весело провести минуты безделья.
Сухой по своему обычаю отчаянно рубился в позиции «один против всех», сражая наповал коллег своими безапелляционными высказываниями. Одуванчик, будучи самым видным спорщиком, смело выступал вперед, заслоняя собой менее весомого, но от этого не менее эффективного Светлого. А Рыжий, как отменный снайпер, бродя за спинами коллег, изредка, но к месту точно постреливал зубодробительными сентенциями, покрепче затягивая очередной узел спора на шее истины.
— Бабы — это зло! — Сухой подвел итог очередной научной дискуссии и умчался обхаживать очередного постояльца адского двора.
— Все спорите, — грустно сказала Феечка и стала возле стойки в задумчивости, обнимая папочку в нежно-рыжем переплете.
— Ты чего скисла, муха? — спросил у нее Рыжий, — косяк какой или настроение меланхолическое?
— Нет, нет, ничего! — пространно ответила Феечка, глядя отрешенным взглядом куда-то вдаль.
— Что-то пошло не так? — продолжал допытываться Рыжий.
— Нет, все так! Все замечательно! Ты — просто молодец! У меня все получилось, как ты сказал. Спасибо тебе!
— По какому поводу траур? — не унимался Рыжий.
— Не траур, — замялась с ответом Феечка, — просто… — Просто?! — подгонял ее нетерпеливый Рыжий.
— Просто…, я не знаю, когда ее срок… — наконец решилась сказать Феечка.
— Тю ты, дурилика! — усмехнулся Рыжий, — тоже мне вопрос! Прочитай!
— Какая интересная сказка, — с удивлением сказала Даша, — странная, не похожая на другие, но от этого еще более интересная!
— Правда? — осторожно спросила Феечка, предусмотрительно втянув голову в плечи, словно бы ожидая разгромной критики.
— Правда! — подтвердила миленькая девочка с рыженькими косичками, полными самоцветов, — только жаль, что принца не было. Обычно в сказках принцы бывают, а в твоей сказке не было.
— Без мужика! — с грустью пробубнила себе под нос Феечка.
И обе замолчали, задумавшись. Каждая о своем.
Даша сидела и думала о чем-то очень серьезном. О чем-то совсем не детском, о чем не принято думать девятилетним девочкам.
— А кто за мной придет? — внезапно спросила она у Растеряшки.
Дашин вопрос мигом вывел Растеряшку из состояния задумчивости. Глядя на девочку то ли с жалостью, то ли с испугом, Растеряшка переспросила:
— За тобой?
— Да, за мной, — подтвердила Даша, — кто за мной придет?
— Девочка моя, — Растеряшка мило улыбнулась, — я думаю, об этом пока рано думать. У тебя впереди еще… — Сколько? — перебила свою подружку по сну Даша, — сколько?!
— Я не знаю, — растерянно ответила Феечка, — нет, я правда не знаю!
— А может мне остался месяц? Или неделя?! Или вообще день?! — испуганно, быстро и немного сбивчиво стала говорить Даша, — а вдруг…, а вдруг…, а вдруг прямо сейчас?! Ты ведь не знаешь! Ты ведь правда не знаешь! Вдруг сейчас, прямо сейчас?!
Феечка быстро обняла Дашу. Крепко-крепко!
— Девочка моя! — едва сдерживая слезы, стала она говорить Даше:
— Не сейчас, нет! Ни через неделю и ни через месяц! Это произойдет намного, намного позже!
— Но ты ведь не знаешь!
— Да, я не знаю, — не отпуская ни на секунду свою ненаглядную девочку, говорила Растеряшка, — не знаю. Но я твердо знаю, что у тебя впереди долгая, счастливая жизнь! Ты вырастешь, выучишься, встретишь принца… — Принца? — улыбнулась Даша.
— Да, да! Ты обязательно встретишь своего принца! Все принцессы встречают своих принцев! И он будет таким же, как ты, миленьким и рыженьким!
— Я предпочитаю блондинов, милочка! — кокетливо заметила Даша, рассмешив Растеряшку.
— Хорошо! — сквозь смех согласилась Растеряшка, — пусть будет блондин. У вас будет много детей: девочек и мальчиков. Вы построите свой собственный дворец и будете там жить долго-долго и счастливо-счастливо! А потом… — А что будем потом, — не по возрасту благоразумно заметила Даша, — сейчас это, пожалуй, не важно.
— Не важно, моя милая! Не важно! — сдерживая слезы, согласилась Растеряшка, — и это будем потом. Не сейчас! Ни через неделю и ни через месяц! Даже не через двадцать лет! Потом!
Даша посмотрела Растеряшке прямо в глаза своим удивительным, полным надежды взглядом и очень-очень искренне, обнажив невинную душу, тихо спросила:
— Обещаешь?!
— Обещаю! — сорвалась Феечка и еще один самоцвет удивительной красоты засиял в рыженькой прическе маленькой, но мудрой не по годам девочки.
По возвращению в Канцелярию Феечку ждал очередной научный спор умудренных опытом мужей. Коллеги живо обсуждали животрепещущий вопрос, как искусные скульпторы, в жарком споре отсекая все лишнее от изваяния истины. Как всегда. Чесали языки в надежде весело провести минуты безделья.
Сухой по своему обычаю отчаянно рубился в позиции «один против всех», сражая наповал коллег своими безапелляционными высказываниями. Одуванчик, будучи самым видным спорщиком, смело выступал вперед, заслоняя собой менее весомого, но от этого не менее эффективного Светлого. А Рыжий, как отменный снайпер, бродя за спинами коллег, изредка, но к месту точно постреливал зубодробительными сентенциями, покрепче затягивая очередной узел спора на шее истины.
— Бабы — это зло! — Сухой подвел итог очередной научной дискуссии и умчался обхаживать очередного постояльца адского двора.
— Все спорите, — грустно сказала Феечка и стала возле стойки в задумчивости, обнимая папочку в нежно-рыжем переплете.
— Ты чего скисла, муха? — спросил у нее Рыжий, — косяк какой или настроение меланхолическое?
— Нет, нет, ничего! — пространно ответила Феечка, глядя отрешенным взглядом куда-то вдаль.
— Что-то пошло не так? — продолжал допытываться Рыжий.
— Нет, все так! Все замечательно! Ты — просто молодец! У меня все получилось, как ты сказал. Спасибо тебе!
— По какому поводу траур? — не унимался Рыжий.
— Не траур, — замялась с ответом Феечка, — просто… — Просто?! — подгонял ее нетерпеливый Рыжий.
— Просто…, я не знаю, когда ее срок… — наконец решилась сказать Феечка.
— Тю ты, дурилика! — усмехнулся Рыжий, — тоже мне вопрос! Прочитай!
Страница 69 из 107
