Имеющий уши да услышит. Имеющий глаза да увидит… Благословенна торговая Бухара, начинающая свой день ранним летним утром, пока жар, пыль и солнце не разогнали покупателей.
Добавить в моё избранное
5 мин, 5 сек 16854
Через те цветы и речи старухи! Притворяется Алмауз-кампыр нищей старушкой, ходит по базарам, по дворам, просит милостыню на дорога, скрюченная люлли-цыганка. Один бир сум! Один бир сум!! Один бир сум!
И за добро, за привет говорит своим змеиным языком мерзкое слово. Скорпионом-гюрзой, шипом — языком ядовитым грызет и грызет это слово слабого человека. Сжимает и сжирает его печень и сердце, черноту и дурноту оставляя, страх насаждая, грозя кругом ударами, радости лишая, раздражает жилы, мозг, кружит-ведет кровь кипящую по дороге в благословенную Бухару,-рай ремесленников и торговцев.
Целую зиму задумывается замороченный человек, адрес выспрашивает, на бумажке выгоду прикидывает.
Пришел к Музаффару и не только родню или друга угробил, но и себя разрушил. Сразит его страх содеянного. Память жить не даст и перейдет частица такой жизни старику Музаффару и Алмауз -кампыр. Рассказывают, так и тысяча лет им нипочем и вторую прожить можно и третью… Дойдет Музаффар до Хызровой черной могилы и начнет ножом ее копать. Родит та могила страшно -могучий кристалл.
Если даже через крошечный обломок этого кристалла посмотреть на человека видно через него узор для шелка.
ХАН-АТЛАС … БЕКАСАМ… ШОЙИ… Какой человек такая и ткань: бекасам для мужчин хан -атлас и для мужчин и для женщин.
Узор у каждого, как жизнь свой. Собственно это и есть жизнь человека.
Добавит доброго снадобья и яркой краски усто в узор и здоровым да удачливым будет человек.
Уберет того-другого цвета, добавит третьего куда не надо: вот и и жизнь и здоровье прахом идут. Дети болеют и умирают. Денег нет, рабский труд один. Из нищеты не выбивается человек.
Врачи научные болезни ищут, лекарствами дорогими пичкают.
А хан -атлас лежит -переливается, яркой радугой хозяина к себе манит, одень да одень любимый халат или платье.
Просто как! Если заползет мысль жаркая к вам в голову, сдавит мозг, что дрожать -не жить, напрочь все желания, кроме одного, отобьет, приезжайте в Бухару… Мимо памятника Ходжи Насретдину, мимо сухого дерева у большого хауза, мимо лавочек, где предлагают честный товар — прямо в лавку за джинн-кийим.
Когда совесть уже совсем потеряли…
И за добро, за привет говорит своим змеиным языком мерзкое слово. Скорпионом-гюрзой, шипом — языком ядовитым грызет и грызет это слово слабого человека. Сжимает и сжирает его печень и сердце, черноту и дурноту оставляя, страх насаждая, грозя кругом ударами, радости лишая, раздражает жилы, мозг, кружит-ведет кровь кипящую по дороге в благословенную Бухару,-рай ремесленников и торговцев.
Целую зиму задумывается замороченный человек, адрес выспрашивает, на бумажке выгоду прикидывает.
Пришел к Музаффару и не только родню или друга угробил, но и себя разрушил. Сразит его страх содеянного. Память жить не даст и перейдет частица такой жизни старику Музаффару и Алмауз -кампыр. Рассказывают, так и тысяча лет им нипочем и вторую прожить можно и третью… Дойдет Музаффар до Хызровой черной могилы и начнет ножом ее копать. Родит та могила страшно -могучий кристалл.
Если даже через крошечный обломок этого кристалла посмотреть на человека видно через него узор для шелка.
ХАН-АТЛАС … БЕКАСАМ… ШОЙИ… Какой человек такая и ткань: бекасам для мужчин хан -атлас и для мужчин и для женщин.
Узор у каждого, как жизнь свой. Собственно это и есть жизнь человека.
Добавит доброго снадобья и яркой краски усто в узор и здоровым да удачливым будет человек.
Уберет того-другого цвета, добавит третьего куда не надо: вот и и жизнь и здоровье прахом идут. Дети болеют и умирают. Денег нет, рабский труд один. Из нищеты не выбивается человек.
Врачи научные болезни ищут, лекарствами дорогими пичкают.
А хан -атлас лежит -переливается, яркой радугой хозяина к себе манит, одень да одень любимый халат или платье.
Просто как! Если заползет мысль жаркая к вам в голову, сдавит мозг, что дрожать -не жить, напрочь все желания, кроме одного, отобьет, приезжайте в Бухару… Мимо памятника Ходжи Насретдину, мимо сухого дерева у большого хауза, мимо лавочек, где предлагают честный товар — прямо в лавку за джинн-кийим.
Когда совесть уже совсем потеряли…
Страница 2 из 2
