— Суки, твари — рычал сквозь зубы Негтем Джюк, глядя на стереоэкран — Фашня недобитая!
Добавить в моё избранное
6 мин, 6 сек 10611
Настроение, поднявшееся после вчерашнего успешно проведённого митинга, было вновь испоганено. А ведь как здорово выступили! Сперва он толкнул зажигательную речь о произволах режима. Потом двух активисток Союза, размахивавших плакатами с весьма революционными слоганами, полицаи сдуру потащили в машину, чтоб отвезти в участок. Не понимая, что этим сыграли на руку митингующим — стоявший наготове журналист, симпатизирующий Союзу, тут же сделал множество «горячих» снимков, затем в дружественной газете вышла статья о произволе полицейщины, напавшей на мирных манифестантов, что не побоялись выступать за великие идеалы свободы. Союз вновь прогремел на всю Республику, да и рейтинг популярности самого Негтема подскочил сразу на десяток баллов. Вдобавок, на недавно созданом сайте для анонимного слива компромата он разместил статейку, крайне неудобную для одного политического деятеля, за что один крупный воротила отблагодарил его солидным гонораром в конверте. Но сегодня радость триумфа немного подпортили.
— Фашистская гнида — снова прорычал Джюк, читая свежую статью на самом крупном новостном портале. Ублюдок Клиг Варгас, журналистская шавка из числа сторонников неогуманистов, тиснул пасквиль, тоже посвящённый вчерашнему митингу. В ней этот шакал с желчной иронией раскритиковал тезисы его речи на митинге. И самым неприятным было то, что этот гад умело ударил по слабым местам идеологической платформы их движения. Аргументы Клига можно было попробовать обсмеять или ответить каким-нибудь демагогическим трюком, но опровергнуть именно их суть было нечем.
Особо ехидно Варгас прошёлся по предложению дать национальным окраинам Республики и этническим меньшинствам привилегированный статус для сохранения их культур и лучшей защиты от возможных проявлений шовинизма стержневой нации. Поганый неогуманист всё вывернул так, что фашистами и шовинистами выставил самих деятелей Либерального Союза.
— Чего ещё ждать от потомка захватчиков? — прошипел Джюк, сам происходивший из некогда мелкого княжества, несколько сотен лет назад силой присоединённого к тогдашнему Великому Дорианскому герцогству — «Стержневая нация», будь она проклята!
Кроме того, Варгас припомнил и пару высказываний, сгоряча слетевших с языка в какой-то старой дискуссии и ныне не способствовавших имиджу. А ещё он привёл слова Вирта Элмера, лидера местного отделения движения «Традиция», осудившего поведение задержанных активисток. Злило даже не осуждение, а то что идейной гнилью неогуманистов заражается всё больше людей. Сколько же вокруг моральных уродов! Вот в соседней Энтии до недавних пор был порядок — за одно подозрение, что человек имеет нетолерантные взгляды, его показательно давили всеми доступными государству способами. Пока ублюдки-неогуманисты не устроили переворот. А здесь, в Дорианской республике они под лозунгами демократии и прав человека насаждают натуральный фашизм! И стоило ли когда-то давно давить гидру Ландштайна, если эта зараза распространилась на победителей? Твари, поубивал бы их всех!
Негтем Джюк ненавидел этих тварей, гнусных существ, выступавших против истин свободы и прав угнетённых, умело подводящие идейную базу под попрание прав человека и притеснение своболюбивых народов Дорианской республики. Их лозунги и мысли — зло в чистом виде! Суки!
Вспомнился недавний разговор с одним коллегой по прежней работе, когда они на досуге сидели за бутылью тевийского вина.
— Гляжу я на всякий политизированный люд, полжизни яростно грызущийся в сети или на страницах изданий, причём часто из-за вещей столетней давности или случившихся где-то у чёрта на куличках — и диву даюсь — говорил его приятель — У вас какой-то запредельный накал ненависти. Вы готовы убить оппонента, дай вам такую возможность — только за то что он имеет другие взгляды на политику государства, исторические события или вопрос собственности. Хотя этот человек вам лично никак не навредил, но вы его ненавидите как злейшего врага.
— Ты ничего не понимаешь! — огрызнулся тогда Джюк — Таким как ты всё по барабану, кроме бытовой повседневщины или развлекалочек. У тебя в жизни только семья, работа да пиво по выходным. Ты не знаешь, что значит бороться за идею.
— Видимо нет — не стал спорить приятель — И глядя на вас, не особенно и хочется.
— Да, ты был прав! — громко произнёс Джюк, вспоминая тот разговор — Я реально хочу перегрызть глотки этой дряни. Подонки, недостойные считаться людьми! Поубивал бы их всех, дай мне возможность!
Неожиданно он непонятным образом почувствовал, что за спиной сейчас что-то произойдет. Обернувшись, Джюк увидел, как в воздухе посреди комнаты внезапно заклубился дым и в следующий миг из него выступил странного вида человек. Неизвестный был укутан в старинного вида плащ, аскетичное лицо украшала короткая бородка клинышком. Память рождала ассоциации с персонажем какой-то старой книги.
— Кто вы?! — испуганно закричал Джюк, вскакивая с места.
— Фашистская гнида — снова прорычал Джюк, читая свежую статью на самом крупном новостном портале. Ублюдок Клиг Варгас, журналистская шавка из числа сторонников неогуманистов, тиснул пасквиль, тоже посвящённый вчерашнему митингу. В ней этот шакал с желчной иронией раскритиковал тезисы его речи на митинге. И самым неприятным было то, что этот гад умело ударил по слабым местам идеологической платформы их движения. Аргументы Клига можно было попробовать обсмеять или ответить каким-нибудь демагогическим трюком, но опровергнуть именно их суть было нечем.
Особо ехидно Варгас прошёлся по предложению дать национальным окраинам Республики и этническим меньшинствам привилегированный статус для сохранения их культур и лучшей защиты от возможных проявлений шовинизма стержневой нации. Поганый неогуманист всё вывернул так, что фашистами и шовинистами выставил самих деятелей Либерального Союза.
— Чего ещё ждать от потомка захватчиков? — прошипел Джюк, сам происходивший из некогда мелкого княжества, несколько сотен лет назад силой присоединённого к тогдашнему Великому Дорианскому герцогству — «Стержневая нация», будь она проклята!
Кроме того, Варгас припомнил и пару высказываний, сгоряча слетевших с языка в какой-то старой дискуссии и ныне не способствовавших имиджу. А ещё он привёл слова Вирта Элмера, лидера местного отделения движения «Традиция», осудившего поведение задержанных активисток. Злило даже не осуждение, а то что идейной гнилью неогуманистов заражается всё больше людей. Сколько же вокруг моральных уродов! Вот в соседней Энтии до недавних пор был порядок — за одно подозрение, что человек имеет нетолерантные взгляды, его показательно давили всеми доступными государству способами. Пока ублюдки-неогуманисты не устроили переворот. А здесь, в Дорианской республике они под лозунгами демократии и прав человека насаждают натуральный фашизм! И стоило ли когда-то давно давить гидру Ландштайна, если эта зараза распространилась на победителей? Твари, поубивал бы их всех!
Негтем Джюк ненавидел этих тварей, гнусных существ, выступавших против истин свободы и прав угнетённых, умело подводящие идейную базу под попрание прав человека и притеснение своболюбивых народов Дорианской республики. Их лозунги и мысли — зло в чистом виде! Суки!
Вспомнился недавний разговор с одним коллегой по прежней работе, когда они на досуге сидели за бутылью тевийского вина.
— Гляжу я на всякий политизированный люд, полжизни яростно грызущийся в сети или на страницах изданий, причём часто из-за вещей столетней давности или случившихся где-то у чёрта на куличках — и диву даюсь — говорил его приятель — У вас какой-то запредельный накал ненависти. Вы готовы убить оппонента, дай вам такую возможность — только за то что он имеет другие взгляды на политику государства, исторические события или вопрос собственности. Хотя этот человек вам лично никак не навредил, но вы его ненавидите как злейшего врага.
— Ты ничего не понимаешь! — огрызнулся тогда Джюк — Таким как ты всё по барабану, кроме бытовой повседневщины или развлекалочек. У тебя в жизни только семья, работа да пиво по выходным. Ты не знаешь, что значит бороться за идею.
— Видимо нет — не стал спорить приятель — И глядя на вас, не особенно и хочется.
— Да, ты был прав! — громко произнёс Джюк, вспоминая тот разговор — Я реально хочу перегрызть глотки этой дряни. Подонки, недостойные считаться людьми! Поубивал бы их всех, дай мне возможность!
Неожиданно он непонятным образом почувствовал, что за спиной сейчас что-то произойдет. Обернувшись, Джюк увидел, как в воздухе посреди комнаты внезапно заклубился дым и в следующий миг из него выступил странного вида человек. Неизвестный был укутан в старинного вида плащ, аскетичное лицо украшала короткая бородка клинышком. Память рождала ассоциации с персонажем какой-то старой книги.
— Кто вы?! — испуганно закричал Джюк, вскакивая с места.
Страница 1 из 2
