Записи вампирского характера

— Ты похищал девушек? Да они же считают тебя дьяволом!

— Боюсь, они правы, — Влад стал теснить меня из комнаты, закрыв за собой дверь, когда мы оказались в коридоре.

— Но ты же не веришь?

— Не знаю, — честно призналась я.

— Не могу понять, зачем тебе все это. Ты просто маньяк?

— Просто маньяк, — расхохотался он в голос.

— Милая формулировка. Чему вас только учат в университетах. Я действительно думал, что ты сообразительнее. Неужели недооценил уровень опасности?

Мы вновь сидели в гостиной. Я осторожно потягивала кофе, боясь, что хозяин дома подсыпал мне что-нибудь, как и Вячеславе. Но напиток был на удивление ароматным, прогоняя усталость, успевшую скопиться за эту тяжелую ночь.

— Они все мертвы? — кивнула я на картину.

— Все, кого ты изобразил?

— Да, — спокойно ответил Влад, удобно устроившись в своем кресле.

— Это тебе пугает?

— Пожалуй, — созналась я.

— Оставшиеся тоже умрут?

— Верно. Кажется, мы нашли общий язык.

— Вряд ли. Зачем тебе это? Какое-то психическое расстройство?

— Скорее физическое, — усмехнулся своим мыслям мужчина.

— Я то, что вы обычно называете «вампиром».

Я рассмеялась ему в лицо. Дурацкий сон. Нет, это не сон. Просто мне довелось встретиться лицом к лицу с очень больным человеком, возомнившим себя вампиром и истребившим почти все население поселка. Все было очень плохо.

— Нет, все не так плохо, — разорвал молчание Влад, явно довольный произведенным эффектом.

— Я сказала это вслух? — не хотелось мне верить в происходящее.

— Нет. Ты слишком громко думаешь. И пока у тебя не началась истерика, давай заключим договор. Я удовлетворяю твое журналистское любопытство, а ты замнешь эту историю с «Тихой Поляной».

— Иначе?

— Иначе ты тоже станешь всего лишь частью истории. Мне не составит труда заставить тебя замолчать. Правда мне пока не хочется заходить так далеко в нашем общении.

— Отчего такая щедрость?

— Не люблю афишировать свое существование. Увы, ты потревожила осиное гнездо. Если люди обратят внимание на это богом забытое место, слухи сделают свое дело. Ты же понимаешь, что наш враг это недостаток информации. Так ты согласна?

— И я выйду отсюда живой? — на всякий случай решила уточнить я.

— Конечно. У тебя есть мое слово. Я же не позволил им добраться до тебя в том клубе.

— Там убили троих, — прошептала я, пытаясь понять, что это значит.

— Ты был там?

— Решил понять, что ты из себя представляешь. И как видишь, мне понравилось то, что я увидел. Настолько, что ты до сих пор жива. А теперь мы просто поговорим, а после ты сможешь уйти отсюда, но при этом больше никогда не вспомнишь и не упомянешь то, что я тебе расскажу. Запомни, никогда.

Я кивнула, думая лишь о том, как смогу уйти отсюда. Что-то подсказывало мне, что я висела на волоске от смерти. Внешность была обманчива. Как же это верно. Ведь за внешней привлекательностью Влада скрывалась черная душа, способная уничтожить любого. Мне оставалось лишь дожить до утра.

— Ты все еще мне не веришь, — расстроено произнес мужчина.

— Нет, что ты. Я верю тебе. Тем более, у меня нет других вариантов. Я согласна на сделку.

— Я не о сделке. Ты не веришь, что я не такой как ты.

— Уж поверь, — изобразила я подобие улыбки, — в это я могу поверить с легкостью. Ты действительно другой.

— Но даже твое сознание не способно улавливать иные вещи. Но тебе придется их принять и понять, почему им лучше оставаться тайной. Начнем с самого сложного. Я действительно вампир.

— Ладно, — кивнула я, решив соглашаться со всем, лишь бы не злить его и остаться в живых.

— Какие доказательства тебе нужны?

— Никаких, — тут же ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Все и так понятно. Я вам верю.

— Моя наивная девочка, — сладко произнес нараспев Влад.

— Ты так и не смеешь признать во мне бессмертного. Как же так? Ты пишешь на эту тему, но на самом деле закрыта для всего очевидного. Такой уникальный шанс, а ты зациклилась на том, что может быть, а чего нет. Где же твоя журналистская жилка.

— Чего вы от меня хотите?

— С каких пор мы на «Вы»? Если это намек на мой возраст, то не стоит. Мне нравилось наше неформальное общение. Раз ты столь зажата, давай проведем интервью. Ты задаешь интересующие тебя вопросы, чтобы прояснить ситуацию, я честно отвечаю. Затем мы все весело смеемся над стечением обстоятельств и забываем обо всем. И ты никогда больше не вспоминаешь о «Тихой Поляне» и вычеркиваешь любые строчки о ней в своем исследовании. Идет?

Я лишь кивнула, все еще пребывая в шоке от происходящего. Но вариант в таких случаях был только один — следовать указаниям и молиться, что наш договор будет в силе, когда дело дойдет до завершающей фазы.