В сглаз, порчу, ведьм и прочую нечисть я твердо не верила до двадцати восьми лет. Пока к нам в отдел не пришла работать женщина одна, совершенно безобидная на вид. Даже милой ее можно было назвать, правда, с натяжкой…
Добавить в моё избранное
8 мин, 9 сек 9702
Проработала она у нас год. За этот период на каждую из нас, четырех сотрудниц одного отдела, сыпались проблемы, одна хуже другой. Помимо того, что наш банк чуть не обанкротился и все мы финансово немного пострадали, так еще и у начальницы брат-наркоман повесился, у Леонидовны сын в аварии сильно разбился, у Ленкиной мамы обнаружили запущенный рак кишечника и не гарантировали, что она выживет. В общем, по очереди всем отделом плакали. И все это в сопровождении дополнительных мелких неудач вроде разбитых любимых чашек или порванных кофточек, которым наша новая сотрудница успевала сделать комплимент.
Конечно, моя бабушка, которая выросла в глухой деревне, много рассказывала всяких фольклорных баек, но я списывала ее россказни на параноидальную шизофрению, которой она страдала. Тем не менее, по всем канонам бабушкиных рассказов, наша новоприбывшая тянула на титулованную ведьму — судя по лавине бед, которые происходили с окружавшими ее людьми.
На вопрос о причине увольнения с прошлой работы она отвечала, что там сменился начальник, который захотел видеть перед собой не «старую шмагу», как она себя назвала, а двух молодых двадцатипятилетних красоток, которых он взял на ее место. Это было бы правдой, если бы я волей случая на одном официальном мероприятии не встретила женщину, которая как раз заняла ее место на прошлой работе. Была она не двадцатипятилетней красоткой, а «шмагой» постарше нашей. О том, почему уволили ее предшественницу, она помялась и ответила так:«За то, что она приносит одни несчастья. Наш новый начальник — латиноамериканец, он в эти дела верит. Как только увидел ее, начал свой амулетик теребить и шептать — бруха, мол, бруха она, срочно уволить!». Вот и уволили ее (официально — за опоздания), а на работу он не вышел до тех пор, пока она из кабинета все свои вещи не забрала. И даже обряд очищения провел, как это у коренных индейцев принято. Его подчиненные уже приготовились психушку вызывать, если что, — а он оказался нормальным человеком, после его появления их контора просто расцвела. (После его прихода или ее ухода? — подумалось мне).
Вскоре наша новая сотрудница сама подтвердила то, что приносит с собой беды и умеет глазить и портить все, что находится перед ее глазами, когда рассказала нам за чаем, что ее бабушка была настоящей колдуньей: ее вся деревня боялась, и наводила она порчу и сглаз одним своим взглядом, и шептать не надо было. Зарабатывала она себе этим «даром» на жизнь, причем неплохую прибыль со своего ремесла имела. А когда умирала, то дверь и оконные ставни«запечатались», и несколько часов, пока она там зверским голосом выла и в доме грохот стоял неимоверный, люди не могли в ее дом войти. Не могли открыть двери и окна, и все, — уже хотели крышу разбирать. А когда звуки стихли, двери легко открыли и увидели, что вся мебель перевернута, а ведьма в мучительной позе застыла между стеной и дубовым шкафом, который потом четверо крепких мужиков еле-еле на место поставили. Как же она этот шкаф сама могла сдвинуть?… Мы, конечно же, спросили, почему эту бабушку так крючило, на что новая сотрудница ответила: «Это черти за ней пришли, вот и гоняли по всей избе, пока душу из нее не вытрясли и с собой не забрали. А если бы бабка умная была, то, чтобы умереть спокойно, должна была заранее найти преемницу и передать ей свой дар. Жаль, меня рядом не оказалось: сейчас бы ворожбой прирабатывала, а не с вами тут чай пила. Мне от бабушки по генам только часть ее дара досталась». Неудивительно, что после этого чаепития у нас по очереди понос случился. Кроме нее, конечно.
Потом у меня начались маленькие беды: как-то раз я принесла в офис фотографию своего ребенка, а она, взяв ее в руки, вдруг говорит: «Ой, а квартирка у вас ничего: бедненько, но со вкусом. Особенно люстрочка мне нравится!». Я улыбнулась: я всегда улыбаюсь, даже если мне нехорошие вещи говорят, — просто мне так легче, когда я улыбаюсь. (Как потом я узнала, лучший способ не допустить порчи или сглаза — не «фигу» крутить в кармане, и искреннее улыбнуться недругу в лицо, и тогда его негатив ему же достанется).
Вернулась я в тот день домой, а в комнате, фотографию которой наша злонамеренная сотрудница рассматривала, стоит запах серы. Прямо как в средневековых трактатах: перед появлением дьявола всегда сначала серой пахнет. Ну, я обнюхала все, что можно. Пришел муж, тоже начал нюхать розетки, телевизор, компьютер, стены, где залегает проводка — ничего! А запах посреди комнаты усиливается, и что с ним делать — непонятно! И тут вдруг та самая понравившаяся сотруднице «люстрочка» как грохнет! Взорвалась прямо-таки, у самого основания, и весь наш беленький только что отремонтированный потолок покрылся разводами черной копоти! Я стояла у выключателя — моментально вырубила электричество, а муж начал скакать от неожиданности и орать«это нас сглазили, сглазили»! Позже я спрашивала, с чего он это взял, а он заявил, что вообще не помнит, чтобы он эти дурацкие слова произносил, и что я все выдумываю.
Конечно, моя бабушка, которая выросла в глухой деревне, много рассказывала всяких фольклорных баек, но я списывала ее россказни на параноидальную шизофрению, которой она страдала. Тем не менее, по всем канонам бабушкиных рассказов, наша новоприбывшая тянула на титулованную ведьму — судя по лавине бед, которые происходили с окружавшими ее людьми.
На вопрос о причине увольнения с прошлой работы она отвечала, что там сменился начальник, который захотел видеть перед собой не «старую шмагу», как она себя назвала, а двух молодых двадцатипятилетних красоток, которых он взял на ее место. Это было бы правдой, если бы я волей случая на одном официальном мероприятии не встретила женщину, которая как раз заняла ее место на прошлой работе. Была она не двадцатипятилетней красоткой, а «шмагой» постарше нашей. О том, почему уволили ее предшественницу, она помялась и ответила так:«За то, что она приносит одни несчастья. Наш новый начальник — латиноамериканец, он в эти дела верит. Как только увидел ее, начал свой амулетик теребить и шептать — бруха, мол, бруха она, срочно уволить!». Вот и уволили ее (официально — за опоздания), а на работу он не вышел до тех пор, пока она из кабинета все свои вещи не забрала. И даже обряд очищения провел, как это у коренных индейцев принято. Его подчиненные уже приготовились психушку вызывать, если что, — а он оказался нормальным человеком, после его появления их контора просто расцвела. (После его прихода или ее ухода? — подумалось мне).
Вскоре наша новая сотрудница сама подтвердила то, что приносит с собой беды и умеет глазить и портить все, что находится перед ее глазами, когда рассказала нам за чаем, что ее бабушка была настоящей колдуньей: ее вся деревня боялась, и наводила она порчу и сглаз одним своим взглядом, и шептать не надо было. Зарабатывала она себе этим «даром» на жизнь, причем неплохую прибыль со своего ремесла имела. А когда умирала, то дверь и оконные ставни«запечатались», и несколько часов, пока она там зверским голосом выла и в доме грохот стоял неимоверный, люди не могли в ее дом войти. Не могли открыть двери и окна, и все, — уже хотели крышу разбирать. А когда звуки стихли, двери легко открыли и увидели, что вся мебель перевернута, а ведьма в мучительной позе застыла между стеной и дубовым шкафом, который потом четверо крепких мужиков еле-еле на место поставили. Как же она этот шкаф сама могла сдвинуть?… Мы, конечно же, спросили, почему эту бабушку так крючило, на что новая сотрудница ответила: «Это черти за ней пришли, вот и гоняли по всей избе, пока душу из нее не вытрясли и с собой не забрали. А если бы бабка умная была, то, чтобы умереть спокойно, должна была заранее найти преемницу и передать ей свой дар. Жаль, меня рядом не оказалось: сейчас бы ворожбой прирабатывала, а не с вами тут чай пила. Мне от бабушки по генам только часть ее дара досталась». Неудивительно, что после этого чаепития у нас по очереди понос случился. Кроме нее, конечно.
Потом у меня начались маленькие беды: как-то раз я принесла в офис фотографию своего ребенка, а она, взяв ее в руки, вдруг говорит: «Ой, а квартирка у вас ничего: бедненько, но со вкусом. Особенно люстрочка мне нравится!». Я улыбнулась: я всегда улыбаюсь, даже если мне нехорошие вещи говорят, — просто мне так легче, когда я улыбаюсь. (Как потом я узнала, лучший способ не допустить порчи или сглаза — не «фигу» крутить в кармане, и искреннее улыбнуться недругу в лицо, и тогда его негатив ему же достанется).
Вернулась я в тот день домой, а в комнате, фотографию которой наша злонамеренная сотрудница рассматривала, стоит запах серы. Прямо как в средневековых трактатах: перед появлением дьявола всегда сначала серой пахнет. Ну, я обнюхала все, что можно. Пришел муж, тоже начал нюхать розетки, телевизор, компьютер, стены, где залегает проводка — ничего! А запах посреди комнаты усиливается, и что с ним делать — непонятно! И тут вдруг та самая понравившаяся сотруднице «люстрочка» как грохнет! Взорвалась прямо-таки, у самого основания, и весь наш беленький только что отремонтированный потолок покрылся разводами черной копоти! Я стояла у выключателя — моментально вырубила электричество, а муж начал скакать от неожиданности и орать«это нас сглазили, сглазили»! Позже я спрашивала, с чего он это взял, а он заявил, что вообще не помнит, чтобы он эти дурацкие слова произносил, и что я все выдумываю.
Страница 1 из 3
