Сухов лежал на диване, шевелил густые кустистые брови и с отвращением наблюдал нелепые потуги тощего гнусавого мужика рассмешить его, Люську и Кузьмича с экрана телевизора. Жена, впрочем, улыбалась и изредка глупо хихикала. Кузьмич молча пил водку, заедая ее холодцом. На телевизор он не смотрел и после каждой рюмки поглядывал на Люськин бюст, изрядно видный в глубоком вырезе халата.
Добавить в моё избранное
1 мин, 30 сек 12475
— Мне этой ночью говно приснилось, — Сухов вздохнул и потянулся за сигаретой.
— Зря сказал, — жена отвернулась от телевизора, — теперь не сбудется.
— Приметы обратной силы не имеют. Если уж приснилось дерьмо, где-то должно проклюнуться, — возразил Сухов, закуривая.
Кузьмич наполнил рюмку, быстро опрокинул ее в себя и так посмотрел на раскрасневшуюся Люську, что Сухову захотелось сильно ударить кулаком в упитанную бритую рожу. Он жадно затянулся.
— Тогда Абрамович посадил их в самолет и привез в тундру, — заявил юморист с экрана, и Люська, откинувшись в кресле, громко засмеялась, отчего халатик еще более раскрылся и стал виден туго натянутый белый лифчик.
— Это он про футболистов? — спросил Кузьмич чужим голосом и облизнул толстые губы.
— Ну! — захохотала Люська, — «Челси» — со сборной оленеводов! Накурил-то, накурил! Не продохнуть! — она осуждающе посмотрела на мужа.
Сухов послушно встал с дивана и потянул с собой на балкон Кузьмича:
— Покурим?
Тот с трудом оторвал взгляд от Люськиного бюста и вынул из пачки на столе сигарету. На балконе было прохладно, и чтобы не студить комнаты, Сухов прикрыл дверь.
— Ты куда теперь? — спросил он квартиранта.
— Утром поеду в Ханты-Мансийск за товаром.
— Далеко, — посочувствовал Сухов.
— Далеко, — согласился Кузьмич, — но там за полцены можно взять. Дружбан у меня там. Все схвачено.
— Рано уедешь?
— С рассветом.
— Значит утром не свидимся. Мне в ночь заступать, — соврал Сухов.
Ночью он неслышно открыл смазанный вечером замок и вошел в квартиру. Заглянув в комнату квартиранта и убедившись, что она пуста, Сухов прошел в кухню, взял там нож и прокрался в спальню. Люська увидала его в лунном полумраке, но сделать ничего не успела. Глядя в широко раскрывшиеся глаза жены, он сильно ударил ножом в обнаженную спину Кузьмича. Квартирант коротко крикнул, выгнулся, захрипел и скатился на пол. Люська неотрывно смотрела на нож.
— А ты говоришь, не сбудется, — сказал ей Сухов и, не торопясь, пошел к аккуратно повешенному на спинку стула пиджаку убитого.
— Зря сказал, — жена отвернулась от телевизора, — теперь не сбудется.
— Приметы обратной силы не имеют. Если уж приснилось дерьмо, где-то должно проклюнуться, — возразил Сухов, закуривая.
Кузьмич наполнил рюмку, быстро опрокинул ее в себя и так посмотрел на раскрасневшуюся Люську, что Сухову захотелось сильно ударить кулаком в упитанную бритую рожу. Он жадно затянулся.
— Тогда Абрамович посадил их в самолет и привез в тундру, — заявил юморист с экрана, и Люська, откинувшись в кресле, громко засмеялась, отчего халатик еще более раскрылся и стал виден туго натянутый белый лифчик.
— Это он про футболистов? — спросил Кузьмич чужим голосом и облизнул толстые губы.
— Ну! — захохотала Люська, — «Челси» — со сборной оленеводов! Накурил-то, накурил! Не продохнуть! — она осуждающе посмотрела на мужа.
Сухов послушно встал с дивана и потянул с собой на балкон Кузьмича:
— Покурим?
Тот с трудом оторвал взгляд от Люськиного бюста и вынул из пачки на столе сигарету. На балконе было прохладно, и чтобы не студить комнаты, Сухов прикрыл дверь.
— Ты куда теперь? — спросил он квартиранта.
— Утром поеду в Ханты-Мансийск за товаром.
— Далеко, — посочувствовал Сухов.
— Далеко, — согласился Кузьмич, — но там за полцены можно взять. Дружбан у меня там. Все схвачено.
— Рано уедешь?
— С рассветом.
— Значит утром не свидимся. Мне в ночь заступать, — соврал Сухов.
Ночью он неслышно открыл смазанный вечером замок и вошел в квартиру. Заглянув в комнату квартиранта и убедившись, что она пуста, Сухов прошел в кухню, взял там нож и прокрался в спальню. Люська увидала его в лунном полумраке, но сделать ничего не успела. Глядя в широко раскрывшиеся глаза жены, он сильно ударил ножом в обнаженную спину Кузьмича. Квартирант коротко крикнул, выгнулся, захрипел и скатился на пол. Люська неотрывно смотрела на нож.
— А ты говоришь, не сбудется, — сказал ей Сухов и, не торопясь, пошел к аккуратно повешенному на спинку стула пиджаку убитого.
