Их было пятеро. Две сестры и три брата…
Добавить в моё избранное
9 мин, 29 сек 7992
Сон первый.
Их было пятеро. Две сестры и три брата. Он был самый красивый, самый весёлый, самый добрый и смелый. Многие девушки заглядывались на него с интересом и многие были бы не против выйти за него замуж. А когда он, наконец, женился, грустно вздохнули. Грустно вздохнули не только девушки, но и родственники. Потому как женился он на женщине красотой не блещущей, да и к тому же с ребёнком. Любовь зла и сердцу не прикажешь. Родственники со временем смирились с его выбором. Вот так жили они, поживали и родили ещё одну дочку. Жили как все и вроде бы ничего беды не предвещало. Но однажды поехали они в другой город в гости, и получили родственники страшную телеграмму. «Володя погиб». Не сразу даже дошло, о каком Володе идёт речь, а когда узнали, что он утонул, чувству изумления, примешавшегося к чувству безграничного горя, не было конца.
Как мог утонуть человек, который плавал как рыба?! А он действительно плавал отлично, мог легко переплыть довольно широкую реку. А развлекая ребятишек, ходил по дну реки на руках, помахивая ступнями ног над водой. Очень много людей пришло проводить Владимира в последний путь, он был хороший человек и все любили его. И мы, многочисленные его племянники и племянницы тоже его очень любили.
На девятый день после похорон мне приснился сон:
Я и моя двоюродная сестра пошли прогуляться по лесу. Небо было голубым и светило солнце. Я выросла в этом лесу, и мне лес был знакомым. Неожиданно, перед нами появился широкий, но неглубокий ручей. Вода в нём была светлая и видны камешки, лежащие на дне. Мы в недоумении остановились перед ручьём, ведь его здесь никогда раньше не было. Я предложила сестре снять обувь и перейти ручей вброд, но она отказалась. Сколько я её не уговаривала, она не соглашалась. А мне очень хотелось пойти дальше, меня тянуло на другой берег просто неудержимо. И тогда я разулась и шагнула в ручей. Выйдя на берег, я оглянулась, но сестру не увидела. Решив, что она вернулась домой, я двинулась дальше. Пройдя совсем, как мне показалось немного, я вдруг заметила, что лес очень изменился, он стал будто каким-то неживым, хотя деревья были, как и прежде зелёными. Подняв голову вверх, я не увидела над головой неба, всё было затянуто ветвями деревьев и между ними не было даже крошечного просвета. Вглубь этого странного леса бежала тропинка, и ноги сами понесли меня по ней. У меня не было никакого страха, никакого предчувствия, я просто шла и шла по этой тропинке. Вскоре между кустов показалось какое-то белое здание. Подойдя ближе, я увидела, что у него не было ни единого окна, зато виднелась широко распахнутая дверь. Всё это было конечно странно, но я смело шагнула в открытую дверь. За дверью мне открылась лестница, которая вела куда-то вниз. Я шла и шла по этой лестнице, пока не остановилась ещё перед какой-то дверью. Не успела я протянуть руку, что бы открыть её, как дверь неожиданно распахнулась сама. За дверью стоял Владимир, мой дядя, который был похоронен девять дней назад. Он был одет в просторную рубаху и брюки белого цвета. За его спиной бесшумно передвигались люди, одетые в такую же одежду, в отличие от дяди на их лицах были белые повязки, закрывающие глаза, но, не смотря на это их движения, были совершенно уверенными.
Дядя очень мне обрадовался и стал рассказывать, как он по всем скучает и как бы он хотел быть с нами. А я почему-то совершенно не удивлялась, что вижу его как живого, и мне не было страшно. Я не осознавала, что всё это мне снится, всё было как наяву. Потом он спросил меня, не хочу ли я здесь с ним остаться, я отказалась. Меня мучили два вопроса, которые я наконец решилась ему задать. Несмотря на разницу в возрасте, все его племянники при жизни звали его просто по имени. И я спросила:
— Володя, скажи, пожалуйста, почему у этих людей завязаны глаза? На что он мне ответил, что когда кто-то из близких ему людей спустится сюда и здесь останется, ему тоже завяжут глаза. И ещё один вопрос: Скажи, почему ты утонул, ведь ты так хорошо умеешь плавать? На что он мне чётко ответил — Подвела меня моя правая рука. Я хотела спросить его, что он имел в виду? Но вдруг Володя заторопил меня, сказал, что если я не хочу остаться, то мне нужно уходить. Шагнув к двери, я оглянулась и в последний раз взглянула в его очень грустные глаза.
Быстро поднявшись по лестнице наверх, я вышла из этого странного здания и тут же услышала, как за моей спиной захлопнулась дверь. Задумчиво я двинулась по тропинке в обратную сторону и вскоре оказалась у того самого ручья. Едва успела ступить в воду, как тут же проснулась. Наскоро одевшись, я стала рассказывать свой сон родителям. Затем позвали бабушку, мать Володи, и меня вновь заставили повторить мой сон. И тут бабушка сказала, что когда Володю привезли из другого города и стали готовить к похоронам, то увидели, что вся правая рука у него была синяя. В свидетельстве о смерти, о руке не было сказано. И я об этом ничего не знала.
Их было пятеро. Две сестры и три брата. Он был самый красивый, самый весёлый, самый добрый и смелый. Многие девушки заглядывались на него с интересом и многие были бы не против выйти за него замуж. А когда он, наконец, женился, грустно вздохнули. Грустно вздохнули не только девушки, но и родственники. Потому как женился он на женщине красотой не блещущей, да и к тому же с ребёнком. Любовь зла и сердцу не прикажешь. Родственники со временем смирились с его выбором. Вот так жили они, поживали и родили ещё одну дочку. Жили как все и вроде бы ничего беды не предвещало. Но однажды поехали они в другой город в гости, и получили родственники страшную телеграмму. «Володя погиб». Не сразу даже дошло, о каком Володе идёт речь, а когда узнали, что он утонул, чувству изумления, примешавшегося к чувству безграничного горя, не было конца.
Как мог утонуть человек, который плавал как рыба?! А он действительно плавал отлично, мог легко переплыть довольно широкую реку. А развлекая ребятишек, ходил по дну реки на руках, помахивая ступнями ног над водой. Очень много людей пришло проводить Владимира в последний путь, он был хороший человек и все любили его. И мы, многочисленные его племянники и племянницы тоже его очень любили.
На девятый день после похорон мне приснился сон:
Я и моя двоюродная сестра пошли прогуляться по лесу. Небо было голубым и светило солнце. Я выросла в этом лесу, и мне лес был знакомым. Неожиданно, перед нами появился широкий, но неглубокий ручей. Вода в нём была светлая и видны камешки, лежащие на дне. Мы в недоумении остановились перед ручьём, ведь его здесь никогда раньше не было. Я предложила сестре снять обувь и перейти ручей вброд, но она отказалась. Сколько я её не уговаривала, она не соглашалась. А мне очень хотелось пойти дальше, меня тянуло на другой берег просто неудержимо. И тогда я разулась и шагнула в ручей. Выйдя на берег, я оглянулась, но сестру не увидела. Решив, что она вернулась домой, я двинулась дальше. Пройдя совсем, как мне показалось немного, я вдруг заметила, что лес очень изменился, он стал будто каким-то неживым, хотя деревья были, как и прежде зелёными. Подняв голову вверх, я не увидела над головой неба, всё было затянуто ветвями деревьев и между ними не было даже крошечного просвета. Вглубь этого странного леса бежала тропинка, и ноги сами понесли меня по ней. У меня не было никакого страха, никакого предчувствия, я просто шла и шла по этой тропинке. Вскоре между кустов показалось какое-то белое здание. Подойдя ближе, я увидела, что у него не было ни единого окна, зато виднелась широко распахнутая дверь. Всё это было конечно странно, но я смело шагнула в открытую дверь. За дверью мне открылась лестница, которая вела куда-то вниз. Я шла и шла по этой лестнице, пока не остановилась ещё перед какой-то дверью. Не успела я протянуть руку, что бы открыть её, как дверь неожиданно распахнулась сама. За дверью стоял Владимир, мой дядя, который был похоронен девять дней назад. Он был одет в просторную рубаху и брюки белого цвета. За его спиной бесшумно передвигались люди, одетые в такую же одежду, в отличие от дяди на их лицах были белые повязки, закрывающие глаза, но, не смотря на это их движения, были совершенно уверенными.
Дядя очень мне обрадовался и стал рассказывать, как он по всем скучает и как бы он хотел быть с нами. А я почему-то совершенно не удивлялась, что вижу его как живого, и мне не было страшно. Я не осознавала, что всё это мне снится, всё было как наяву. Потом он спросил меня, не хочу ли я здесь с ним остаться, я отказалась. Меня мучили два вопроса, которые я наконец решилась ему задать. Несмотря на разницу в возрасте, все его племянники при жизни звали его просто по имени. И я спросила:
— Володя, скажи, пожалуйста, почему у этих людей завязаны глаза? На что он мне ответил, что когда кто-то из близких ему людей спустится сюда и здесь останется, ему тоже завяжут глаза. И ещё один вопрос: Скажи, почему ты утонул, ведь ты так хорошо умеешь плавать? На что он мне чётко ответил — Подвела меня моя правая рука. Я хотела спросить его, что он имел в виду? Но вдруг Володя заторопил меня, сказал, что если я не хочу остаться, то мне нужно уходить. Шагнув к двери, я оглянулась и в последний раз взглянула в его очень грустные глаза.
Быстро поднявшись по лестнице наверх, я вышла из этого странного здания и тут же услышала, как за моей спиной захлопнулась дверь. Задумчиво я двинулась по тропинке в обратную сторону и вскоре оказалась у того самого ручья. Едва успела ступить в воду, как тут же проснулась. Наскоро одевшись, я стала рассказывать свой сон родителям. Затем позвали бабушку, мать Володи, и меня вновь заставили повторить мой сон. И тут бабушка сказала, что когда Володю привезли из другого города и стали готовить к похоронам, то увидели, что вся правая рука у него была синяя. В свидетельстве о смерти, о руке не было сказано. И я об этом ничего не знала.
Страница 1 из 3
