Олакрез

— Ладно. Пусть будет Олакрез. Хотя странное имечко. Ну, и как ты здесь оказалась? Загадочная Олакрез, — перешёл я на «ты», обращаясь к незваной гостье.

— Сейчас покажу! — обрадовалась Олакрез.

— Идём.

— И она решительно направилась в прихожую. Я, ничего толком не понимая, отправился вслед за ней.

Олакрез подошла к зеркалу, которое я приобрёл на аукционе, сделала жест руками, будто раздвинула пространство, и из зеркала, непонятно каким образом, опустилась к полу лестница. Девушка ступила на неё и буквально за мгновение оказалась по ту сторону отражающейся поверхности.

Я ошарашенно смотрел на происходящее. Девушка улыбнулась мне из зазеркалья и исчезла.

Я нерешительно подошёл к зеркалу и посмотрел в него. Всё было как обычно. В отражении я увидел свою собственную растерянную физиономию.

Я постучал по стеклу. Звук был глухой. Я не поленился и снял зеркало с гвоздя. Заглянул с обратной стороны. Потрогал стену. Ничего особенного. Ровная стена, никаких лестниц и отверстий. Я повесил зеркало на место и в полной растерянности вернулся в комнату.

Ночью я несколько раз просыпался и выходил в прихожую, оглядываясь по сторонам и периодически заглядывая в зеркало. Но всё было тихо и спокойно. Никаких призраков, а тем более девушек, я не обнаружил.

Утром, уходя на работу, я задержался у зеркала и, глядя на своё отражение, сказал:

— Олакрез, я жду тебя. Приходи!

В редакции я старался ни с кем лишний раз не разговаривать. Мысли мои всё время возвращались к Олакрез. Я не мог нормально работать. Несколько раз подходил Антон, болтал о какой-то чепухе, но я отмалчивался. В какой-то момент он поинтересовался — не болен ли я? Я отмахнулся, сказав, что разве что, немного. Хандра. И он отстал от меня.

Вечером, волнуясь, я открыл дверь своего дома. Прислушался. Пахло пирогами. Я отправился на запах. В кухне, подобрав высоко волосы, хозяйничала Олакрез… Я поздоровался. Она обернулась и улыбнулась. Я был несказанно рад тому, что она вновь здесь.

А потом мы пили чай, и ели вкусный пирог, и болтали о разном. Я рассказал ей о себе, а она — о себе. Я узнал, что она живёт в параллельном нашему мире. Что там тоже есть жизнь. Чем-то похожая на нашу. Только там всегда лето. Там не бывает ни зимы, ни осени, ни весны. Всегда светит солнце, растут разные диковинные растения и небо — синее-синее. И нет там войн, зависти, злобы, болезней… И миром их правит Любовь.

Я слушал её, находясь в каком-то сладостном состоянии, и мне очень захотелось побывать там, в этом удивительном мире без войн и болезней. Я сказал Олакрез об этом. Она задумалась на мгновение, а потом сказала, что чужакам появляться в их мире нельзя. Я спросил:

— А если я стану твоим мужем, я не буду чужаком?

Она засмеялась.

— Нет. Не будешь. Только тогда ты не сможешь жить в своём мире. Ты готов с ним расстаться? Со своим миром?

Я уже был готов согласиться, как зазвонил мой мобильник. Это был Антон. Он взволнованно спросил:

— Эй, дружище! С тобой всё в порядке? Почему ты уже неделю не появляешься на работе?

— Как неделю?! — воскликнул я.

— Я только что пришёл с работы!

— Да нет же! Тебя не было уже неделю! — прокричал Антон.

— Я сейчас зайду к тебе! Я уже у твоего дома!

Я растерянно отложил трубку. Что он такое говорил — я неделю не был на работе?

Олакрез загадочно улыбалась, глядя на меня. Она вновь спросила:

— Ну, так ты готов расстаться со своим миром?

Я уже готов был ответить «да», как в дверь раздался резкий звонок. Когда я открыл дверь, на пороге стоял Антон.

Он буквально ворвался в дом. Я отрешённо глядел на него, а он стал трясти меня за плечи, повторяя:

— Что с тобой происходит? Ну, приди же ты в себя! Ты болен?

Я равнодушно ответил:

— Нет. Я не болен. Я просто собрался жениться.

— На ком?! — воскликнул Антон.

— На Олакрез.

— Кто такая Олакрез?! Ты никогда о ней не рассказывал! Ты болен! — чуть ли ни прокричал Антон.

— Не кричи. Сейчас я тебя с ней познакомлю, — сказал я и отправился в кухню.

В кухне никого не было.

Антон как-то странно рассмеялся, а потом резко спросил:

— Где это дурацкое зеркало, о котором ты мне говорил? Где?!

Я подвёл его к зеркалу.

— Вот оно. Только я не понимаю — при чём здесь зеркало и моя женитьба на Олакрез?

— Да при том! — прокричал Антон.

— Очнись! Твоя Олакрез и зеркало — это одно и то же!

Он схватил лист бумаги и размашисто написал на нём — ОЛАКРЕЗ. Потом поднёс лист к зеркалу и потребовал:

— Читай! Читай, что ты видишь в отражении?

Я прочёл — ЗЕРКАЛО.

Я в растерянности посмотрел на друга. Он по-хозяйски снял зеркало с гвоздя, поинтересовался при этом, не слишком ли дорого я за него заплатил?