Олакрез

— Ты чего, как с цепи сорвался? Я просто пришёл узнать — всё ли у тебя в порядке? Отпуск этот неожиданный. Мне ничего не сказал. Прихожу. А тут… Олакрез.

— И что? — с вызовом спросил Антон.

— А ничего! Спёр моё зеркало. И будто так и надо. А я, между прочим, денежки за него на аукционе заплатил!

— Я верну тебе деньги. Сколько? — он вытаращился на меня. И было в этом взгляде что-то пугающее.

Тем не менее, я выдержал этот его безумный взгляд и твёрдо сказал:

— Нисколько. Деньги мне не нужны. Ты вернёшь мне зеркало! Где оно, кстати?

— Нет, — упрямо произнёс Антон.

— Зеркало я тебе не верну. Потому что я сегодня покидаю вместе с Олакрез наш мир. Мы уходим! — с вызовом воскликнул он.

— Я женился на Олакрез и она забирает меня с собой. Это уже решено.

Антон полез в задний карман джинсов и достал оттуда свой паспорт.

— Вот смотри — штамп о браке! Я только что был в ЗАГСе. Вот. Олакрез теперь моя жена! Когда мы уйдём, ты сможешь забрать зеркало. Но не раньше! Слышишь, не раньше!

Я, совершенно обалдевший от услышанного, взял паспорт и взглянул туда, куда указывал Антон. Но там не было никакой отметки о браке. Там, через все страницы красовался штамп с надписью — паспорт недействителен по причине кончины хозяина!

У меня пробежали мурашки по всему телу. До меня внезапно дошло, что может сейчас здесь произойти! Я вырвал паспорт из рук Антона и кинулся в комнату.

Там, в белых одеяниях невесты, стояла у зеркала Олакрез. Она обернулась, и, увидев меня, её милое личико исказила страшная гримаса.

Антон вбежал следом. Он прокричал:

— Олакрез, паспорт у него!

Глаза Олакрез налились кровью, руки стали костлявыми и длинными. Она попыталась вырвать паспорт из моих рук, но я держал его очень крепко, так, что у меня даже побелели пальцы. В этот момент из зеркала стала спускаться лестница. Точно такая же, как и тогда, у меня дома. Зеркало стало светиться голубоватым светом. На какое-то мгновение мне показалось, что это сон, что ещё мгновение, и я проснусь! И этот кошмар кончится! Но нет. Это был не сон. Вначале резко мяукнул кот Васька, соскочив с подоконника, а потом кто-то с силой пихнул меня в спину, да так, что я не устоял на ногах и упал на пол. Это Антон, как оказалось, кинулся на меня. Увидев, что я упал, он бросился на меня с кулаками.

Я прокричал:

— Антон! Что ты творишь!? Опомнись! Ты погибнешь, если уйдёшь с ней!

— Отдай паспорт! — кричал Антон, пытаясь выхватить из моих рук паспорт, и страшным потусторонним голосом ему вторила Олакрез:

— Отдай!

Тут же, распушив хвост, метался Васька. Я заметил, как он ловко, в одно мгновение, запрыгнул на лестницу, спускавшуюся из зеркала, и сиганул куда-то в зазеркалье!

«Эх, Васька-Васька, что же ты наделал!» — мелькнуло у меня в голове, но тут же я переключился на Антона, который всё это время норовил стукнуть меня побольнее, но я ловко уворачивался от его ударов, катаясь по полу в разные стороны и не выпуская из рук паспорт.

Потом я, каким-то чудом, вскочил на ноги. Антон кинулся на меня снова, отчего я отлетел в сторону, с силой ударившись спиной о стену, как раз в то место, где висело зеркало.

Зеркало хрустнуло, сорвалось с гвоздя и рухнуло на пол, разлетевшись в разные стороны мелкими осколками.

Олакрез вскрикнула, вскинула тонкие руки, как бы пытаясь ухватиться за воздух, и, с исказившимся в жуткой гримасе лицом, издав какой-то нечеловеческий, душераздирающий стон, исчезла.

С тех пор минуло много лет. Из редакции я ушёл. Желание писать статьи на необъяснимые, мистические темы, пусть даже и присылаемые читателями и, по большей части, ими же самими и выдуманные, у меня пропало.

На антикварные аукционы ходить продолжаю, но старые зеркала больше не покупаю.

Антон после этой истории долго болел. Даже шёл разговор, чтобы поместить его в психиатрическую клинику. Мы с ним уже давно не общаемся. Он так и не смог простить мне, что я не дал ему возможность уйти с Олакрез.

Кот Антона пропал. Его искали по всем дворам и подвалам, но так и не нашли.

Осколки разбившегося зеркала вынесли на помойку. Их потом вместе с остальным помойным хламом вывез на городскую свалку мусоровоз…