Алексей Варакин приехал в маленький, захолустный городишко N по делам производства. Отдел снабжения завода, где он трудился, решил отправить его в качестве «толкача», так как завод-партнер затягивал с поставкой сырья. Алексею вменялось в обязанность ускорить отгрузку, используя для этого все возможные средства, даже, специально предусмотренные, «представительские» расходы.«Ну и глухомань!»: подумал Алексей, критически разглядывая узкие, кривые улочки с деревянными, кое-где кирпичными, домами. Во дворе одного из них он увидел маленькую женщину.
Добавить в моё избранное
10 мин, 5 сек 17037
Всю ночь он не сомкнул глаз.
Утром нервный и совершенно невыспавшийся, Алексей через окно увидел во дворе тетю Нюру.
— Здравствуйте,-обратился он, выходя во двор,-скажите, кроме нас здесь, кто-нибудь, живет?
— Что?-удивленно спросила тетя Нюра,-кому ж тут жить?
— Сегодня ночью я видел старуху,-произнес Алексей,-она зашла в дом, бродила по прихожей, а потом залезла на чердак.
Они повернули за угол.
— Вот, лестница до сих пор стоит,-указал на нее Алексей.
— Она всегда здесь стоит,-парировала тетя Нюра,-а теперь сюда посмотри, чердак то закрыт. И вообще, молодой человек, занимайся своими делами, а не нравится, ищи другое место.
В самом деле, на двери чердака висел позеленевший от времени большой амбарный замок. «Ну не почудилось же мне это»: думал Алексей, минуту спустя шагая по комнатам. В зале он вновь столкнулся с жутковатым портретом.«Умерла двадцать лет назад, двадцать лет назад»… Однажды Алексей, раньше обычного, вернулся к себе. Побродив взад-вперед он вошел в спальню и, с любопытством, открыл дверцу шкафа. Терпкий запах нафталина, казалось, навсегда остановил время в этом странном гардеробе. На плечиках, в строгом порядке друг за другом, висели старушечьи платья всех расцветок и фасонов. Одно из них показалось Алексею недавно надеванным, уж больно неряшливо висело. Тетя Нюра? Ей то зачем?
И снова, его как магнитом потянуло к чердаку. Он взглянул наверх и с удивлением обнаружил отсутствие замка. Пользуясь случаем, Алексей решил разведать чердак, тем более что тетя Нюра отлучилась по делам. Он стал осторожно ступать по ветхой, видавшей виды лестнице, двигаясь к приоткрытой двери. Таинственный полумрак встретил его пылью. Все пространство чердака было усеяно разнообразным хламом из тряпок, гнилых досок, стекла и книг, среди которых попадались школьные учебники. Ничто не выдавало присутствия человека. Алексей смело двинулся вглубь чердака, но вдруг в ужасе отшатнулся назад. Из темноты на него смотрело человеческое лицо. Предчувствуя недоброе, он стал подходить ближе и сразу заметил что «лицо» оказалось большой детской куклой. Пластмассовая плоть была настолько изъедена мышами что лицо куклы приобрело звероподобный вид. Все время пребывания на чердаке, Алексей чувствовал на себе чей-то неотступный взгляд.«Нервы шалят»: решил он, спускаясь по лестнице назад.
— Эй, есть кто дома?!-окликнули с улицы. Осторожно заглянув за угол, Алексей пошел к воротам и открыл их на требовательный стук.
— Почтальонша я, — представилась худощавая женщина, — пенсию Нюре принесла. А где она сама?
— Отлучилась куда-то, — неуверенно процедил Алексей, — я тут жилье снимаю, приехал из другого города.
— Слышала, слышала, — промолвила почтальонша, внимательно разглядывая молодого человека, — нравится здесь?
— Трудно сказать, — поморщился Алексей, — странные вещи в доме творятся. В этот момент он заметил перемену в лице собеседницы. Из легкомысленно-веселого оно вдруг стало задумчивым.
— Вы, наверное, не знаете что здесь случилось лет двадцать назад, — сказала она, — послушайте.
Свои последние, старческие годы баба Клава коротала в заботах о тяжелобольном муже. Рак навсегда приковал его к постели и с каждым днем усугублял его, и без того, обреченное состояние. На смену речи и движению пришли гримасы с невнятным лепетанием. Обихаживать мужа бабе Клаве помогала приживалка Нюра, которую та из жалости приютила у себя. Дети и внуки давно разъехались кто куда и баба Клава относилась к Нюре с какой-то материнской теплотой. Все шло хорошо, но однажды, то ли устав от забот о муже или по другой причине, баба Клава переменилась. Она стала сварливой, злой, могла беспричинно кричать или угрюмо сидеть, потупя взор. Нервные всплески сочетались у нее с апатией. Нюре пришлось всецело взвалить домашние дела и уход за больным на себя. Баба Клава могла днями не выходить из дому, забившись в какой-нибудь угол, а появляясь во дворе, выбрасывала мусор и выливала помои через забор в соседские огороды. По ночам она бесцельно шлялась вокруг дома, пританцовывая и завывая. Измученные соседи неоднократно вызывали милицию и психушку, но те лишь бессильно разводили руками. Местные мальчишки, прознав о сумасшествии бабушки Клавы, швыряли в окна ее дома мелкие камешки и, завидя по ту сторону стекла мертвенно-бледную харю в свете свечи, с визгом бросались наутек. Как-то раз Нюра зашла к Клаве и обомлела. На столе в гостиной стоял торт со свечками, а перед ним сидела детская кукла.
— Дочка это моя, — улыбнулась баба Клава,-день рождения у нее сегодня. Смотри, какая красавица. Присаживайся, праздновать будем.
В один из дней баба Клава попросила Нюру помочь ей прибраться в зале. Во время работы Клава увидела свое отражение в зеркале трюмо.
-A это что за старуха?— удивленно спросила она.
Наконец общее терпение иссякло. Нюра и соседи упросили поместить бабу Клаву на лечение в психдиспансер.
Утром нервный и совершенно невыспавшийся, Алексей через окно увидел во дворе тетю Нюру.
— Здравствуйте,-обратился он, выходя во двор,-скажите, кроме нас здесь, кто-нибудь, живет?
— Что?-удивленно спросила тетя Нюра,-кому ж тут жить?
— Сегодня ночью я видел старуху,-произнес Алексей,-она зашла в дом, бродила по прихожей, а потом залезла на чердак.
Они повернули за угол.
— Вот, лестница до сих пор стоит,-указал на нее Алексей.
— Она всегда здесь стоит,-парировала тетя Нюра,-а теперь сюда посмотри, чердак то закрыт. И вообще, молодой человек, занимайся своими делами, а не нравится, ищи другое место.
В самом деле, на двери чердака висел позеленевший от времени большой амбарный замок. «Ну не почудилось же мне это»: думал Алексей, минуту спустя шагая по комнатам. В зале он вновь столкнулся с жутковатым портретом.«Умерла двадцать лет назад, двадцать лет назад»… Однажды Алексей, раньше обычного, вернулся к себе. Побродив взад-вперед он вошел в спальню и, с любопытством, открыл дверцу шкафа. Терпкий запах нафталина, казалось, навсегда остановил время в этом странном гардеробе. На плечиках, в строгом порядке друг за другом, висели старушечьи платья всех расцветок и фасонов. Одно из них показалось Алексею недавно надеванным, уж больно неряшливо висело. Тетя Нюра? Ей то зачем?
И снова, его как магнитом потянуло к чердаку. Он взглянул наверх и с удивлением обнаружил отсутствие замка. Пользуясь случаем, Алексей решил разведать чердак, тем более что тетя Нюра отлучилась по делам. Он стал осторожно ступать по ветхой, видавшей виды лестнице, двигаясь к приоткрытой двери. Таинственный полумрак встретил его пылью. Все пространство чердака было усеяно разнообразным хламом из тряпок, гнилых досок, стекла и книг, среди которых попадались школьные учебники. Ничто не выдавало присутствия человека. Алексей смело двинулся вглубь чердака, но вдруг в ужасе отшатнулся назад. Из темноты на него смотрело человеческое лицо. Предчувствуя недоброе, он стал подходить ближе и сразу заметил что «лицо» оказалось большой детской куклой. Пластмассовая плоть была настолько изъедена мышами что лицо куклы приобрело звероподобный вид. Все время пребывания на чердаке, Алексей чувствовал на себе чей-то неотступный взгляд.«Нервы шалят»: решил он, спускаясь по лестнице назад.
— Эй, есть кто дома?!-окликнули с улицы. Осторожно заглянув за угол, Алексей пошел к воротам и открыл их на требовательный стук.
— Почтальонша я, — представилась худощавая женщина, — пенсию Нюре принесла. А где она сама?
— Отлучилась куда-то, — неуверенно процедил Алексей, — я тут жилье снимаю, приехал из другого города.
— Слышала, слышала, — промолвила почтальонша, внимательно разглядывая молодого человека, — нравится здесь?
— Трудно сказать, — поморщился Алексей, — странные вещи в доме творятся. В этот момент он заметил перемену в лице собеседницы. Из легкомысленно-веселого оно вдруг стало задумчивым.
— Вы, наверное, не знаете что здесь случилось лет двадцать назад, — сказала она, — послушайте.
Свои последние, старческие годы баба Клава коротала в заботах о тяжелобольном муже. Рак навсегда приковал его к постели и с каждым днем усугублял его, и без того, обреченное состояние. На смену речи и движению пришли гримасы с невнятным лепетанием. Обихаживать мужа бабе Клаве помогала приживалка Нюра, которую та из жалости приютила у себя. Дети и внуки давно разъехались кто куда и баба Клава относилась к Нюре с какой-то материнской теплотой. Все шло хорошо, но однажды, то ли устав от забот о муже или по другой причине, баба Клава переменилась. Она стала сварливой, злой, могла беспричинно кричать или угрюмо сидеть, потупя взор. Нервные всплески сочетались у нее с апатией. Нюре пришлось всецело взвалить домашние дела и уход за больным на себя. Баба Клава могла днями не выходить из дому, забившись в какой-нибудь угол, а появляясь во дворе, выбрасывала мусор и выливала помои через забор в соседские огороды. По ночам она бесцельно шлялась вокруг дома, пританцовывая и завывая. Измученные соседи неоднократно вызывали милицию и психушку, но те лишь бессильно разводили руками. Местные мальчишки, прознав о сумасшествии бабушки Клавы, швыряли в окна ее дома мелкие камешки и, завидя по ту сторону стекла мертвенно-бледную харю в свете свечи, с визгом бросались наутек. Как-то раз Нюра зашла к Клаве и обомлела. На столе в гостиной стоял торт со свечками, а перед ним сидела детская кукла.
— Дочка это моя, — улыбнулась баба Клава,-день рождения у нее сегодня. Смотри, какая красавица. Присаживайся, праздновать будем.
В один из дней баба Клава попросила Нюру помочь ей прибраться в зале. Во время работы Клава увидела свое отражение в зеркале трюмо.
-A это что за старуха?— удивленно спросила она.
Наконец общее терпение иссякло. Нюра и соседи упросили поместить бабу Клаву на лечение в психдиспансер.
Страница 2 из 3
