Вытянувшись в коротенькую цепочку, возглавляемые Флёрой, мы шагали по жухлой, усеянной всевозможным мусором траве. Старшая ведьма брезгливо поддерживала рукой полы пальто, Посторонний же, предусмотрительно надевший стилизованные под полусапожки калоши, делал размашистые и неразборчивые шаги.
Добавить в моё избранное
8 мин, 28 сек 19602
— Никодимус, подержи, будь добр.
Флёра сбросила верхнюю одежду на руки председателя.
— Гляди, Ваня, сейчас просто показываю. Самая незамысловатая комбинация, мы зовём её «мячиком».
Изящные, унизанные кольцами пальцы ведьмы проворно сплясали замысловатый танец, уследить за которым было нереально. Я еле успел подивиться ловким движениям, ничем себя не выдававшей механической правой, как вдруг Флёра резко выбросила руки вперёд. Через полсекунды на облупившейся, испещрённой оранжевыми кирпичными оспинами стене возникло пылевое облачко, вслед за чем кожа ощутила лёгкое сотрясение воздуха.
— Теперь смотри внимательней и учись, сделаю всё медленнее.
Ещё одно облачко.
— Ну-ка попробуй.
Пальцы с непривычки двигались неловко и беспомощно, естественно, я сразу же запутался.
— Нет — нет — нет, гляди сюда. Лена, помоги Ване.
Пыль взметнулась ещё дважды. Лена, присев, напряжённо всматривалась в мои пальцы, комментируя и корректируя движения. Так, кажется, врубился. Воздух между ладонями стал оплотневать и наливаться живым теплом.
— Молодчина! Бросай скорее, а то в руках взорвётся! Только… Я со всей дури отшвырнул от себя невидимый греющий шар. Раздался треск и шум, взметнулось облако пыли и кирпичной крошки, жаркая ударная волна растрепала волосы Флёры и сбила с головы Лены берет. В стене образовался пролом, куда пролезла бы человеческая голова, а внутри строения что-то гулко и хрустко обрушилось.
— … нежнее, — хором закончили жена, старшая ведьма и Посторонний.
— Техника на уровне для первого раза, а вот силы надо соизмерять, — констатировала Флёра.
— Как там, у Пратчетта, вправлять мозги, а не вышибать? Это не последняя битва, успеешь ещё продемонстрировать удаль молодецкую. Ну, скоро я начну читать тебе курс теории магии, и станет легче.
Лена небрежно скатала из воздуха очередной мячик и лениво послала его в истерзанную стену.
— Вот так. На треть силы, не больше.
Я послушно повторил движения, стараясь сдерживать себя, и на этот раз отбил от стенки солидный кусок кирпича.
— Уже лучше. Так, вам обоим задание. Завтра в офис не езжайте, а наберите побольше диких банок и бутылок, как изволит выражаться наш Никодимус, и попрактикуйтесь за городом. Только лес не загаживайте, езжайте в промзону, ей уже ничего не страшно. Машина у вас есть. Если попадётся кагот, можете тренироваться на нём. Это раз. Два — Лена, поучи мужа блокам.
— Ты ведь сейчас в отпуске, Ваня? — добавила старшая ведьма, забираясь обратно в пальто.
— Увольняйся уже. Как трудовая будет на руках, жена скажет, где наши кадры. ООО «Феникс» примет тебя с распростёртыми объятиями.
— Хорошо, мудрейшая Флёра.
— А теперь, Никодимус, покажи, пожалуйста, будущему королю-мертвецу что-нибудь техномагическое, так, на верхосытку. Сифонофор же в машине?
Кивнув, Посторонний отправился к газику и скоро вернулся с какой-то коленчатой трубой, снабжённой парой рукояток. Прищурившись, он направил её в сторону валявшейся шагах в пятидесяти от нас проржавевшей бочки и нажал спусковой крючок. Из дула вырвалось что-то вроде пламенеющей змеи, и через мгновение рыже-коричневый металл, вспыхнув уже знакомым ослепительным белым пламенем, начал плавиться. Траву в радиусе нескольких метров выжгло дотла.
— Живой огонь, — невозмутимо пояснил председатель всё в той же монотонной манере, напоминавшей одноголосный перевод на видеокассетах 90-х.
— Его ещё называли «греческим», — добавила Флёра.
— Хотя мои предки обижались, если их звали «греками». Одним словом, саламандры.
В голове завертелись ошмётки школьных уроков истории.
— Греческий огонь? Мудрейшая Флёра, Вы что, из Византии?
Старшая ведьма с притворным кокетством покрутилась туда — сюда.
— Неплохо сохранилась, а? Да, дети Уробороса сказали бы, что я из ромеев. Мой отец был патрикием и знатоком алхимии, хоть и профаном, служил при дворе базилевса ; род наш уходит корнями в Фессалию. Я родилась уже в Италии, куда они с матушкой бежали от турок, и первый раз увидела Город только лет через сто. Не могу сказать, чтобы визит этот сильно меня порадовал.
— Секрет живого огня был утрачен, но наши техномагические наработки позволили его реанимировать, — проговорил Никодимус.
— Ромейские алхимики хорошо умели работать с элементалями.
— Для какодемонов это было весьма неприятным сюрпризом, — с ехидным торжеством вставила старшая ведьма.
— Впечатляет, — выдохнул я, в ответ на увиденное и услышанное.
— На фоне «перьев Феникса» это просто зажигалка, — улыбаясь, сказала Флёра.
— Так что мы не такие уж беззащитные, как кажемся, и весьма невкусные.
«Неужели она как-то прочитала те мои мысли перед репродукцией Ботичелли?» — А что это за перья?
Флёра сбросила верхнюю одежду на руки председателя.
— Гляди, Ваня, сейчас просто показываю. Самая незамысловатая комбинация, мы зовём её «мячиком».
Изящные, унизанные кольцами пальцы ведьмы проворно сплясали замысловатый танец, уследить за которым было нереально. Я еле успел подивиться ловким движениям, ничем себя не выдававшей механической правой, как вдруг Флёра резко выбросила руки вперёд. Через полсекунды на облупившейся, испещрённой оранжевыми кирпичными оспинами стене возникло пылевое облачко, вслед за чем кожа ощутила лёгкое сотрясение воздуха.
— Теперь смотри внимательней и учись, сделаю всё медленнее.
Ещё одно облачко.
— Ну-ка попробуй.
Пальцы с непривычки двигались неловко и беспомощно, естественно, я сразу же запутался.
— Нет — нет — нет, гляди сюда. Лена, помоги Ване.
Пыль взметнулась ещё дважды. Лена, присев, напряжённо всматривалась в мои пальцы, комментируя и корректируя движения. Так, кажется, врубился. Воздух между ладонями стал оплотневать и наливаться живым теплом.
— Молодчина! Бросай скорее, а то в руках взорвётся! Только… Я со всей дури отшвырнул от себя невидимый греющий шар. Раздался треск и шум, взметнулось облако пыли и кирпичной крошки, жаркая ударная волна растрепала волосы Флёры и сбила с головы Лены берет. В стене образовался пролом, куда пролезла бы человеческая голова, а внутри строения что-то гулко и хрустко обрушилось.
— … нежнее, — хором закончили жена, старшая ведьма и Посторонний.
— Техника на уровне для первого раза, а вот силы надо соизмерять, — констатировала Флёра.
— Как там, у Пратчетта, вправлять мозги, а не вышибать? Это не последняя битва, успеешь ещё продемонстрировать удаль молодецкую. Ну, скоро я начну читать тебе курс теории магии, и станет легче.
Лена небрежно скатала из воздуха очередной мячик и лениво послала его в истерзанную стену.
— Вот так. На треть силы, не больше.
Я послушно повторил движения, стараясь сдерживать себя, и на этот раз отбил от стенки солидный кусок кирпича.
— Уже лучше. Так, вам обоим задание. Завтра в офис не езжайте, а наберите побольше диких банок и бутылок, как изволит выражаться наш Никодимус, и попрактикуйтесь за городом. Только лес не загаживайте, езжайте в промзону, ей уже ничего не страшно. Машина у вас есть. Если попадётся кагот, можете тренироваться на нём. Это раз. Два — Лена, поучи мужа блокам.
— Ты ведь сейчас в отпуске, Ваня? — добавила старшая ведьма, забираясь обратно в пальто.
— Увольняйся уже. Как трудовая будет на руках, жена скажет, где наши кадры. ООО «Феникс» примет тебя с распростёртыми объятиями.
— Хорошо, мудрейшая Флёра.
— А теперь, Никодимус, покажи, пожалуйста, будущему королю-мертвецу что-нибудь техномагическое, так, на верхосытку. Сифонофор же в машине?
Кивнув, Посторонний отправился к газику и скоро вернулся с какой-то коленчатой трубой, снабжённой парой рукояток. Прищурившись, он направил её в сторону валявшейся шагах в пятидесяти от нас проржавевшей бочки и нажал спусковой крючок. Из дула вырвалось что-то вроде пламенеющей змеи, и через мгновение рыже-коричневый металл, вспыхнув уже знакомым ослепительным белым пламенем, начал плавиться. Траву в радиусе нескольких метров выжгло дотла.
— Живой огонь, — невозмутимо пояснил председатель всё в той же монотонной манере, напоминавшей одноголосный перевод на видеокассетах 90-х.
— Его ещё называли «греческим», — добавила Флёра.
— Хотя мои предки обижались, если их звали «греками». Одним словом, саламандры.
В голове завертелись ошмётки школьных уроков истории.
— Греческий огонь? Мудрейшая Флёра, Вы что, из Византии?
Старшая ведьма с притворным кокетством покрутилась туда — сюда.
— Неплохо сохранилась, а? Да, дети Уробороса сказали бы, что я из ромеев. Мой отец был патрикием и знатоком алхимии, хоть и профаном, служил при дворе базилевса ; род наш уходит корнями в Фессалию. Я родилась уже в Италии, куда они с матушкой бежали от турок, и первый раз увидела Город только лет через сто. Не могу сказать, чтобы визит этот сильно меня порадовал.
— Секрет живого огня был утрачен, но наши техномагические наработки позволили его реанимировать, — проговорил Никодимус.
— Ромейские алхимики хорошо умели работать с элементалями.
— Для какодемонов это было весьма неприятным сюрпризом, — с ехидным торжеством вставила старшая ведьма.
— Впечатляет, — выдохнул я, в ответ на увиденное и услышанное.
— На фоне «перьев Феникса» это просто зажигалка, — улыбаясь, сказала Флёра.
— Так что мы не такие уж беззащитные, как кажемся, и весьма невкусные.
«Неужели она как-то прочитала те мои мысли перед репродукцией Ботичелли?» — А что это за перья?
Страница 1 из 3
