Люська удивилась: врач, рекомендованный лучшей подругой, как «не доктор, а гений… и не такое повидал»… оказался судмедэкспертом. Принимал с девяти…
Добавить в моё избранное
4 мин, 53 сек 19039
Она не бросилась бежать, а почему-то опустила руки, упираясь ими в камни, напрягла согнутые ноги и вытянула шею, оскаливая крепкие, белоснежные зубы, нервно двигая щеками.
Ненависть факелом вспыхнула в ее натянутом, как струна теле, и Люська бросилась вперед, сходу вгрызаясь в плоть, покрытую жесткой вонючей шерстью. Вкус крови и визг подстегнули. В считанные секунды она перекусила шакалье горло и отпрянула, наслаждаясь зрелищем смерти жертвы. Конвульсии… Последний вздох, отзвучав, затих… Люська встала в полный рост, перешла речку и вышла на дорогу, пытаясь остановить машину. Желающих подвезти не было — одинокие путники в поздний час водителей не прельщали. Но она не огорчилась, наоборот, ускорив шаг, переходя на легкий и быстрый бег, понеслась в сторону города. Люськино сердце стучало ровно, рот был слегка открыт, глаза широко распахнуты. Косынка сползла на шею и мешала. Девушка сорвала ее и выбросила, послав вслед очки и кепку. Достав из кармана ключ, она зажала его в руке, расстегнула на ходу куртку и швырнула в придорожные кусты. Еще чуть позже, приостановилась и сбросила с себя остальное. Тело, покрытое короткой шерстью, стало свободным от одежды, а голова от мыслей.
Люська наслаждалась силой своих работающих без устали мышц, ощущением ветра, солоноватым привкусом на губах. Уже в городе, петляя по неосвещенным улицам, интуитивно выбирая ту, где не было людей, незамеченной, она добежала до знакомого дома, мигом, оказавшись на нужном этаже. Осторожно вставив ключ, провернула замок, открыла дверь и вошла в темную квартиру. Свет был не нужен.
Подойдя к спящему мужчине, наклонясь над ним, Люська на мгновенье залюбовалась знакомыми, родными чертами лица. Втягивая носом запах любимого, отозвавшийся волной внизу живота, оскалилась:
— Я поверила. Чертова сука, говоришь? — произнесла она и, уже не раздумывая, вонзилась зубами в пульсирующую под тонкой кожей артерию.
Ненависть факелом вспыхнула в ее натянутом, как струна теле, и Люська бросилась вперед, сходу вгрызаясь в плоть, покрытую жесткой вонючей шерстью. Вкус крови и визг подстегнули. В считанные секунды она перекусила шакалье горло и отпрянула, наслаждаясь зрелищем смерти жертвы. Конвульсии… Последний вздох, отзвучав, затих… Люська встала в полный рост, перешла речку и вышла на дорогу, пытаясь остановить машину. Желающих подвезти не было — одинокие путники в поздний час водителей не прельщали. Но она не огорчилась, наоборот, ускорив шаг, переходя на легкий и быстрый бег, понеслась в сторону города. Люськино сердце стучало ровно, рот был слегка открыт, глаза широко распахнуты. Косынка сползла на шею и мешала. Девушка сорвала ее и выбросила, послав вслед очки и кепку. Достав из кармана ключ, она зажала его в руке, расстегнула на ходу куртку и швырнула в придорожные кусты. Еще чуть позже, приостановилась и сбросила с себя остальное. Тело, покрытое короткой шерстью, стало свободным от одежды, а голова от мыслей.
Люська наслаждалась силой своих работающих без устали мышц, ощущением ветра, солоноватым привкусом на губах. Уже в городе, петляя по неосвещенным улицам, интуитивно выбирая ту, где не было людей, незамеченной, она добежала до знакомого дома, мигом, оказавшись на нужном этаже. Осторожно вставив ключ, провернула замок, открыла дверь и вошла в темную квартиру. Свет был не нужен.
Подойдя к спящему мужчине, наклонясь над ним, Люська на мгновенье залюбовалась знакомыми, родными чертами лица. Втягивая носом запах любимого, отозвавшийся волной внизу живота, оскалилась:
— Я поверила. Чертова сука, говоришь? — произнесла она и, уже не раздумывая, вонзилась зубами в пульсирующую под тонкой кожей артерию.
Страница 2 из 2
