Услышав отдаленный звук чугунного колокольчика, Нирсана лениво отодвинула чашку с кофе и поплелась в гостиную, где обычно принимала клиентов — за столом со скатертью из синего бархата с вышитыми золотыми звездами. Сегодня у Нирсаны не было настроения гадать — один из тех туманных дней, когда интуиция безнадежно отключалась, и приходилось полностью полагаться на карты. Слякоть и хмурое небо за окном лишь усиливали усталость…
Добавить в моё избранное
7 мин, 32 сек 19771
Надо же, чтоб такая клиентка появилась именно сегодня, когда даже деревья за окном словно плавали в полусонном мороке. Нирсана с тоской подумала о недопитом кофе. Она не могла отказать гостье — в их роду это было не принято. Считалось, что карты всегда говорят правду, и задача гадалки — уметь это почувствовать или хотя бы растолковать узор, если интуиция подводит.
Выход был только один (но с какой неохотой Нирсана подумала о нем!) — «врущая колода». Так про себя она называла одну необычную колоду, которая всегда выдавала неожиданные предсказания. Когда-то Нирсане понадобилась новая колода, чтобы гадать самой себе. Она заказала ее в единственном экземпляре у мастера, но орнамент придумала сама — и для символов, и для серебристой рубашки в бледно-алых розах, переплетенных с перламутровыми перьями. Но готовая колода оказалась очень странной — постоянно говорила неправду.
Нирсана сначала не поверила и испугалась, что начало слабеть ее искусство толкования. Осторожно попробовала колоду, погадав нескольким знакомым — тот же результат, эти карты лгали, в то время как другие колоды продолжали говорить правду, если были выбраны правильно. На всякий случай Нирсана спрятала колоду подальше, но с тех пор любопытство ее не покидало. Она доставала эти карты еще несколько раз — они показывали полнейшую чушь, до смешного, но однажды предрекли семье Нирсаны большое несчастье — и через день умерла ее горячо любимая бабушка. После этого случая карты снова принялись бессовестно врать, и лишь изредка, ни с того ни с сего, опять говорили правду. Не могло быть и речи о том, чтобы доверять им серьезные предсказания.
Но когда, как сегодня, появлялись клиенты, для которых не было подходящей колоды, Нирсане приходилось прибегать к помощи врущих карт, так как только они могли рассказать что-то хотя бы отдаленно напоминающее правду. Она раскладывала их, не спеша, особым способом, позволяющим постепенно, аккуратно выуживать из черно-красного тумана знаков и символов нужную информацию и связывать ее в цельную картину. Однако в этот раз ей придется быть вдвойне внимательной, потому что обычно бдительная интуиция сегодня отказывалась помогать в гадании. Нирсана достала врущую колоду и подошла к девушке. Та по-прежнему улыбалась, как-то по-детски рассеянно и светло.
Сначала полагалось разложить общую схему прошлого, настоящего и будущего. Нирсана пристально вгляделась в полученную картину и рассердилась про себя — ничего конкретного. Карты как карты, лежат на своих местах — семерки-дороги, десятки-деньги, но не складываются в единую картину. Черная масть, пики в каждом узоре, повсюду, вроде как много горя и в прошлом, и в настоящем, и в будущем — вся пиковая колода в одной раскладке редко так появляется. Да только как-то странно, не связываются в историю соседние карты, не лепится рассказ о дамах и королях. Нирсане не нравилось ее повествование, но девушка-клиентка с интересом слушала обрывки фраз гадалки, не перебивая.
В следующей раскладке — дороги, пороги, здоровье, любовь — та же история. Нет ясности, молчат карты, ерунда какая-то выходит. Нирсана еще раз перебрала в уме свои колоды — точно ли нет среди них подходящей? Да нет же, нет такой колоды для этой гостьи, сразу было понятно, тут и думать нечего.
А гадание нужно продолжать. Следующий этап — будущее, детальная картина. Что на этот раз скажут противные карты, которые и врать умеют, и правду сказать могут, но сейчас молчат, когда так необходимо их красноречие?
Нирсана раскинула колоду и обомлела. Снова все пики — на этот раз все они собрались в будущем. Это может означать только одно из двух — либо сплошную черную полосу, болезни, бедствия, страдания, всяческие горести, которые будут продолжаться долго-долго, может, до конца дней… либо, что будущего нет. Смерть ходит где-то рядом, поджидает человека, чтобы увести его от земной доли, и час ее близок.
Нирсана посмотрела сначала в окно, потом на девушку. Небо за стеклом продолжало оставаться пасмурным, свинцово-серым. В полумраке комнаты темно-синие глаза гостьи казались черными, а выражение лица — особенно детским и даже трогательным. Сдерживая необъяснимую тревогу, Нирсана протянула клиентке оставшуюся колоду:
— А теперь вытяните одну карту!
Девушка с улыбкой вытянула карту и отдала гадалке. Это была дама… хотя… что такое? Нирсана не поверила глазам и поднесла карту ближе, чтобы хорошо рассмотреть. На карте, и правда, была изображена дама, с длинными темными волосами, пышной юбкой, но в странном шутовском колпаке. Да ведь старшинство… это же не дама, это джокер!
— Но… подождите, откуда…, — Нирсана хотела добавить «откуда в моей гадальной колоде джокер», но осеклась. Перевернула карту — сомнений не было, рубашка полностью совпадала с остальными картами, а ведь совершенно точно в ее колоде не было джокера, Нирсана заказывала колоду в одном экземпляре, давным-давно… Выходит, девушка принесла карту с собой?
Выход был только один (но с какой неохотой Нирсана подумала о нем!) — «врущая колода». Так про себя она называла одну необычную колоду, которая всегда выдавала неожиданные предсказания. Когда-то Нирсане понадобилась новая колода, чтобы гадать самой себе. Она заказала ее в единственном экземпляре у мастера, но орнамент придумала сама — и для символов, и для серебристой рубашки в бледно-алых розах, переплетенных с перламутровыми перьями. Но готовая колода оказалась очень странной — постоянно говорила неправду.
Нирсана сначала не поверила и испугалась, что начало слабеть ее искусство толкования. Осторожно попробовала колоду, погадав нескольким знакомым — тот же результат, эти карты лгали, в то время как другие колоды продолжали говорить правду, если были выбраны правильно. На всякий случай Нирсана спрятала колоду подальше, но с тех пор любопытство ее не покидало. Она доставала эти карты еще несколько раз — они показывали полнейшую чушь, до смешного, но однажды предрекли семье Нирсаны большое несчастье — и через день умерла ее горячо любимая бабушка. После этого случая карты снова принялись бессовестно врать, и лишь изредка, ни с того ни с сего, опять говорили правду. Не могло быть и речи о том, чтобы доверять им серьезные предсказания.
Но когда, как сегодня, появлялись клиенты, для которых не было подходящей колоды, Нирсане приходилось прибегать к помощи врущих карт, так как только они могли рассказать что-то хотя бы отдаленно напоминающее правду. Она раскладывала их, не спеша, особым способом, позволяющим постепенно, аккуратно выуживать из черно-красного тумана знаков и символов нужную информацию и связывать ее в цельную картину. Однако в этот раз ей придется быть вдвойне внимательной, потому что обычно бдительная интуиция сегодня отказывалась помогать в гадании. Нирсана достала врущую колоду и подошла к девушке. Та по-прежнему улыбалась, как-то по-детски рассеянно и светло.
Сначала полагалось разложить общую схему прошлого, настоящего и будущего. Нирсана пристально вгляделась в полученную картину и рассердилась про себя — ничего конкретного. Карты как карты, лежат на своих местах — семерки-дороги, десятки-деньги, но не складываются в единую картину. Черная масть, пики в каждом узоре, повсюду, вроде как много горя и в прошлом, и в настоящем, и в будущем — вся пиковая колода в одной раскладке редко так появляется. Да только как-то странно, не связываются в историю соседние карты, не лепится рассказ о дамах и королях. Нирсане не нравилось ее повествование, но девушка-клиентка с интересом слушала обрывки фраз гадалки, не перебивая.
В следующей раскладке — дороги, пороги, здоровье, любовь — та же история. Нет ясности, молчат карты, ерунда какая-то выходит. Нирсана еще раз перебрала в уме свои колоды — точно ли нет среди них подходящей? Да нет же, нет такой колоды для этой гостьи, сразу было понятно, тут и думать нечего.
А гадание нужно продолжать. Следующий этап — будущее, детальная картина. Что на этот раз скажут противные карты, которые и врать умеют, и правду сказать могут, но сейчас молчат, когда так необходимо их красноречие?
Нирсана раскинула колоду и обомлела. Снова все пики — на этот раз все они собрались в будущем. Это может означать только одно из двух — либо сплошную черную полосу, болезни, бедствия, страдания, всяческие горести, которые будут продолжаться долго-долго, может, до конца дней… либо, что будущего нет. Смерть ходит где-то рядом, поджидает человека, чтобы увести его от земной доли, и час ее близок.
Нирсана посмотрела сначала в окно, потом на девушку. Небо за стеклом продолжало оставаться пасмурным, свинцово-серым. В полумраке комнаты темно-синие глаза гостьи казались черными, а выражение лица — особенно детским и даже трогательным. Сдерживая необъяснимую тревогу, Нирсана протянула клиентке оставшуюся колоду:
— А теперь вытяните одну карту!
Девушка с улыбкой вытянула карту и отдала гадалке. Это была дама… хотя… что такое? Нирсана не поверила глазам и поднесла карту ближе, чтобы хорошо рассмотреть. На карте, и правда, была изображена дама, с длинными темными волосами, пышной юбкой, но в странном шутовском колпаке. Да ведь старшинство… это же не дама, это джокер!
— Но… подождите, откуда…, — Нирсана хотела добавить «откуда в моей гадальной колоде джокер», но осеклась. Перевернула карту — сомнений не было, рубашка полностью совпадала с остальными картами, а ведь совершенно точно в ее колоде не было джокера, Нирсана заказывала колоду в одном экземпляре, давным-давно… Выходит, девушка принесла карту с собой?
Страница 2 из 3
