Холод

Я часто сидел здесь, на лавочке, в двадцати метрах от берега. Особенно после того, как умирал.

Это было подобно храму.

Здесь питался мой дух, а не то ненасытное жестокое существо в моем теле.

Я любил звезды и ту темноту, что они освящали. Сегодня была большая луна, синеватая, словно ионная. Я мог смотреть на нее часами. И при этом, мой разум был идеально чист.

Редкое удовлетворение.

Я вздрогнул, поскольку что-то упало мне на плечи. Я заметил рукав черной куртки, которую кто-то накинул на меня.

— Здесь холодно.

Я обернулся и столкнулся со взглядом черноволосого парня стоящего за моей спиной. Изучив мое лицо, он перевел взгляд на ледяное озеро, держа руки в карманах черных штанов. Он походил на статую, бледную и красивую, застывшую без единой эмоции на лице. Только развиваемые ветром волосы доказывали его реальность.

Я молчал. Я не знал, что нужно говорить. И нужно ли. Через пару мгновений он обошел лавку и сел рядом со мной не ее спинку. Теперь его черные глаза смотрели прямо на меня. Такой обжигающий взгляд… он просто сжигал душу. Но я мог держать этот взгляд. Я был слишком голоден. И подумывал о том что бы сделать этого парня своим «ужином».

— Я заметил, ты часто бываешь здесь.

— он снова отвернулся.

— Да.

— Ты хочешь убить меня? — маленький огонек вспыхнул на конце его сигареты.

Я был поражен. Пристально изучая его действия.

— Я еще не решил.

— Хм, — тонкий туманьчик дыма поднялся к небу и я проследил за ним взглядом.

— Ты еще не решил хочешь ли ты умереть или жить, верно?

— … Мысли бурей метались в моей голове. Я не думал, что этот парень будет говорить что-то подобное. Но, к сожалению, он был прав. Я еще не знал, хотел ли я уйти и истерзать себя голодом, либо забрать его тепловую энергию и мучится дальше.

Хотя в сущности это было одно и тоже… — Зачем ты говоришь со мной? Уходи.

— Мне некуда идти.

— рука затянутая в кожаную перчатку выбросила окурок и вновь скрылась в кармане. Легкая черная рубашка явно не грела его сильно, но холод также не сгибал прямую спину. Он не обращал на него внимания.

Как я когда-то боролся с ним.

Мы долго сидели в пустой не гнетущей тишине. Это породило в моей душе одно давно забытое чувство — не одиночества. Этот парень был таким же холодным, как и окружающая зима и сияющим, как серебристый снег, но он был здесь, в десяти сантиметрах от меня. И он просто был. И я наслаждался этим кратковременным покоем, которое давало его присутствие. Ктому же, я очень давно ни с кем не разговаривал… — Я решил. Я хочу умереть… Это решение пришло само собой. Я просто встал и отдав ему куртку собрался уйти.

Он схватил меня за руку, вынудив остановится. Я обернулся. Он смотрел на меня. И тогда я почувствовал жуткий холод внутри себя. Никто никогда еще не пытался останавливать меня. Никто никогда даже не разговаривал со мной… Он подтянул меня назад и я стоял как вкопанный. Я был слишком шокирован, что бы сопротивляться. Да, я уже был не уверен хотел ли я сопротивляться. Но я не хотел его убивать. Уже.

Стянув перчатки, он вновь взял мои руки. Только когда я почувствовал покалывающий поток энергии проходящий через мои ладони, я пришел в себя.

— Нет! Отпусти!

Но он не отпускал, продолжая смотреть в мои взволнованные глаза. Я же сказал, что не хотел этого! Дурак!

— Обморожение не лучший способ умереть.

— он улыбнулся и я застыл.

Как?… Почему он не теряет сознание?… Почему уход тепловой энергии не влияет на него?… Как такое вообще возможно?… Я не понимаю… Я… У него красивая улыбка… Странно, но я улыбнулся в ответ.

— Ты все еще хочешь умереть?

— Не знаю… — Тогда может, посидишь со мной еще немного?

Я вернулся на свое место, которое несколько минут назад, так спешно хотел покинуть. Мы сидели снова в тишине, такой же мягкой, как и прежняя. Только одно было различно — его рука все еще держала мою… Я люблю это озеро.

Покатый берег почти всегда нелюдим. Весной он особенно красив. Одинокая водная гладь — без единой раны.

Я бы хотел иметь такое сердце.

Белая чайка вскрикнув разорвала прозрачное зеркало своими острыми когтями и я почувствовал как эта боль отразилась во мне. Это было так знакомо. Но в отличии от воды мои раны никогда не затянутся, а вода опять сомкнется навсегда забыв о нежеланном волнении.

Я бы хотел иметь такое сердце…