Зеркало было кривым. Оно стояло где-то на чердаке, закрытое обширным драным покрывалом, и каждый, кто находил его и заглядывал, пугался, поскольку видел в нем то, что было ему не понятно. Кроме этого зеркало обладало способностью усугублять. Все, что кривило оно, было им же усугубленным и выглядело отнюдь не красочно. Обычно, когда смотрятся в кривое зеркало — смеются, но только не в этом случае.
Добавить в моё избранное
93 мин, 35 сек 9374
Это была распечатка фотографии Кая, опасного преступника, маньяка и наркомана. За него уже предлагали награду в пять тысяч баксов.
Герда поняла, что прошло очень много времени и труп воняет. Она вдруг отчетливо вспомнила, кто она такая, вспомнила, кто такой Кай. Затем она смогла восстановить всю цепь событий до настоящего момента и поняла, что все очень плохо. Самое время предпринять что-нибудь.
Кто-то Герде рассказывал, что Кай попробовал «королевы», замочил своих друзей и умер от передоза. Тела до сих пор не нашли и считали, что Кай бродит где-то, несчастный, лишившийся рассудка, и продолжает убивать. Хоть подтвердить этого официально никто не мог, объявление все-таки было напечатано. Не смотря на то, что Герда была блондинкой, ее интуиция подсказывала, что раз есть такое объявление, то тела Кая до сих пор не нашли! Значит, он жив и, возможно, его тоже кто-то ищет. Кто бы это мог быть, Герда и представить не могла. И тут ей вспомнился Незнакомец. Тот, который разговаривал с ней часами и предлагал ей… Герда твердо решила, что сама найдет Кая раньше всех, если он жив. И скажет ему все сама. Если он жив. Снежная королева Кай учился убивать. В этом ему очень хорошо помогал осколок, который Королева и не думала вытаскивать из его сердца, хотя прекрасно знала, где он находится. Просто был еще один осколок, в глазу. Его-то Королева и отдала. Да он, по сути, и не был нужен: вполне хватало того, что в сердце. Кай ничего не чувствовал и уже мог убивать людей. И имя теперь у него было другим, но он отзывался на него редко. Королева, наверное, любила его, поскольку ласкала своими обжигающе холодными губами так сладко, что Кай все больше поддавался этому холоду и глаза его становились все белее.
Однажды Королева взяла его руку и ударила по ней ножом. Боли Кай не почувствовал и его не поверг в шок глубокий порез, от которого пальцы не слушались. Кровь — даже не выступила. Кай удивленно посмотрел на Королеву, потом снова на руку; пореза не было.
— О, ты уже почти готов, мой мальчик! Мой Снежок! — взгляд Королевы был еще холоднее прежнего.
— Теперь, когда раны твои регенерируют всецело, у тебя появится еще одна работа!
— Разве я — раб? — негромко спросил Кай. Осколок в груди сделал его жестоким и прямолинейным.
— Я же спасла тебя! Помнишь?
— Но ты используешь меня, моя госпожа!
— Конечно, глупенький мой! Конечно! А ты, наверное, думал, что я спасаю тебя просто так? Из-за того, что у меня доброе сердце? Или из-за того, что бы снискать себе уважение? Что бы все говорили, о Боже, она спасла его!? Нет же, глупыш! Все, кто об этом знает, завидуют мне, потому что у меня есть сила! Сила, способная спасти от смерти! Но есть еще и такие, которые завидуют тебе! Даже больше, чем мне. Способен ли ты это понять?
— Ты обманула меня, моя госпожа. У меня не было выхода!
— Нет, выход был! Ты еще мог умереть. Медленно и болезненно. А главное — унизительно! Эта троица поиздевалась бы над тобой и сняла бы все на видео, что бы продать потом как жестокое порно. Ты стал бы известным! Твоя смерть принесла бы много радости кровожадным педерастическим дрочилам!
— Но разве то, что я делаю сейчас — не унизительно?
— Ты сам согласился, милый мой. Зачем же теперь повторять одно и то же сотню раз? Неужели тебе так плохо со мной?
— Мне плохо со всеми! Я ненавижу всех, а тебя больше всего!
— Зачем же ты лжешь, мой мальчик, зачем? Ты просто не хочешь признаться себе, что больше всего ты ненавидишь себя самого!
— Это неправда!
— Что именно? Что не хочешь признаться или что ненавидишь?
— Замолчи!
— Нет, это ты замолчи! Я получила твою жизнь. Ты отдал мне ее. Сам! Поэтому закрой свою пасть и делай то, что я скажу тебе! А после того, как все сделаешь, за свой выбор ненавидь себя сколько влезет! Я же достаточно наслушалась.
Кай стоял прямо напротив нее и смотрел ей в глаза. У него не было сил сопротивляться, но все-таки он боролся. Боролся с холодом, который был во взгляде Королевы. Победа ее была очевидна. Кай отступил.
— Я знаю, что все подстроено. Эти трое пришли не просто так. Потом, откуда ни возьмись, ты… Я был растерян. Я не знал, что так будет! Ты… Ты обманула меня.
— Снова ты за свое. Чего тебе не хватает?
— Я хочу уйти.
— Уйти. И что же ты будешь делать? Скажи мне, куда ты пойдешь?
— Я уеду. В провинцию. Буду там прятаться.
— От кого? От самого себя? Не получится, милый! От себя нигде не спрятаться.
— Она придвинулась к нему.
— Ну подумай сам, разве здесь, рядом со мной тебе плохо? Я могущественна, богата, у меня есть все! Даже почти бесконечная жизнь. Возьми всего, что тебе надо! Просто спроси себя — что мне надо? У меня есть все.
— Зачем же тогда я нужен тебе? Зачем ты меня так уговариваешь? Ты спасла меня, я бесконечно тебе благодарен, но отпусти меня!
Герда поняла, что прошло очень много времени и труп воняет. Она вдруг отчетливо вспомнила, кто она такая, вспомнила, кто такой Кай. Затем она смогла восстановить всю цепь событий до настоящего момента и поняла, что все очень плохо. Самое время предпринять что-нибудь.
Кто-то Герде рассказывал, что Кай попробовал «королевы», замочил своих друзей и умер от передоза. Тела до сих пор не нашли и считали, что Кай бродит где-то, несчастный, лишившийся рассудка, и продолжает убивать. Хоть подтвердить этого официально никто не мог, объявление все-таки было напечатано. Не смотря на то, что Герда была блондинкой, ее интуиция подсказывала, что раз есть такое объявление, то тела Кая до сих пор не нашли! Значит, он жив и, возможно, его тоже кто-то ищет. Кто бы это мог быть, Герда и представить не могла. И тут ей вспомнился Незнакомец. Тот, который разговаривал с ней часами и предлагал ей… Герда твердо решила, что сама найдет Кая раньше всех, если он жив. И скажет ему все сама. Если он жив. Снежная королева Кай учился убивать. В этом ему очень хорошо помогал осколок, который Королева и не думала вытаскивать из его сердца, хотя прекрасно знала, где он находится. Просто был еще один осколок, в глазу. Его-то Королева и отдала. Да он, по сути, и не был нужен: вполне хватало того, что в сердце. Кай ничего не чувствовал и уже мог убивать людей. И имя теперь у него было другим, но он отзывался на него редко. Королева, наверное, любила его, поскольку ласкала своими обжигающе холодными губами так сладко, что Кай все больше поддавался этому холоду и глаза его становились все белее.
Однажды Королева взяла его руку и ударила по ней ножом. Боли Кай не почувствовал и его не поверг в шок глубокий порез, от которого пальцы не слушались. Кровь — даже не выступила. Кай удивленно посмотрел на Королеву, потом снова на руку; пореза не было.
— О, ты уже почти готов, мой мальчик! Мой Снежок! — взгляд Королевы был еще холоднее прежнего.
— Теперь, когда раны твои регенерируют всецело, у тебя появится еще одна работа!
— Разве я — раб? — негромко спросил Кай. Осколок в груди сделал его жестоким и прямолинейным.
— Я же спасла тебя! Помнишь?
— Но ты используешь меня, моя госпожа!
— Конечно, глупенький мой! Конечно! А ты, наверное, думал, что я спасаю тебя просто так? Из-за того, что у меня доброе сердце? Или из-за того, что бы снискать себе уважение? Что бы все говорили, о Боже, она спасла его!? Нет же, глупыш! Все, кто об этом знает, завидуют мне, потому что у меня есть сила! Сила, способная спасти от смерти! Но есть еще и такие, которые завидуют тебе! Даже больше, чем мне. Способен ли ты это понять?
— Ты обманула меня, моя госпожа. У меня не было выхода!
— Нет, выход был! Ты еще мог умереть. Медленно и болезненно. А главное — унизительно! Эта троица поиздевалась бы над тобой и сняла бы все на видео, что бы продать потом как жестокое порно. Ты стал бы известным! Твоя смерть принесла бы много радости кровожадным педерастическим дрочилам!
— Но разве то, что я делаю сейчас — не унизительно?
— Ты сам согласился, милый мой. Зачем же теперь повторять одно и то же сотню раз? Неужели тебе так плохо со мной?
— Мне плохо со всеми! Я ненавижу всех, а тебя больше всего!
— Зачем же ты лжешь, мой мальчик, зачем? Ты просто не хочешь признаться себе, что больше всего ты ненавидишь себя самого!
— Это неправда!
— Что именно? Что не хочешь признаться или что ненавидишь?
— Замолчи!
— Нет, это ты замолчи! Я получила твою жизнь. Ты отдал мне ее. Сам! Поэтому закрой свою пасть и делай то, что я скажу тебе! А после того, как все сделаешь, за свой выбор ненавидь себя сколько влезет! Я же достаточно наслушалась.
Кай стоял прямо напротив нее и смотрел ей в глаза. У него не было сил сопротивляться, но все-таки он боролся. Боролся с холодом, который был во взгляде Королевы. Победа ее была очевидна. Кай отступил.
— Я знаю, что все подстроено. Эти трое пришли не просто так. Потом, откуда ни возьмись, ты… Я был растерян. Я не знал, что так будет! Ты… Ты обманула меня.
— Снова ты за свое. Чего тебе не хватает?
— Я хочу уйти.
— Уйти. И что же ты будешь делать? Скажи мне, куда ты пойдешь?
— Я уеду. В провинцию. Буду там прятаться.
— От кого? От самого себя? Не получится, милый! От себя нигде не спрятаться.
— Она придвинулась к нему.
— Ну подумай сам, разве здесь, рядом со мной тебе плохо? Я могущественна, богата, у меня есть все! Даже почти бесконечная жизнь. Возьми всего, что тебе надо! Просто спроси себя — что мне надо? У меня есть все.
— Зачем же тогда я нужен тебе? Зачем ты меня так уговариваешь? Ты спасла меня, я бесконечно тебе благодарен, но отпусти меня!
Страница 6 из 24
