Искушение любовью

А вы верите, Наташа, что Он существует на самом деле?

— Знаете, в моей жизни был момент, когда я рыдала и обращалась в молитвах к небу, была согласна на любые условия и сделки на жизнь, на душу, лишь бы человек, которого я любила, остался жив! Но нет никакого Сатаны и никому не нужны наши души, всё зло на Земле идёт от людей!

— Ваш молодой человек погиб и вы разуверились. Это понятно. А, может, просто Отец предназначил вам совсем другую судьбу? Вы над этим не задумывались? — Чернов очень внимательно смотрел в глаза женщины.

— Отец? Какой отец? — не сразу поняла его мысль Наталья.

— Создатель.

— Вы верите в Бога, Вячеслав? — Теперь она очень внимательно смотрела на него.

— А вы не верите?

— Я не знаю… — В церковь ходите редко. Но крестик не снимаете. После посещения храма в вашей душе поднимается протест, потому что разум спорит с ней о Боге. И вы убеждаете себя, что молиться можно и дома. Но потом корите себя за то, что вспоминаете слова молитвы очень редко лишь в крайних случаях. Но вы не знаете, что даже ваше молчание может быть частью молитвы. Просто никогда не забывайте о Боге. Не смотрите на меня так… — Откуда вы всё про меня знаете? Кто вы?

— Тот, кому вы небезразличны, Наталья Александровна.

— Перестаньте, прошу вас!

— Я вас пугаю?

— Да, пугаете… Иногда.

— Нежные и ранимые, мечтающие любить и быть любимыми, земные женщины! — тихо воскликнул Чернов.

— Почему вы так боитесь этого чувства?

— Как вы сказали? — решила уточнить она смысл его последней фразы.

— Я сказал, что вы — женщины многолики. Причём, каждая уникальна и неповторима. Но не каждому мужчине дано распахнуть крылья вашей души, чтобы вместе воспарить над серой повседневностью к белым облакам. Вместо этого мужчины заставляют вас становиться сильными. Вы, Наталья Александровна, — сильная женщина. И вы говорите, что боитесь меня? Почему?

— Боюсь. Что в этом удивительного? Я всё-таки — женщина.

— Вы боитесь, потому что я чувствую вас так же, как вы чувствуете меня! Потому что знаю, что вам нужно для счастья!

— Ну, насчёт чувственности — это слишком! А счастье… — устало усмехнулась Наталья.

— Слова у вас красивые. А какое оно? Так на словах счастье может пообещать каждый.

— Громкие слова… Вы правы. Как много в мире пустых слов! А что нужно человеку для счастья? — Чернов держал глазами её взгляд.

— Сейчас я скажу от имени всех мужчин. Поверьте, мужчины чувствуют и воспринимают мир, как дети. Сказать, выразить свои чувства могут не все. Для этого нужна определённая смелость, жизненный опыт. Возможно, склонность к творчеству. Но чувствуют… Вот видишь человека. Девушку. Женщину. Вроде, ничего особенного. Вроде, такая как все. А посмотришь в глаза и понимаешь, нет никого лучше на свете. Не встречал ещё такой красавицы. Глаза — это душа женщины.

И рождается музыка, рождаются настоящие слова. Появляются стихи. Они посвящены ей. Но они посвящены всем женщинам на Земле! И они также прекрасны и трогательны, как все женщины. Кажется странным, столько лет ни одной рифмы и вдруг… Но выразить чувства осмеливается не каждый. Ты мучаешься от того, что должен скрывать своё восприятие мира в поступках, вызывающих смешки и оговоры окружающих, в мыслях, чтобы кто-нибудь не догадался даже по взгляду, как ты рад видеть её снова. Иногда от понимания того, что думаешь — поздно… — Чернов прикрыл глаза и продекламировал по памяти:

Растрепать твои волосы пальцами нежно, Написать твоё имя губами на коже, И в любви искупать тебя свято и грешно, Удивляясь — как мы с тобою похожи… Гладить тонкую спину рукой осторожно, Засмотреться в глаза и тереться носами, Отдаваться и брать твоё тело безбожно, Каждой клеточкой чувствуя божье над нами… И тобою дышать, и сливаться дыханьем, Потерявшись навек между светом и тенью, Возведя обладание над пониманием, И владеть твоей плотью по сердца веленью.

Расстелить ночь как простынь под белой луною, Обнажённые чувства в одеждах не прятать, И владеть лишь тобою, тобою одною, И себя потерять, и от счастья заплакать… Солнце утром развеет дурман наваждения, Лучик тронет лицо и я должен проснуться… Дай мне, Господи, сил… на твоё отречение… Дай мне, Господи, сил… чтобы смочь улыбнуться… Он посмотрел на Наталью. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Ты молчишь. Только смотришь, — продолжил он, не отводя от женщины взгляда.

— Она не замечает тебя. Или делает вид, что не замечает. Жаль. А так хочется сказать ей: «Посмотри на мир! В нём только светлые краски. Радуйся снежинке, дождинке, лучику солнца. Помни, что даже если небо закрыто облаками, там — над ними всегда светит яркое солнце. Посмотри на небо и прими красоту облаков. Пусть каждый твой день начинается с предчувствия Любви, с ощущения встречи с ней. Ты чиста перед людьми, перед Богом.