Конец апреля в этом году выдался на редкость теплым. Всюду бушевала растительность, сполна смоченная дождями раннего апреля и пригретая теплым, весенним солнышком. Природа вновь оживала весенними цветами, зеленой травкой и листиками на деревьях, вот уже какой год демонстрируя необоримое стремление к жизни.
Добавить в моё избранное
27 мин, 2 сек 4080
Народ, утомленный трудовыми буднями, принялся с аппетитом поглощать разные вкусности, наполнять и с зычным выдохом опустошать рюмки с фужерами. Все было до времени в меру крепким и очень вкусным. Оказывается, в столовой тоже умели готовить, когда это было надо. Телячьи котлеты, мясные салаты и гарниры были на редкость вкусны! Не то, что перекисшие щи, задубевшее пюре и отбивные «Дружба»(разгрызть которые можно было только дружно, в одиночку такая задача не решалась никак), коими обычно кормили работников столовские кухари. Видимо, присутствие директора на празднестве дало о себе знать. Люди ели, пили, делились радостью друг с другом и до хрипоты кричали:«Горько» в ожидании танцев.
А Борис почти ни к чему не притрагивался. Он внимательно всматривался в лица приглашенных, сидевших за длинным, изогнутым буквой «П» столом. Всматривался в надежде узреть милые очертания. Увы, никто даже близко не был похож, хотя за столом присутствовала масса миловидных, молодых девушек. Боря стал внимательно следить за девушками в белых передниках, сновавшими то тут, то там. Девушки в отглаженных, накрахмаленных передниках с улыбкой выносили к столу свежие яства и забирали со стола пустую посуду. Но его красавицы среди них, увы, тоже не было.
Когда пришел черед танцам, Боря мастерски отбился от Светки из бухгалтерии, настойчиво требовавшей «ее потанцевать», и устремился на кухню. Может она из столовских? Может там сейчас его судьба, в окружении кипящих котелков и шкварчащих сковородок? Тихонько пробравшись в лабораторию съедобных чудес, Боря стал в уголочке, чтобы никому не мешать, и принялся внимательно следить за всеми, кто лепил котлеты, варил супы и резал салаты. Нет, и тут нет!
«Да что же это?! Ну не могла же она сквозь землю провалиться! Я же ее видел, своими глазами видел, как она заходила!» — чуть ли не панике думал Борис, до безрассудства желая снова утонуть в этих удивительных глазах. Увы, на свадьбе таинственной незнакомки не было, если она только не притаилась где-то в уголке. Притаилась, невидимая взору, и внимательно следила за остолопом Борей, смеясь над его нелепыми, ребяческими попытками найти«черную кошку в темной комнате». Ну, нет! Так поступить она просто не могла, кто угодно, только не она!
Обессиливший от безуспешных поисков, Боря вышел на улицу и задымил.
— Ты чего, Бобер, невеселый такой? — спросил его вышедший следом Володька, — свадьба ведь.
— Да знаешь, Вовчик, что-то голова трещит, спасу нет… — ответил утомленный Борис, решив сказаться на недомогание. Вовка вряд ли поймет его. Нелепо как-то… — Давай, я тебе сейчас таблеточку соображу, а? Вмиг попустит! — предложил друг.
— Нет, дружище, спасибо, — ответил Боря, — я лучше пойду. А то я своей кислой рожей всю свадьбу распугаю.
— Это куда это ты «пойду»? — запротестовал Владимир.
— Свадьба, можно сказать, еще не начиналась, до сладкого стола еще, как до Парижа, да и Светка там без тебя сохнет, того гляди — с другим затанцует! Куда это ты, милый друг, засобирался? Не пущу я тебя, пожалуй, никуда, дорогой товарищ!
— Вов, не начинай! — прервал Володьку Борис, — ты лучше «отмажь» меня перед всеми. Мол, человеку плохо стало, перебрал чуток котлет… — Даже и не думай! — категорично заявил Вовка, — мы с тобой сколько эту свадьбу ждали?! Кто веселиться до упаду собирался?! Боря, будь комсомольцем, возьми себя в руки! Негоже так уходить перед лицом товарищей. А уж перед моей симпатичной физиономией — и подавно!
— Вова, ну я тебя прошу! — взмолился Боря.
— Слабак! — пренебрежительно кинул Вова Борису.
— Ладно, отбелю твою безупречную репутацию. Хотя сделать мне это будет крайне сложно. Придется лгать перед лицом трудовых товарищей… — Не тошни, правдоруб! А то я тебе кой-чего тоже напомню! — тут же прервал его Борис, — будь другом, сделай, как я прошу.
— Сделаем, — уверил друга Вовка, дружески похлопав по плечу, — но помни: ты у меня в безоплатном долгу!
— Да уж как-нибудь сочтемся! — пожимая другу руку, на прощание сказал Борис.
И пошел. Разбитый, разочарованный и безнадежно потерявшийся в мимолетном сполохе ее величества Неземной Красоты.
Этой ночью сон никак не ловился в сети. Боря, то и дело, дымя до тошноты на кухне, думал о таинственной незнакомке. Он ложился на кровать, закрывал глаза… Но вместо сна видел ее прекрасное лицо. Она смотрела на него своими бездонными глазами, что-то шептала алыми губами… Ее прекрасный облик блистал неземной красотой в причудливой игре света и теней. Ее нежная, бархатистая, без единого изъяна кожа, словно магнит, притягивала руки Бориса. До безумия хотелось прикоснуться! Но нет, нет! Не руками! Как можно касаться этого чуда большущими, грубыми пальчищами?! Только губами! Это прелесть заслуживает исключительно поцелуев! И он вновь и вновь тонул в этом море! Стоял, как дурак остолбеневший и тонул, так и не найдя в себе силы спросить: «Кто ты?».
А Борис почти ни к чему не притрагивался. Он внимательно всматривался в лица приглашенных, сидевших за длинным, изогнутым буквой «П» столом. Всматривался в надежде узреть милые очертания. Увы, никто даже близко не был похож, хотя за столом присутствовала масса миловидных, молодых девушек. Боря стал внимательно следить за девушками в белых передниках, сновавшими то тут, то там. Девушки в отглаженных, накрахмаленных передниках с улыбкой выносили к столу свежие яства и забирали со стола пустую посуду. Но его красавицы среди них, увы, тоже не было.
Когда пришел черед танцам, Боря мастерски отбился от Светки из бухгалтерии, настойчиво требовавшей «ее потанцевать», и устремился на кухню. Может она из столовских? Может там сейчас его судьба, в окружении кипящих котелков и шкварчащих сковородок? Тихонько пробравшись в лабораторию съедобных чудес, Боря стал в уголочке, чтобы никому не мешать, и принялся внимательно следить за всеми, кто лепил котлеты, варил супы и резал салаты. Нет, и тут нет!
«Да что же это?! Ну не могла же она сквозь землю провалиться! Я же ее видел, своими глазами видел, как она заходила!» — чуть ли не панике думал Борис, до безрассудства желая снова утонуть в этих удивительных глазах. Увы, на свадьбе таинственной незнакомки не было, если она только не притаилась где-то в уголке. Притаилась, невидимая взору, и внимательно следила за остолопом Борей, смеясь над его нелепыми, ребяческими попытками найти«черную кошку в темной комнате». Ну, нет! Так поступить она просто не могла, кто угодно, только не она!
Обессиливший от безуспешных поисков, Боря вышел на улицу и задымил.
— Ты чего, Бобер, невеселый такой? — спросил его вышедший следом Володька, — свадьба ведь.
— Да знаешь, Вовчик, что-то голова трещит, спасу нет… — ответил утомленный Борис, решив сказаться на недомогание. Вовка вряд ли поймет его. Нелепо как-то… — Давай, я тебе сейчас таблеточку соображу, а? Вмиг попустит! — предложил друг.
— Нет, дружище, спасибо, — ответил Боря, — я лучше пойду. А то я своей кислой рожей всю свадьбу распугаю.
— Это куда это ты «пойду»? — запротестовал Владимир.
— Свадьба, можно сказать, еще не начиналась, до сладкого стола еще, как до Парижа, да и Светка там без тебя сохнет, того гляди — с другим затанцует! Куда это ты, милый друг, засобирался? Не пущу я тебя, пожалуй, никуда, дорогой товарищ!
— Вов, не начинай! — прервал Володьку Борис, — ты лучше «отмажь» меня перед всеми. Мол, человеку плохо стало, перебрал чуток котлет… — Даже и не думай! — категорично заявил Вовка, — мы с тобой сколько эту свадьбу ждали?! Кто веселиться до упаду собирался?! Боря, будь комсомольцем, возьми себя в руки! Негоже так уходить перед лицом товарищей. А уж перед моей симпатичной физиономией — и подавно!
— Вова, ну я тебя прошу! — взмолился Боря.
— Слабак! — пренебрежительно кинул Вова Борису.
— Ладно, отбелю твою безупречную репутацию. Хотя сделать мне это будет крайне сложно. Придется лгать перед лицом трудовых товарищей… — Не тошни, правдоруб! А то я тебе кой-чего тоже напомню! — тут же прервал его Борис, — будь другом, сделай, как я прошу.
— Сделаем, — уверил друга Вовка, дружески похлопав по плечу, — но помни: ты у меня в безоплатном долгу!
— Да уж как-нибудь сочтемся! — пожимая другу руку, на прощание сказал Борис.
И пошел. Разбитый, разочарованный и безнадежно потерявшийся в мимолетном сполохе ее величества Неземной Красоты.
Этой ночью сон никак не ловился в сети. Боря, то и дело, дымя до тошноты на кухне, думал о таинственной незнакомке. Он ложился на кровать, закрывал глаза… Но вместо сна видел ее прекрасное лицо. Она смотрела на него своими бездонными глазами, что-то шептала алыми губами… Ее прекрасный облик блистал неземной красотой в причудливой игре света и теней. Ее нежная, бархатистая, без единого изъяна кожа, словно магнит, притягивала руки Бориса. До безумия хотелось прикоснуться! Но нет, нет! Не руками! Как можно касаться этого чуда большущими, грубыми пальчищами?! Только губами! Это прелесть заслуживает исключительно поцелуев! И он вновь и вновь тонул в этом море! Стоял, как дурак остолбеневший и тонул, так и не найдя в себе силы спросить: «Кто ты?».
Страница 3 из 8
