Загадывая желание, никогда не предугадаешь всех обстоятельств его исполнения. Власть — развращает, безграничная власть над Вселенной — вызывает лишь настолько же безграничный ужас. Я — пустота, бывшая когда-то человеком…
Добавить в моё избранное
8 мин, 49 сек 512
Человеком, получившим доступ к безграничной власти. Человеком погубившим и себя, и Вселенную. Человеком, обратившим Вселенную в пустоту. От моих воспоминаний остались лишь обрывки, позволяющие проследить самые важные звенья в цепи событий, что привели к этому кошмарному исходу. Да и они уже растворяются в окружающей пустоте. А вместе с ними и все, что осталось от меня.
Одно из самых ранних сохранившихся воспоминаний — мое решение в детстве, после прочтения некоторого количества книг писателей-фантастов, написать что-то свое. Идея фантастической эпопеи в космических масштабах. О прибытии на землю инопланетян, собиравшихся пожрать все человечество. О столкновении главного героя, ставшего моим воплощением в книге, с ними во время школьных каникул. О том, как «я» возглавил восстание оставшихся в живых землян против них. О том, как мы встретили других пришельцев, оказавшихся нашими союзниками. Помню, что я дописал эту небольшую книгу от руки в нескольких общих тетрадях, но финал ее сейчас от меня ускользает. Самое важное было в другом. В небольшом приборчике, что я как главный герой этой книги, получал от пришельцев-союзников. ИЖ. Исполнитель желаний, способный воплотить в реальность самые простенькие просьбы и помочь нам в борьбе с общим врагом. Не знаю, откуда мне пришла в голову идея такого прибора, но я полностью уверен, что не из прочитанных ранее восточных сказок о джиннах. ИЖ в книге работал совсем по-другому — без подвохов, свойственных тем мифическим волшебным существам. Идея явно пришла ко мне из другого источника. Откуда — не уверен. Даже если и знал когда-то, то это знание давно уже кануло в пустоту забвения. Остались лишь смутные догадки, связанные с моими последующими воспоминаниями.
Следующее, что всплывает в цепочке событий, — первое знакомство с «И-Цзин». С сильно упрощенной версией гаданий по древнекитайской «Книге Перемен» в чуть искаженной трактовке. Первые загаданные ради интереса желания вместо задавания вопросов, вопреки инструкциям. Первые броски монет. Первые получившиеся в результате гексаграммы: некоторые с не устраивающими меня ответами, а некоторые — с устраивающими более, чем я мог надеяться. Первые желания загадывались повторно, пока не удавалось получить нужный ответ. А затем — казавшееся напрасным ожидание их исполнения. А они не исполнялись. Первые месяцы… Год — может, чуть дольше. А потом, когда я о них уже забыл, отвлекшись на что-то другое… Не могу вспомнить — на что именно… Это было как гром посреди ясного дня. Странно, что такая важная вещь, как первое исполнившееся желание, стерлась из памяти. Возможно по сравнению с другими оно было просто настолько мелким и не важным, что не запомнилось. Или стало таким уже позже и забылось. И это мучает меня не меньше всего остального. Впрочем, затем воплощаться в реальность стали и ранее полученные негативные ответы«Книги перемен», перекрыв весь эффект от самого первого. Мне сильно повезло, что среди них не было самых худших из возможных. И я решил, что мне следует научиться правильно бросать монеты. Чтобы они всегда падали именно так, как требовалось для получения нужных ответов. Мной завладела жажда научиться полностью контролировать тот настоящий «ИЖ», что попал мне в руки. Чтобы каждое из загаданных желаний обязательно исполнялось. И обязательно именно так, как мне было нужно, а не иначе. «Пусть будет так, несмотря абсолютно ни на что!» Именно этой фразой я стал заканчивать каждое из последующих желаний, сделав ее частью своего ритуала.
Малая власть, развращающая до стремления сделать ее еще больше. Переход очередного рубикона. Очередной фатальный шаг, после которого пути назад уже не было. А даже если и был — найти его я вряд ли уже смог бы. Жажда еще большей власти над событиями вокруг себя ослепляла, не позволяя даже думать о таком. Толкала к тому, чтобы стать независимым от наличия под боком бумажной книжки. К тому, чтобы полностью исчезла необходимость бросать монеты. К тому, чтобы хватало лишь моих мыслей.
А потом жизнь столкнула меня с Нею. Половина воспоминаний — как в тумане. Пустота уже поглотила Ее имя и внешность из памяти. Помню, как просил Вселенную дать мне возможность постоянно Ей помогать, делать Ее счастливей. Продолжал бросать монеты, не надеясь на то, что без них что-то получится. И Вселенная мне отвечала — постоянно подбрасывала возможности, о которых я просил. Она часто бывала рядом, но все еще слишком далеко от меня. Как будто Вселенная противилась тому, чтобы мы были рядом. Но это я понимаю только сейчас — когда уже слишком поздно что-то менять. Тогда же был ослеплен — Ею и возможностью изменять ход событий вокруг.
Помню, как меня доставали другие, как издевались, как насмехались. Помню, как мне хотелось, чтобы за каждую свою, даже неудавшуюся попытку навредить мне, они страдали не меньше, чем я. Помню, как загадывал желания и бросал монеты. А потом изменившаяся судьба их наказывала. Вряд ли они понимали, что теряли везение именно из-за попыток мне навредить.
Одно из самых ранних сохранившихся воспоминаний — мое решение в детстве, после прочтения некоторого количества книг писателей-фантастов, написать что-то свое. Идея фантастической эпопеи в космических масштабах. О прибытии на землю инопланетян, собиравшихся пожрать все человечество. О столкновении главного героя, ставшего моим воплощением в книге, с ними во время школьных каникул. О том, как «я» возглавил восстание оставшихся в живых землян против них. О том, как мы встретили других пришельцев, оказавшихся нашими союзниками. Помню, что я дописал эту небольшую книгу от руки в нескольких общих тетрадях, но финал ее сейчас от меня ускользает. Самое важное было в другом. В небольшом приборчике, что я как главный герой этой книги, получал от пришельцев-союзников. ИЖ. Исполнитель желаний, способный воплотить в реальность самые простенькие просьбы и помочь нам в борьбе с общим врагом. Не знаю, откуда мне пришла в голову идея такого прибора, но я полностью уверен, что не из прочитанных ранее восточных сказок о джиннах. ИЖ в книге работал совсем по-другому — без подвохов, свойственных тем мифическим волшебным существам. Идея явно пришла ко мне из другого источника. Откуда — не уверен. Даже если и знал когда-то, то это знание давно уже кануло в пустоту забвения. Остались лишь смутные догадки, связанные с моими последующими воспоминаниями.
Следующее, что всплывает в цепочке событий, — первое знакомство с «И-Цзин». С сильно упрощенной версией гаданий по древнекитайской «Книге Перемен» в чуть искаженной трактовке. Первые загаданные ради интереса желания вместо задавания вопросов, вопреки инструкциям. Первые броски монет. Первые получившиеся в результате гексаграммы: некоторые с не устраивающими меня ответами, а некоторые — с устраивающими более, чем я мог надеяться. Первые желания загадывались повторно, пока не удавалось получить нужный ответ. А затем — казавшееся напрасным ожидание их исполнения. А они не исполнялись. Первые месяцы… Год — может, чуть дольше. А потом, когда я о них уже забыл, отвлекшись на что-то другое… Не могу вспомнить — на что именно… Это было как гром посреди ясного дня. Странно, что такая важная вещь, как первое исполнившееся желание, стерлась из памяти. Возможно по сравнению с другими оно было просто настолько мелким и не важным, что не запомнилось. Или стало таким уже позже и забылось. И это мучает меня не меньше всего остального. Впрочем, затем воплощаться в реальность стали и ранее полученные негативные ответы«Книги перемен», перекрыв весь эффект от самого первого. Мне сильно повезло, что среди них не было самых худших из возможных. И я решил, что мне следует научиться правильно бросать монеты. Чтобы они всегда падали именно так, как требовалось для получения нужных ответов. Мной завладела жажда научиться полностью контролировать тот настоящий «ИЖ», что попал мне в руки. Чтобы каждое из загаданных желаний обязательно исполнялось. И обязательно именно так, как мне было нужно, а не иначе. «Пусть будет так, несмотря абсолютно ни на что!» Именно этой фразой я стал заканчивать каждое из последующих желаний, сделав ее частью своего ритуала.
Малая власть, развращающая до стремления сделать ее еще больше. Переход очередного рубикона. Очередной фатальный шаг, после которого пути назад уже не было. А даже если и был — найти его я вряд ли уже смог бы. Жажда еще большей власти над событиями вокруг себя ослепляла, не позволяя даже думать о таком. Толкала к тому, чтобы стать независимым от наличия под боком бумажной книжки. К тому, чтобы полностью исчезла необходимость бросать монеты. К тому, чтобы хватало лишь моих мыслей.
А потом жизнь столкнула меня с Нею. Половина воспоминаний — как в тумане. Пустота уже поглотила Ее имя и внешность из памяти. Помню, как просил Вселенную дать мне возможность постоянно Ей помогать, делать Ее счастливей. Продолжал бросать монеты, не надеясь на то, что без них что-то получится. И Вселенная мне отвечала — постоянно подбрасывала возможности, о которых я просил. Она часто бывала рядом, но все еще слишком далеко от меня. Как будто Вселенная противилась тому, чтобы мы были рядом. Но это я понимаю только сейчас — когда уже слишком поздно что-то менять. Тогда же был ослеплен — Ею и возможностью изменять ход событий вокруг.
Помню, как меня доставали другие, как издевались, как насмехались. Помню, как мне хотелось, чтобы за каждую свою, даже неудавшуюся попытку навредить мне, они страдали не меньше, чем я. Помню, как загадывал желания и бросал монеты. А потом изменившаяся судьба их наказывала. Вряд ли они понимали, что теряли везение именно из-за попыток мне навредить.
Страница 1 из 3
