Сестра, сестра, смотри! Какая там красивая звёздочка!
Добавить в моё избранное
4 мин, 49 сек 11601
— Вижу! Вижу! Она такая большая и сверкающая! Брат, брат, принеси мне её, пожалуйста!
— Хорошо, я сейчас!
Бежит и смеётся. Поджав ножку, потом кружась вокруг себя, вприпрыжку — вперёд, вперёд! И так красиво, и темно, и кажется, что ветер обдувает щёки — хотя известно, что ветра здесь не бывает, потому что быть не может. А вот и звёздочка! Ой, какая звёздочка! Как светится, как сверкает, как греет ладошки! Прекрасная звёздочка! Сестре понравится, да, понравится!
— Сестра, сестра, вот твоя звёздочка! Тебе нравится, нравится?
— Ой, нравится, брат! У меня такой ещё нет, правда?
Кладёт звёздочку в лукошко, вешает его на локоток. Лукошко качается, в нём — тысячи звёзд, большие и маленькие, разноцветные — и тёплые, тёплые!
— Ах, брат, смотри — какой странный камень летит мимо! Почему у него огненный хвостик?
— Это комета, сестра, — и делает авторитетное лицо, — если поймать её за хвост, она исполнит твоё желание.
— Брат, брат, давай поймаем кометочку!
И бегут, бегут — волосы развеваются, смех звенит, как мимопролетающие звезды — кто же первым поймает? Хотят узнать, кто первым коснётся, а сами за руки держатся!
— Ах, брат, я поймала хвостик!
— Поймала?
— Поймала, поймала! — и радостно смеётся.
— Я поймала, я поймала! Да — да — да!
Брат снисходительно улыбается — ведь он старше, а, значит, серьёзней.
— Брат, можно я загадаю желание? Пожалуйста!
— Загадай, сестра!
Сжимает ладошки, хмурится, закрывает глазки. А потом смеётся:
— А я загадала! Загадала!
— Чего ты загадала, сестра?
— Нельзя говорить, нельзя! Ведь не сбудется!
— Ну пожалуйста, скажи!
— Ах, брат!
— Сбудется, ведь это я тебе обещаю.
— Брат, я загадала встретить ещё кого-нибудь! Живого… — Зачем, глупенькая? Тебе скучно?
— Нет, мне просто интересно! Так интересно! Ведь тебе интересно, брат?
— Конечно, сестра, да. Хочешь, мы их найдём? Хочешь?
— Хочу, хочу! — и хлопает в ладошки. Брат улыбается и берёт её за ручку.
— Подожди, брат!
Она кладёт комету в лукошко, и та летает между зависших внутри звёзд.
А потом снова бег, и прыжки, и бледный свет — кажется, что светится само пространство вокруг них. И тепло, тепло, даже жарко, наверное. И она немножко запыхалась.
— Ты устала, сестра?
— Что ты, что ты, это совсем неважно, брат!
А он останавливается и таинственно шепчет:
— Сестра, сестра, посмотри туда! Что ты видишь, что?
— Звёздочка! Красивенькая звёздочка! Жёлтая и большая! Ух, и пышет, пышет! У меня есть такая, брат?
— Есть, но ведь это совсем неважно! Посмотри, сестра, видишь, вокруг звёздочек крутятся каменные шарики?
— Ой, шарики, шарики! Какие маленькие смешные шарики!
— Ты знаешь, сестра, они совсем не горячие, как звёзды. На них можно даже встать!
— Ножками?
— Ножками.
— Ой, как интересно! Брат, брат, а на шариках есть живые?
— Посмотри, сестра: там есть один шарик — он совсем недалеко от звёздочки. Он такой голубой и красивый! Ты видишь, сестра?
— Вижу, вижу! Он совсем другой, не похож на остальные шарики… Это звёздочка, брат?
— Нет, нет, это тоже шарик, это планета. Там есть живые.
— Правда?
— Правда-правда!
— Ах, брат, мне так хочется посмотреть на живого! Ты принесёшь мне его?
— Конечно, сестра! Подожди меня здесь, я сейчас вернусь.
И быстро спускается к синему шарику. Он всё ближе, ближе, и брат сам решает уменьшиться — ведь живые — они, наверное, маленькие, правда?
И вот он встаёт на ножки. И широко распахивает глаза.
Ах, живые! Как давно я не видел живых… Сестре они понравятся, наверняка понравятся, ведь они такие смешные, беленькие!
— Здравствуйте, живые! Я так рад вас видеть, живые! Живые, можно я возьму вас с собой? Моя сестра хочет посмотреть на вас. Она никогда ещё не видела живых, понимаете? Она ведь ещё такая маленькая.
— Куда вы меня ведёте, живые? Вы не хотите со мной, не хотите? Может, вы меня не понимаете, живые? Что вы кричите? «нь-элъюдь, нь-элъюдь» — я не знаю, что это… Ну ничего, сестре, наверное, вы всё равно понравитесь. Да, живые?
Люди собрались на широком поле. Вязкая тишина окутала землю жарким маревом. И каменные, каменные и злые лица. И вдруг разрезает ножом тишину общий крик. И слова, одинаковые слова, которые он понять не в силах.
Взмывает в небо столб пламени. Взмывает и стразу же опадает почти что к земле. А он стоит там — такой маленький, такой беззащитный, все три глаза распахнуты в немом вопросе, а синюю кожу с такой неохотой облизывают лепестки огня. Зачем они кричат так громко? Разве он их обидел? Разве он угрожал им?
— Хорошо, я сейчас!
Бежит и смеётся. Поджав ножку, потом кружась вокруг себя, вприпрыжку — вперёд, вперёд! И так красиво, и темно, и кажется, что ветер обдувает щёки — хотя известно, что ветра здесь не бывает, потому что быть не может. А вот и звёздочка! Ой, какая звёздочка! Как светится, как сверкает, как греет ладошки! Прекрасная звёздочка! Сестре понравится, да, понравится!
— Сестра, сестра, вот твоя звёздочка! Тебе нравится, нравится?
— Ой, нравится, брат! У меня такой ещё нет, правда?
Кладёт звёздочку в лукошко, вешает его на локоток. Лукошко качается, в нём — тысячи звёзд, большие и маленькие, разноцветные — и тёплые, тёплые!
— Ах, брат, смотри — какой странный камень летит мимо! Почему у него огненный хвостик?
— Это комета, сестра, — и делает авторитетное лицо, — если поймать её за хвост, она исполнит твоё желание.
— Брат, брат, давай поймаем кометочку!
И бегут, бегут — волосы развеваются, смех звенит, как мимопролетающие звезды — кто же первым поймает? Хотят узнать, кто первым коснётся, а сами за руки держатся!
— Ах, брат, я поймала хвостик!
— Поймала?
— Поймала, поймала! — и радостно смеётся.
— Я поймала, я поймала! Да — да — да!
Брат снисходительно улыбается — ведь он старше, а, значит, серьёзней.
— Брат, можно я загадаю желание? Пожалуйста!
— Загадай, сестра!
Сжимает ладошки, хмурится, закрывает глазки. А потом смеётся:
— А я загадала! Загадала!
— Чего ты загадала, сестра?
— Нельзя говорить, нельзя! Ведь не сбудется!
— Ну пожалуйста, скажи!
— Ах, брат!
— Сбудется, ведь это я тебе обещаю.
— Брат, я загадала встретить ещё кого-нибудь! Живого… — Зачем, глупенькая? Тебе скучно?
— Нет, мне просто интересно! Так интересно! Ведь тебе интересно, брат?
— Конечно, сестра, да. Хочешь, мы их найдём? Хочешь?
— Хочу, хочу! — и хлопает в ладошки. Брат улыбается и берёт её за ручку.
— Подожди, брат!
Она кладёт комету в лукошко, и та летает между зависших внутри звёзд.
А потом снова бег, и прыжки, и бледный свет — кажется, что светится само пространство вокруг них. И тепло, тепло, даже жарко, наверное. И она немножко запыхалась.
— Ты устала, сестра?
— Что ты, что ты, это совсем неважно, брат!
А он останавливается и таинственно шепчет:
— Сестра, сестра, посмотри туда! Что ты видишь, что?
— Звёздочка! Красивенькая звёздочка! Жёлтая и большая! Ух, и пышет, пышет! У меня есть такая, брат?
— Есть, но ведь это совсем неважно! Посмотри, сестра, видишь, вокруг звёздочек крутятся каменные шарики?
— Ой, шарики, шарики! Какие маленькие смешные шарики!
— Ты знаешь, сестра, они совсем не горячие, как звёзды. На них можно даже встать!
— Ножками?
— Ножками.
— Ой, как интересно! Брат, брат, а на шариках есть живые?
— Посмотри, сестра: там есть один шарик — он совсем недалеко от звёздочки. Он такой голубой и красивый! Ты видишь, сестра?
— Вижу, вижу! Он совсем другой, не похож на остальные шарики… Это звёздочка, брат?
— Нет, нет, это тоже шарик, это планета. Там есть живые.
— Правда?
— Правда-правда!
— Ах, брат, мне так хочется посмотреть на живого! Ты принесёшь мне его?
— Конечно, сестра! Подожди меня здесь, я сейчас вернусь.
И быстро спускается к синему шарику. Он всё ближе, ближе, и брат сам решает уменьшиться — ведь живые — они, наверное, маленькие, правда?
И вот он встаёт на ножки. И широко распахивает глаза.
Ах, живые! Как давно я не видел живых… Сестре они понравятся, наверняка понравятся, ведь они такие смешные, беленькие!
— Здравствуйте, живые! Я так рад вас видеть, живые! Живые, можно я возьму вас с собой? Моя сестра хочет посмотреть на вас. Она никогда ещё не видела живых, понимаете? Она ведь ещё такая маленькая.
— Куда вы меня ведёте, живые? Вы не хотите со мной, не хотите? Может, вы меня не понимаете, живые? Что вы кричите? «нь-элъюдь, нь-элъюдь» — я не знаю, что это… Ну ничего, сестре, наверное, вы всё равно понравитесь. Да, живые?
Люди собрались на широком поле. Вязкая тишина окутала землю жарким маревом. И каменные, каменные и злые лица. И вдруг разрезает ножом тишину общий крик. И слова, одинаковые слова, которые он понять не в силах.
Взмывает в небо столб пламени. Взмывает и стразу же опадает почти что к земле. А он стоит там — такой маленький, такой беззащитный, все три глаза распахнуты в немом вопросе, а синюю кожу с такой неохотой облизывают лепестки огня. Зачем они кричат так громко? Разве он их обидел? Разве он угрожал им?
Страница 1 из 2
