Город N. располагался на Севере. В тех краях, где люди подолгу не видят Солнца. Где ночи черны и глубоки, как бездонные колодцы, манящие своей зияющей пустотой. Ветра, снега, морозы — вот чем большую часть года жил город N., а вместе с ним и его немногословные жители.
Добавить в моё избранное
8 мин, 56 сек 3032
Достаточно было взглянуть на его лицо.
— Да это все ерунда, — отмахнулся Старик.
— Годом раньше, годом позже — какая разница?… — Тогда что ты хотел?
— Город собирается на Главной площади, — закашлявшись, ответил Старик.
— Ты пойдешь?
— Нет, — Доктор копался в своем портфеле, пытаясь отыскать запропастившиеся куда-то ключи.
— Мне надо работать. На эти глупости у меня времени нет.
— Как знаешь.
Старик поковылял прочь. Он не осуждал друга. Тот был врачом, а врачам свойственно отрицание очевидного. Он все еще пытался найти лекарство, листал ночами свои толстые энциклопедии, мешал порошки и замешивал разноцветные эликсиры… Доктор пытался помочь людям так, как умел. Так, как его учили там, вдали от промерзших на километры вниз земель.
Но Старик его не осуждал. Старик знал, что с Доктором ничего не случится. Точнее, надеялся на это.
Площадь была почти пуста, хотя пришли все. Все, кто еще мог ходить.
Шаманы ударили в барабаны. И люди вознесли исхудавшие руки к белому солнцу. Они просили о помощи.
Старик же стоял в стороне и смотрел на клумбу, заполненную желтыми цветами. К тому времени из невзрачных неоперившихся утят они превратились в прекрасных лебедей. Желтых лебедей, которые раскинули свои крылья над городом N., погребая его жителей под ними.
Старик знал, что все дело в них. Но знал и то, что истребить их нельзя. На месте выкорчеванных растений спустя несколько часов уже прорастали новые. А вокруг города продолжала стоять стена дождя.
Все было бессмысленно… Старик умер под вечер. Доктор долго сидел рядом с его остывающим телом, не в силах встать и уйти. Потому что идти было некуда. Старик был последним живым, кроме самого Доктора, в городе N.
Доктор достал из кармана пиджака статуэтку. За все эти дни он позабыл о ней, а она, оказывается, постоянно была рядом. Деревянная девушка смотрела на него широко распахнутыми глазами. В руках у нее был букет цветов. Был, когда Старик только подарил ее. Но теперь никакого букета не было: руки девушки были пусты.
Доктор в последний раз посмотрел на подарок и вложил его в руки мертвого Старика, скрещенные на груди.
Доктор еще не видел увядших по всему городу желтых цветов. И не знал, что дождь больше не идет. Он посмотрел на отрывной календарь на стене: то был последний день лета в городе N.
— Да это все ерунда, — отмахнулся Старик.
— Годом раньше, годом позже — какая разница?… — Тогда что ты хотел?
— Город собирается на Главной площади, — закашлявшись, ответил Старик.
— Ты пойдешь?
— Нет, — Доктор копался в своем портфеле, пытаясь отыскать запропастившиеся куда-то ключи.
— Мне надо работать. На эти глупости у меня времени нет.
— Как знаешь.
Старик поковылял прочь. Он не осуждал друга. Тот был врачом, а врачам свойственно отрицание очевидного. Он все еще пытался найти лекарство, листал ночами свои толстые энциклопедии, мешал порошки и замешивал разноцветные эликсиры… Доктор пытался помочь людям так, как умел. Так, как его учили там, вдали от промерзших на километры вниз земель.
Но Старик его не осуждал. Старик знал, что с Доктором ничего не случится. Точнее, надеялся на это.
Площадь была почти пуста, хотя пришли все. Все, кто еще мог ходить.
Шаманы ударили в барабаны. И люди вознесли исхудавшие руки к белому солнцу. Они просили о помощи.
Старик же стоял в стороне и смотрел на клумбу, заполненную желтыми цветами. К тому времени из невзрачных неоперившихся утят они превратились в прекрасных лебедей. Желтых лебедей, которые раскинули свои крылья над городом N., погребая его жителей под ними.
Старик знал, что все дело в них. Но знал и то, что истребить их нельзя. На месте выкорчеванных растений спустя несколько часов уже прорастали новые. А вокруг города продолжала стоять стена дождя.
Все было бессмысленно… Старик умер под вечер. Доктор долго сидел рядом с его остывающим телом, не в силах встать и уйти. Потому что идти было некуда. Старик был последним живым, кроме самого Доктора, в городе N.
Доктор достал из кармана пиджака статуэтку. За все эти дни он позабыл о ней, а она, оказывается, постоянно была рядом. Деревянная девушка смотрела на него широко распахнутыми глазами. В руках у нее был букет цветов. Был, когда Старик только подарил ее. Но теперь никакого букета не было: руки девушки были пусты.
Доктор в последний раз посмотрел на подарок и вложил его в руки мертвого Старика, скрещенные на груди.
Доктор еще не видел увядших по всему городу желтых цветов. И не знал, что дождь больше не идет. Он посмотрел на отрывной календарь на стене: то был последний день лета в городе N.
Страница 3 из 3
