Фрау Кунц

Не было никого. Все кони и всадники спали, и никому не было дела до мерзнущей фрау с балетным чемоданчиком в руках, где лежало всё её приданое… Слёзы передумали течь и вернулись куда-то внутрь глаз, отчего глаза стали чуть-чуть красивее, чем обычно. Фрау Кунц вздохнула и уверенно зашагала в сторону рассвета по мокрой парковой траве. Роса была необычно теплая, но она не замечала этого. Утро стало похожим на воскресное… Вскоре её обогнали четверо счастливых людей, которые никогда не знали какое сегодня число и какой день, и жили по солнцу, как трава по которой они ходили. Оживленно и хрипло беседуя они повернули в сторону ранней пивной.

Фрау продолжала идти на рассвет деловой походкой человека знающего куда и зачем идёт.

— Извините, — послышался сзади хриплый и неуверенный голос.

Фрау остановилась и увидела перед собой человека неопределённого возраста в помятой одежде.

— Вы не могли бы мне подсказать… Я здесь впервые… Я слышал тут где-то рядом… — Это там, за деревьями… Почувствовав некоторое смущение незнакомца, которое ей было непонятно, фрау Кунц предложила:

— Если Вы боитесь потеряться, я могу Вас проводить… мне всё равно нечего делать… — Это было бы великолепно. Спасибо, Фрау Кунц… Вы так любезны… — Откуда Вы знаете, как меня звать?

— Мы разве не представились друг другу?

— Не помню. Если бы мы представились, я бы знала Ваше имя. Вы немного похожи на фотографию, которую мама прячет в книжку с кулинарными рецептами… Извините, я не расслышала, как Вас зовут?

— Меня? Меня зовут по разному… Но прихожу я только тогда, когда хочу и не обязательно к тем, кто зовет… — Вы загадочный. Вот пивная. Вход сразу за углом. До свидания.

— А Вы?

— Что я?

— Вы разве не пойдете со мной? Вы же обещали?

— По моему я обещала только проводить Вас?… — Куда?

— До пивной.

— А почему Вы решили, что я ищу пиво?

— В нашем городе так рано в этом месте и, извините, такие люди, ищут только пиво… — Какие люди?

Фрау сдула челку с глаз и внимательно посмотрела на своего собеседника. Солнце, как раз выглянуло из-за под ёлочной ветки и стало совсем светло. Перед ней стоял человек скорее пожилой, чем молодой в сером модном костюме надетом на голубую рубашку, украшенную зелёным галстуком.

— Господи, какой ужас?

— Что случилось?

— Что за подбор цветов в вашей одежде. Так никто не носит.

— Почему же никто? Я же ношу, значит кто-то, хотя бы один носит. Кстати откуда Вы знаете, как меня зовут?

— Вы точно странный. Мы же знакомились… — Ах! Да… простите… старческий склероз… — Так что же Вы ищете в столь ранний час, если не пивную?

— Вашу квартиру. Вернее ту квартиру, которую Вы снимали.

— А, наконец я поняла… Вы новый постоялец? Ну, пойдемте, я Вас провожу… Фрау Кунц повернулась кругом и быстро зашагала, не думая о том, поспеет ли за ней старик. Он шел на удивление бодро. И даже не задыхался.

— Скажите, а Вы любите котов?

— Я люблю всех.

— Это здорово. Значит Вы будете кормить Казбека и Кукушку и не обижать их.

— Я всех кормлю и никого не обижаю… — В каком смысле?

— А какой может быть смысл в такой простой фразе, кроме самого прямого?

Фрау остановилась и повернулась к попутчику. Безвкусный зеленый галстук на голубой рубашке был тем же самым, но на этот раз незнакомец показался ей гораздо моложе.

— Сколько Вам лет? — бестактно спросила она.

— «Ровно столько на сколько я выгляжу»… — Это я где-то читала.

— Я тоже… — Значит кормите всех… Тремя хлебами… И ещё остается… А может Вы ударитесь о землю и превратитесь в красивого принца на белом коне?… — Биться о землю больно… Пойдемте… У меня мало времени… — Пошли… Перед самой дверью Фрау остановилась.

— Ключ под ковриком. Только предупреждаю. Дверь скрипучая, открывайте, если сможете потише. Казбек и Кукушка еще спят.

Новый постоялец, не нагибаясь за ключом, легко толкнул запертую дверь, и она без привычного скрипа мягко отворилась… — Вы наверное бандит… Так ловко… Без ключа… — Почему Вы говорите слово бандит так уважительно?

— Это у нас уважаемая профессия.

— Я не бандит. Я просто ученик плотника… Они вошли через узкую прихожую в комнату… Возле стены с часами стоял стул, на котором опершись одной передней лапой о стену стоял кот Казбек, пытаясь другой лапой дотянуться до убежавшей наверх гири. Сверху на него грустно смотрела безразличная Кукушка.

— Деревянная дура! Ты же знаешь, как я могу долго и вкусно спать!… Мы же договаривались, что ты разбудишь меня ровно в шесть пятнадцать… Я бы ещё дотянулся… — Я могу выходить только ровно или в половину.

— Тогда сейчас зачем вышла?

— Потому что сейчас ровно двенадцать!

— Тогда кричи!

— Оставь меня я хочу умереть!