Тонкое лезвие ярко сверкнуло в руках человека, сидящего в полутьме на краю ванны. Струя воды, посверкивающей на фоне мрака, вдруг смешалась с тоненькой красной струйкой. Он резал грамотно: от запястья и почти до локтя. Опустив руку в теплую воду, он уже чувствовал легкое головокружение и легкую ностальгию. И медленно сползал на пол.
Добавить в моё избранное
3 мин, 41 сек 11756
Кап… Вот ты и тут, с нами. В последней инстанции души.
Тебе повезло, хотя и относительно. Ты попал к нам, ничтожествам. И это вовсе не ругательство! Ты — не грешник, ты — не благодетель. Ты ничего не сделал и от того — ничтожество.
Знаешь, я бывший грешник. И я подвергся самому страшному наказанию… Кстати, ты не против, что я так сразу на ты? И это хорошо. Спасибо.
Мы — ничто. Мы не материал. Но мы можем общаться и следить и за Раем и за Адом. А то, где находимся мы, есть Ничто. Иное, как ты, э-э… Кстати, как тебя зовут… м-м… звали? А меня — Никита… О'Кей, давай я тебе для начала все покажу, а затем… Видишь: вот эти люди? Они постоянно сидят на этих койках и колют себе какой-то наркотик, — я плохо разбираюсь в этих вещах. И не зря они состоят из одних только скелета и намотанных на него кровеносных сосудов — им больше ничего не надо. Они даже не разговаривают друг с другом… А вон тот мужчина — смотри, он снова разрезает на части маленького котенка. Почему в его глазах стоит жалость? Отчего дрожат его руки? Почему он здесь, в Раю?!
Почему все они здесь?!
Ты хочешь посмотреть на Ад? Идем!
… Мужчина с пустыми глазами. Это один из адских грешников. Он кружит здесь всегда. Он пытался влетать в тела наркоманов, но они для его осязания равны воздуху и вообще его не воспринимают. Не видят, не слышат, не чувствуют… Даже не знают.
Да им и не надо… Но мы в Аду не за тем, чтобы Раем любоваться.
… ха! Узнаешь вон того седого бородача? Да, ха-ха, это Толстой! Ага, именно тот самый Лев Николаевич!
А вон того кудрявого брюнета во фраке? Как?! Да это ж Александр Сер… Нет, не могут. Адские «жители» не могут общаться ни с нами и ни друг с другом. Да, ирония судьбы: они крутятся в одном и том же месте, но каждый из них даже не подозревает, что в районе этого библиотечного дворца пребывает еще один великий писатель. И это не одна интересная пара, которую ты тут обнаружишь.
А нам с тобой повезло. Мы можем общаться, хотя и не материальны, как райские благодетели.
Рай… Да, ты прав, для меня это тоже было неожиданностью, но почему-то всегда и всеми переход из Жизни в нашу последнюю инстанцию затупляет эмоции. Они тоже превращаются в ничто. Но постепенно их можно восстановить.
… Хочешь посмеяться? Глянь туда, левее голгофы. Ага, видишь, мужик на кресте летает распятый? Угадай, кто это? Не-а! Христос! Да! Хи-хи. В Аду? О, каково!
Здесь и Магомет и Моисей… Да кого тут только нет! Один Сиддхартха к нам в Ничто попал. Да и тот мочки бантиком завязал, и в себя ушел. Нирвана, что ли… Души в Аду лишены абсолютно всего кроме самих себя. Они могут ощущать только свои мысли, свои эмоции. Они вечностями варятся в собственном соку. В Жизни они сошли бы с ума. Да любой свихнулся бы на их месте. Но сумасшедшие в Ад не попадают… Я был там в начале своей Жизни, но за первые десятки лет я закрыл себе путь в Ад. Хотя и в Рай тоже… А ты зачем кончился? Ну и дурак!… Нет, назад уже не попасть. Я же тебе по-человечески сказал: последняя инстанция души!
Последняя инстанция души есть вся система Рай-Ничто-Ад, понимаешь? Да, Ничто отличается от Ада тем, что тут мы можем общаться, видеть, слышать. Нам, помимо души, от человека достался внешний мир. А в Раю души обладают еще и телом… Вот бы хоть на секунду попасть в Рай! Ощутить усталость мышц, почувствовать вес головы на шее, равновесие туловища! Мне это не дано. Но может, у тебя получится. Если вдруг окажешься там не забудь, что здесь, в Ничто, есть я, что я вижу тебя. Хотя бы иногда рассказывай о своих ощущениях, я послушаю! Вед фантазия — одна из последних вещей которая у меня осталась! Если честно, я бы лучше отправился в Ад. Там бы я смог хорошенько обдумать свою жизнь, смерть, свои достижения, отношение к людям и людей ко мне… Но, такова Жизнь… Не дано… Ладно, теперь ты все знаешь, отправляйся куда хочешь… А мне пора прятаться. Уже время. Нет, только у меня, просто я по-другому не могу!
А может, это Рай?… Тонкое лезвие ярко сверкнуло в руках человека, сидящего в полутьме на краю ванны. Струя воды, посверкивающей на фоне мрака, вдруг смешалась с тоненькой красной струйкой. Он резал грамотно: от запястья и почти до локтя. Опустив руку в теплую воду, он уже чувствовал легкое головокружение и легкую ностальгию. И медленно сползал на пол.
Кап…
Тебе повезло, хотя и относительно. Ты попал к нам, ничтожествам. И это вовсе не ругательство! Ты — не грешник, ты — не благодетель. Ты ничего не сделал и от того — ничтожество.
Знаешь, я бывший грешник. И я подвергся самому страшному наказанию… Кстати, ты не против, что я так сразу на ты? И это хорошо. Спасибо.
Мы — ничто. Мы не материал. Но мы можем общаться и следить и за Раем и за Адом. А то, где находимся мы, есть Ничто. Иное, как ты, э-э… Кстати, как тебя зовут… м-м… звали? А меня — Никита… О'Кей, давай я тебе для начала все покажу, а затем… Видишь: вот эти люди? Они постоянно сидят на этих койках и колют себе какой-то наркотик, — я плохо разбираюсь в этих вещах. И не зря они состоят из одних только скелета и намотанных на него кровеносных сосудов — им больше ничего не надо. Они даже не разговаривают друг с другом… А вон тот мужчина — смотри, он снова разрезает на части маленького котенка. Почему в его глазах стоит жалость? Отчего дрожат его руки? Почему он здесь, в Раю?!
Почему все они здесь?!
Ты хочешь посмотреть на Ад? Идем!
… Мужчина с пустыми глазами. Это один из адских грешников. Он кружит здесь всегда. Он пытался влетать в тела наркоманов, но они для его осязания равны воздуху и вообще его не воспринимают. Не видят, не слышат, не чувствуют… Даже не знают.
Да им и не надо… Но мы в Аду не за тем, чтобы Раем любоваться.
… ха! Узнаешь вон того седого бородача? Да, ха-ха, это Толстой! Ага, именно тот самый Лев Николаевич!
А вон того кудрявого брюнета во фраке? Как?! Да это ж Александр Сер… Нет, не могут. Адские «жители» не могут общаться ни с нами и ни друг с другом. Да, ирония судьбы: они крутятся в одном и том же месте, но каждый из них даже не подозревает, что в районе этого библиотечного дворца пребывает еще один великий писатель. И это не одна интересная пара, которую ты тут обнаружишь.
А нам с тобой повезло. Мы можем общаться, хотя и не материальны, как райские благодетели.
Рай… Да, ты прав, для меня это тоже было неожиданностью, но почему-то всегда и всеми переход из Жизни в нашу последнюю инстанцию затупляет эмоции. Они тоже превращаются в ничто. Но постепенно их можно восстановить.
… Хочешь посмеяться? Глянь туда, левее голгофы. Ага, видишь, мужик на кресте летает распятый? Угадай, кто это? Не-а! Христос! Да! Хи-хи. В Аду? О, каково!
Здесь и Магомет и Моисей… Да кого тут только нет! Один Сиддхартха к нам в Ничто попал. Да и тот мочки бантиком завязал, и в себя ушел. Нирвана, что ли… Души в Аду лишены абсолютно всего кроме самих себя. Они могут ощущать только свои мысли, свои эмоции. Они вечностями варятся в собственном соку. В Жизни они сошли бы с ума. Да любой свихнулся бы на их месте. Но сумасшедшие в Ад не попадают… Я был там в начале своей Жизни, но за первые десятки лет я закрыл себе путь в Ад. Хотя и в Рай тоже… А ты зачем кончился? Ну и дурак!… Нет, назад уже не попасть. Я же тебе по-человечески сказал: последняя инстанция души!
Последняя инстанция души есть вся система Рай-Ничто-Ад, понимаешь? Да, Ничто отличается от Ада тем, что тут мы можем общаться, видеть, слышать. Нам, помимо души, от человека достался внешний мир. А в Раю души обладают еще и телом… Вот бы хоть на секунду попасть в Рай! Ощутить усталость мышц, почувствовать вес головы на шее, равновесие туловища! Мне это не дано. Но может, у тебя получится. Если вдруг окажешься там не забудь, что здесь, в Ничто, есть я, что я вижу тебя. Хотя бы иногда рассказывай о своих ощущениях, я послушаю! Вед фантазия — одна из последних вещей которая у меня осталась! Если честно, я бы лучше отправился в Ад. Там бы я смог хорошенько обдумать свою жизнь, смерть, свои достижения, отношение к людям и людей ко мне… Но, такова Жизнь… Не дано… Ладно, теперь ты все знаешь, отправляйся куда хочешь… А мне пора прятаться. Уже время. Нет, только у меня, просто я по-другому не могу!
А может, это Рай?… Тонкое лезвие ярко сверкнуло в руках человека, сидящего в полутьме на краю ванны. Струя воды, посверкивающей на фоне мрака, вдруг смешалась с тоненькой красной струйкой. Он резал грамотно: от запястья и почти до локтя. Опустив руку в теплую воду, он уже чувствовал легкое головокружение и легкую ностальгию. И медленно сползал на пол.
Кап…
